ее глазах впервые за утро мелькнула искра боевого азарта.
— Багрянец, говоришь? — она криво улыбнулась. — Думаю, на балу я буду носить в основном красный.
Спустя неделю. Накануне Бала.
Подготовка напоминала сборы на войну. Я провел в мастерской три часа и довел до ума свой парадный фрак с подкладкой из кевлара, усиленной рунами поглощения удара. В рукавах прятались скрытые мифриловые клинки, выстреливающие по мысленной команде, а в пуговицы были вмонтированы амулеты щита.
В Теневой Ангар, расширенный недавним ритуалом, я загрузил целый арсенал, включая Синту, Кару и пару запасных боевых дронов-марионеток на всякий случай.
Арли вертелась перед зеркалом, примеряя виртуальные скины.
— Хозяин, как думаешь, «Роковая Женщина» или «Кибер-Няша»? — спрашивала она, меняя облик. — Или пойти в классике? Шутовской колпак и бубенцы будут моветоном, поэтому я буду вести стрим из твоей бутоньерки. Подписчики визжат от восторга и пишут в чате всякие милости!
— Веди себя прилично, — буркнул я, застегивая запонки. — Ты там не как клоун, а как независимая пресса, так что фиксируй каждый их косой взгляд.
— Кстати, Хозяин, а когда ты мне подаришь скин Королевский Шут, м-м-м? Обещал, но не подарил!
— Сразу после того как немного разгребу дела насущные, — я вздохнул.
По кристаллу по видеосвязи позвонила Лира. Она как раз примеряла новое платье. У меня фантомно перехватило дыхание.
Платье сидело идеально, струясь по ее фигуре и меняя оттенок от глубокого индиго до яростного алого. На шее сверкало ожерелье моей работы, представляющее собой артефакт ментальной защиты, замаскированный под бриллианты.
— Я готова, — сказала она дрожащим голосом. Но ее подбородок был гордо вздернут.
— Ты великолепна, — честно сказал я. — Поехали. Карета подана. И да, кучер — это переодетая Синта.
— Серьезно? — хором выдали Арли и Лира.
— Ну да, а что? Ей же надо обучаться.
— А можно она будет обучаться вождению не на нас? — попросила Арли.
— Разговорчики в строю, — я был непреклонен.
Глава 21
Да начнется настоящая Грязь
Дворец Торжеств сиял огнями, как новогодняя елка, в которую ударила молния. Музыка, смех и звон бокалов были слышны на улице, смешиваясь с ароматом дорогих духов и выхлопом магических экипажей.
Мы вышли из кареты, и толпа зевак с репортерами замерла. Все ждали увидеть сломленную женщину, прячущую заплаканные глаза за вуалью, и ее мужа-неудачника, дергающегося от каждого шороха. Сплетники уже заготовили ядовитые жала…
Вместо этого перед ними предстали Король и Королева.
Я подал Лире руку, она оперлась на нее, и платье вспыхнуло уверенным золотым светом. Мы шли по красной дорожке, глядя прямо с легкими улыбками. Вспышки камер вместе с шепотом толпы разбивались о нашу броню спокойствия.
У входа нас встречал Лиринэль. Эльф выглядел безупречно в белоснежном костюме с идеальной укладкой. От его улыбки, полагаю, скисло молоко в радиусе километра.
— Маркус! Лира! — он раскинул руки, словно хотел обнять нас, но не рискнул. — Какая честь! Мы уж думали, что вы постесняетесь после всех этих… слухов.
— Слухи — это удел дилетантов, виконт, — я жестко пожал ему руку, сжав пальцы чуть сильнее, чем требовал этикет. — А мы профессионалы и пришли поздравить вас с очередным распилом бюджета или, простите, с праздником инноваций.
Глаза Лиринэля сузились, но улыбка не дрогнула.
— У вас восхитительное чувство юмора, Маркус. Проходите, ведь сегодня вечер открытий. Вас ждет много сюрпризов.
Мы вошли в зал, и я огляделся… Ну что сказать… Роскошно! Бальный зал Дворца Торжеств напоминал внутренности гигантской музыкальной шкатулки. Шкатулки, которую кто-то хорошенько встряхнул, перемешав бриллианты, бархат и лицемерие в пеструю кучу. Воздух здесь был густым, пропитанным ароматами редких духов и едва скрываемой ненависти.
Однако мое внимание привлек не оркестр и не горы изысканных закусок. Мой взгляд остановился на делегации, прибывшей с некоторым опозданием.
Инквизиция.
Толпа расступалась перед ними подобно воде перед носом корабля. Во главе процессии шел Лорд-Инквизитор Аргентума Малакай Вир. Высокий и тощий как жердь, он был облачен в алую мантию, расшитую золотыми нитями, образующими Святой Круг. Его лицо напоминало обтянутый пергаментом череп. Бесцветные водянистые глаза смотрели на мир с выражением брезгливой усталости. Так смотрит человек, вынужденный копаться в чужом грязном белье.
Однако куда большее внимание привлекал не он, а его свита. За Малакаем следовали три фигуры в глухих балахонах. Двигались они странно и дергано, словно их кости когда-то были переломаны и срослись неправильно. Мои сенсоры, настроенные на спектральный анализ, тут же выдали тревожные данные: от этих «святых братьев» фонило не ладаном и праведностью, а серой, гнилью и Хаосом.
— Интересная компания, — прошептала Арли, высунувшись из моей бутоньерки. — У того, что слева, аура цвета прокисшего борща, а у правого вообще вместо души какая-то черная клякса. Это точно инквизиторы, а не косплееры-культисты, сбежавшие с фестиваля плохой магии?
— Тише, — одернул я ее, не сводя глаз с процессии. — Смотри в центр.
Между странными фигурами вели девушку лет восемнадцати в простой белой тунике. Ее босые ноги ступали по холодному мрамору, глаза были закрыты плотной повязкой, исписанной охранными рунами. На шее висел тяжелый ошейник из черного металла, от которого тянулась цепь к руке одного из сопровождающих. Ее руки тоже были скованы, а кожа покрыта татуировками. Если не ошибаюсь, цитатами из Священного Писания Равновесия.
«Святая Агата», — всплыло имя в моей памяти. Живой детектор лжи, секретное оружие Инквизиции. Говорили, что она видит грехи, даже будучи слепой.
— Бездной пахнет, — прошептал я едва слышно. — От этой девочки несет Бездной сильнее, чем от моего сейфа с эссенцией Очищения.
— Малакай Вир принадлежит к фракции так называемых Темных инквизиторов-радикалов, — шепнула Арли. — Эти ребята любят… всякое запретное. Другим не разрешают, а сами пользуются с удовольствием.
— Они используют силу врага против врага? — шепнула Лира, сжимая мою руку холодными, но сильными пальцами. Ее новое платье отливало спокойным индиго, но по краям уже начинали пробиваться алые всполохи тревоги.
— Или они просто лицемеры. По моему скромному мнению, — ответил я.
Малакай остановился в центре зала. Сияющий как начищенный медный таз Лиринэль тут же подскочил к нему.
— Ваше Преосвященство! Какая честь! — эльф склонился в поклоне, едва не касаясь носом пола. — Мы подготовили все согласно вашим инструкциям, меры безопасности усилены до предела.
— Безопасность —
