Многие великие открытия делаются случайно. Вот забыл выкинуть из кармана осколок камня, и имеем результат, а если считать обгоревший карман, то целых два результата. Главное, теперь знаем, что обладатель такого амулета не только может не бояться магии жрецов соответствующего бога, но и быть очень опасным для них. Как при прямом контакте простым оружием, так и при косвенном – стреляя из лука или арбалета. Жаль, не успели проверить, как будут действовать Ларины боевые заклинания.
Не врут легенды о топоре Торина, точно не врут. А у меня их теперь целых два. Один так и оставлю в виде боевого молота, а другой перекую в топор. Рукоятку к тому, что будет молотом, нужно поменять, и как можно быстрее. Если бы подошла та, что от моего топора, то точно бы переставил ее на молот, не задумываясь. А так придется в ближайшем городе зайти к оружейнику и временную заказать, хорошо, если он окажется гномом.
Я сначала думал, что продам один молот и смогу возместить все убытки от разоренного каравана, и еще немало останется. А теперь, когда понял их реальную силу, никому не отдам! Таким неуязвимым я себя еще никогда не чувствовал. А я и был неуязвимым – сликовники отскакивали от меня, как мелкие камешки от монолитной скалы, и ничего не могли со мной поделать, ни магией, ни оружием. Я понимаю, что такое действие молоты будут оказывать только на последователей бога Слика, но все равно не продам. Тем более что если верить легендам о топоре Торина, то и против других магов мои молоты будут хороши, хотя и не так, как против сликовников. Да и не придется мне их теперь продавать. Пусть мне и не досталось ни одного золотого амулета – всех верховных жрецов мастер Ва’Дим застрелил еще в самом начале, и правильно сделал – но и того, что пришлось на мою долю, было совсем немало. Теперь я гном не из бедных.
Трофеи на этот раз были знатные. Тот самый случай, когда высшие иерархи церкви представляют собой и цвет рыцарства. И не так важно, что оружие и доспехи у них только для престижа, а основной расчет на магию. Больше всех прибарахлилась Лара. Оделась, бронировалась, вооружилась. Двух лошадей поймала – одну под седло, другую под вьюки. Эль тоже впервые не была равнодушной, но по другой причине. Внимательно следила, чтоб темная ничего не взяла с ее покойников, но та и сама их демонстративно обходила. Самые вкусные трофеи были с тех, в которых мои стрелы торчали, вот я и дал разрешение Ларе воспользоваться моими трофеями. Сам, как обычно, ничего кроме денег, драгоценностей и пары понравившихся ножей не взял.
А действительно – это был цвет рыцарства, особенно если судить по жреческим амулетам. Два золотых, один серебро с золотом, десять серебряных, два серебро с медью, один бронзовый и только пять медных. То есть два архимага, один почти архимаг, десяток серьезных магов, ну и остальные тоже не просто так погулять вышли. Понятно, почему они не бросились на нас всей массой, а пытались использовать привычную им магию. Не окажись у нас осколков алтаря с никому не известными свойствами, не имели бы никаких шансов, да что там мы, армия без соответственной магической поддержки тоже шансов не имела бы. И какие же это премии получаются. А они еще не хотели охотиться на сликовников! И меня всякими нехорошими словами обзывали, о чем я им тут же напомнил. Пусть знают, что дядю Вадима нужно слушать, когда он хорошие идеи предлагает. А разве он хоть раз плохие предлагал? Нет, конечно. Но этого я озвучивать не стал, так как мнения могли и разойтись.
Да и сами жрецы были далеко не нищими – деньги, золотишко, камешки. Так что я по местным меркам, наверное, уже миллионер. И Зара на трофеях уже имеет раз в десять больше, чем по договору плачу ей я.
Дальше шли уже не торопясь, с остановками на отдых, почти как мы с Эль в самом начале. Алтарь раскололи, сликовников разгромили, теперь мы тут самые крутые, и море нам по колено. Наверное, очень ошибочное поведение, но и психологическая разгрузка тоже нужна, через несколько дней, надеюсь, все вернется в прежнее русло. А сначала некоторые, не я, даже предлагали вернуться к алтарю Слика, набрать еще обломков и добить оставшихся сликовников. Дело, конечно, хорошее, но здравый смысл в моем лице победил жадность некоторых индивидов.
Зато теперь на привалах можно спокойно побеседовать, а не только скандалы ушастых выслушивать. Заметил, что Нарину анекдоты нравятся, так я за каждый скандал, устроенный эльфийками при его невольном посредничестве, рассказываю один про маленького Торина. Нарин вообще над любым анекдотом готов смеяться. На очередном привале я ему на пробу такой рассказал:
– Сидят на дереве молоток и зубило.
Гном уже хохочет.
– Мимо пролетает стая напильников.
Нарин смеется еще сильнее.
– Следом летит маленький напильничек. «Ты куда?» – спрашивают его молоток с зубилом. – «Стаю догоняю». – «Не догонишь». – «Почему?» – «Ты без ручки».
Гном хохочет вовсю, чуть ли не катается по земле со смеха. Эльфийки единодушны, у обеих на лицах крупными буквами написано одно и то же слово: «ГНОМ!!!» А это значит, что Нарин ведет себя совершенно нормально для гнома. Если не устроюсь в другом месте, то пойду к гномам, буду работать юмористом, с голода точно не умру. А вот ушастым нужно слегка отомстить за высокомерие.
– Приятно беседовать с тем, у кого есть чувство юмора, – говорю я гному.
Нарин согласно кивает. В наличии такого чувства у себя он явно никогда не сомневался.
– А вот некоторые этим чувством не обладают, – продолжаю я, показывая глазами, так, чтоб кроме гнома никто не заметил, на эльфиек.
Он опять важно соглашается – еще бы, про то, что эльфы шуток не понимают, известно всем гномам, да и людям тоже. На то они и эльфы.
– Расскажу-ка я тебе, мастер Нарин, одну шутку, которую кое-кто, – опять глазами в сторону эльфиек, – считает несмешной, заодно и проверим.
Рассказываю всем про Винни-Пуха и неправильных пчел. Нарин смеется, даже Зара улыбается, только эльфийкам не смешно.
– Очень смешная шутка, мне понравилась, – нагло врет Лара.
Хитрая темная быстро вычислила, кто мог назвать эту шутку несмешной, и нанесла ответный удар. Ну все, теперь я могу рассказывать любую чушь под видом анекдотов, и обе ушастые будут изображать, как им весело. Сразу и проверяю:
– Бежал заяц, забыл, как дышать, и умер.
Даже гном смеется не очень уверенно, а обе эльфийки изображают улыбки. Хоть бери и фотографируй, а потом показывай всем, как не нужно улыбаться.
