Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 104
Я без сил упала на кровать, сжалась в комок, прижимая к себе подушку, и глухо разрыдалась.
Я сама не заметила, как бесконечные, душащие рыдания перешли в сон, но, когда открыла глаза, на улице уже стемнело. В высокие окна ярко светила луна, окрашивая всю комнату в синие тона и расчертив ее длинными полосками теней. Нестерпимо болела голова. С трудом сосредоточившись, я прочитала нужную формулу, дополнив ее пассами, и по комнате словно летний ветерок прошуршал, зажигая многочисленные свечные фитильки. Теплый желтый свет разогнал сумрак, высвечивая белоснежный циферблат: семь вечера.
Поднявшись, я медленно подошла к туалетному столику, чувствуя, как под подошвами туфель хрустят осколки, опустилась в кресло, запуская руки в волосы. Из зеркала на меня смотрела сумасшедшая на вид девица, с покрасневшими глазами и растрепавшейся прической. Я протянула руку и дернула за шнурок колокольчика.
Тая явилась спустя пару мгновений, будто караулила под дверью и выждала несколько секунд за ней лишь для приличия. Или я провалилась в какое-то очередное беспамятство? Я видела в отражении, как девушка прижала ладонь к губам, сдерживая изумленное оханье при виде царившего в комнате хаоса.
— Причеши меня, — я сама не узнала своего голоса, прозвучавшего таким приказным тоном, которого я раньше никогда себе не позволяла. — И потом прибери здесь.
— Слушаюсь, ваше высочество. — Горничная поспешно приблизилась.
Я закрыла глаза и откинулась на спинку стула, чувствуя, как умелые пальцы ворошат пряди, выпутывая застрявшие шпильки. Тая словно прочитала мои мысли, ненавязчиво массируя голову и избавляя от боли. И вместо того чтобы соорудить очередной шедевр с кучей стягивающих волосы заколок, ограничилась свободной косой, закрученной в пучок на затылке.
— Спасибо, — совершенно искренне произнесла я, чувствуя легкий укол вины за слишком резкий приказ.
Тая только ободряюще улыбнулась в ответ.
Я поднялась и подошла к двери. Помедлила несколько мгновений, а затем решительно взялась за ручку.
Стоило мне ее распахнуть, как навстречу тут же шагнули два бело-красных мундира, загораживая проход. Я смерила их презрительным взглядом с ног до головы, и гвардеец тут же произнес почти виновато:
— Простите, ваше высочество, но у нас приказ не выпускать вас.
— Я иду к Императору, — известила я его ледяным тоном. — Можете меня сопровождать, если вам угодно.
Гвардейцы едва заметно облегченно выдохнули. Сопровождать — это почти то же самое, что не выпускать. А им меньше всего хотелось ввязываться в ссоры между двумя высокородными особами.
Насколько я успела изучить дворцовые порядки, в это время Император обычно занимался разбором документов в присутствии канцлера, поэтому я уверенно направилась к его любимому Зеленому кабинету.
И не ошиблась. У дверей стоял двойной почетный караул, который, на его счастье, и не подумал меня задерживать.
— Ее высочество Анаис Авернская, — провозгласил слуга, с поклоном распахивая передо мной дверь.
Император при моем появлении вскинул голову, отрываясь от разложенных на столе бумаг.
— Рад видеть вас, принцесса, — с улыбкой сказал он. Впрочем, в глазах эта улыбка не отразилась никоим образом, они все так же сияли холодной сталью.
Вместо ответа я хмуро посмотрела на застывшего за его правым плечом канцлера. Тот дождался разрешающего кивка Императора и вышел, оставляя нас наедине.
— Чем я могу вам помочь? — любезно осведомился мой будущий свекор, словно был не первым человеком Империи, а заботливым старым слугой, нежно воспитывавшим меня с самого детства.
Я села в кресло и, не став ходить вокруг да около, спросила в лоб:
— Что вы сделаете, если я откажусь выходить замуж за вашего сына?
Вся доброжелательность с лица Императора тут же испарилась. Вокруг рта легли суровые складки, брови сдвинулись, а взгляд еще больше похолодел, пробирая буквально до костей.
— Милая моя, давайте не будем продолжать этот крайне неприятный для вас разговор!
— Давайте я сама решу, какой именно разговор для меня неприятен? — внесла я свое предложение.
— И зачем, позвольте узнать, вам нужны подобные сведения? — раздражения в его голосе слышно не было, а вот определенная угроза присутствовала.
— Хочу взвесить за и против, — честно призналась я.
— Полагаю, это незначительные разногласия с Дарелом сегодня заставили вас внезапно начать взвешивать за и против?
Я зло стиснула зубы. Глупо было даже надеяться, что Император не узнает о ссоре, учитывая ее громкость, но назвать ее «незначительными разногласиями»?
— Вас это не касается, — я постаралась произнести это как можно более безразлично.
— Вы ошибаетесь, моя дорогая. Абсолютно все, что происходит в Империи, меня касается. Но в одном вы правы, это действительно не относится напрямую к теме нашего разговора. Что ж, если вы так настаиваете, то у меня есть несколько вариантов развития событий, касающихся вашей судьбы. Если вы попытаетесь сбежать, то свадьбу отложат в связи с вашим внезапным нездоровьем. Вас поймают… — Заметив тень сомнения в моих глазах, он холодно улыбнулся. — Да-да, принцесса, поймают, стой за вашим побегом хоть сам командующий гвардией…
При этих словах я едва сдержала эмоции. Неужели он знает и о первопричине нашей ссоры? Нет, этого не может быть. Меньше всего мне хотелось, чтобы из-за меня у Риана были неприятности. Гвардейца было жалко. В конце концов, непривычная к мужскому вниманию, я, возможно, и сама отчасти спровоцировала его. А Император продолжал:
— …И вернут во дворец. Если вы продолжите упорствовать в вашем нежелании и утверждать, что на весь зал сообщите о своем несогласии брать Дарела в мужья, то вас опоят — есть, знаете ли, чудесный эликсир, очень редкий и дорогой, но нам ли жаловаться на стоимость — и все равно выдадут замуж. И в дальнейшем вы будете жить под надежной охраной, посвящая свою жизнь рождению нового авернского наследника и дожидаясь кончины ваших родителей и вступления на престол. Эту кончину в таком случае Империя могла бы даже ускорить.
Он говорил обо всем этом так спокойно и уверенно, что у меня не возникало ни малейших сомнений: все сказанное от первого и до последнего слова — истина. Если поначалу мне было просто противно и дико слышать такое, то после упоминания о родителях стало еще и страшно. А Император продолжал, пристально глядя в глаза:
— В том случае, если вы притворитесь послушной девушкой, но в итоге сорвете свадьбу, я с горечью признаю, что мы были категорически не правы, заставляя вас променять путь сердца на путь долга. После чего с почестями отправлю вас домой.
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 104
