Арлангур не сдвинулся с места, пытаясь отыскать взглядом Терну.
— Ты чего?
Рассказывать о неожиданном знакомстве ему не хотелось. Сын Зарлатонга сделал вид, что заинтересовался другим помостом в правом углу площади:
— А там тоже показывают представления? Волшебник посмотрел в указанном направлении.
— Нет, там торгуют людьми.
Цепкий взгляд мага остановился на закованном в цепи мальчишке лет двенадцати: «Какой дурак привез на продажу критонского ребенка? Он скорее умрет. но рабом не будет никогда».
— Зачем стражники увели артистов? Они плохо выступали? — спросил Арлангур, когда узнал о сорванном спектакле.
— Да,—усмехнулся маг.—Сегодня ребята были явно не в ударе.
— А мне понравилось. Деревянными мечами они сражались неплохо. — Юноша шел впереди и не заметил, как неведомая сила за его спиной затащила собеседника в переулок. — У нас в деревне не многие так сумели бы. Хотя я шестом владею лучше.
— Ты с кем здесь разговариваешь, деточка? — Пятеро незнакомцев появились из другого переулка.
Сын охотника оглянулся и не обнаружил Югона сзади. От неожиданности подросток не знал, что ответить.
— Да он онемел со страху, — презрительно сплюнул второй. — Того и гляди — сейчас в штаны наложит.
Обвинение в трусости моментально привело Арлангура в чувство.
«На таком расстоянии вряд ли они станут применять магию, значит, наши силы равны. Посмотрим, кто тут первым вымажет спину о дорожную пыль!»
Подсечка заставила одного из незнакомцев жестко приземлиться на пятую точку. Второму и третьему сын охотника резко придавил пяткой пальцы ног, и оба мужичка тоже упали. Однако на этом фактор неожиданности закончился. Оставшиеся в вертикальном положении сурово закатали рукава.
— Ах ты, шурденок! Кусаться вздумал? Ну держись! — завопил самый щуплый из компании.
«Сам ты недокормленный детеныш шурдана!» — выругался про себя сын охотника.
Пока была возможность, парню следовало покинуть поле боя, но он не привык бегать от противника, считая это проявлением трусости. Тем временем упавшие поднялись и тоже рвались проучить юного нахала.
«Эх, мне бы хоть какую-нибудь палку! Зря я не взял с собой копье, пусть даже без наконечника», — сожалел юноша.
— Что здесь происходит? — За спиной подростка раздался еще чей-то громкий голос.
— Господин охранник, этот молодой человек как с цепи сорвался, — мужичок, державшийся доселе сзади всех, подскочил к патрульному, — напал на моих людей. Прямо по улице пройти невозможно.
— Разберемся. Мальчик, ты чей?
— Я из деревни, — неуверенно начал Арлангур, пытаясь на ходу придумать что-то правдоподобное. — Приехал в город с дядей. Мы с ним ходили на представление, и я заблудился. А тут какие-то разбойники стали обзываться.
— Но-но, малец! Какие мы разбойники? Меня в этом квартале каждый знает. — Низкорослый мужчина вытащил что-то из-за пазухи и показал служивому. — А у тебя бумаги имеются?
— Юноша пойдет с нами. — На плечо воина села маленькая птичка. — А вам я советую идти по своим делам.
— А как же мой дядя? — заволновался Арлангур.
— Ничего, посидишь без него одну ночку в казенном доме. Если дядя действительно имеется, завтра он тебя заберет.
— Я не хочу к вам домой!
— А тебя никто и не спрашивает! У нас в тюрьме сейчас весело — целую труппу артистов задержали, так что не соскучишься.
Арлангур давно заметил, что стражников опасался даже Югон, поэтому он не стал сопротивляться.
Тот, кого Арлангур назвал дядей, в это самое время очнулся от магического удара в небольшом полутемном помещении и увидел знакомое лицо.
— Извини, внучок, что так грубо пригласил тебя на свидание, но после встречи с Ролином ты мог сдуру натворить глупостей.
— Привет, дед! Я тоже рад тебя видеть — наверное, единственного из всей вашей братии. Чем это вы меня? — Югон обхватил голову двумя руками. — Звон в ушах такой, словно я колокол.
Кроме них в комнате находились еще трое мужчин не моложе самого Гурзава.
— Одно из простейших заклинаний нашего рода. Энергии требует немного, зато действует безотказно. — Дед положил на стол скомканный лист бумаги. — Возьми вот, почитай на досуге, будет полезно.
— Значит, теперь тебя прислали? Могли бы сразу так сделать. Глядишь, никто бы и не пострадал. — Югон накрыл бумажный комок ладонью.
— Меня никто не присылал, — возразил Гурзав. — Теперь я сам определяю, как мне вести себя с избранными.
— Поздравляю. — Брови внука взметнулись вверх. — Не думал, что после моего изгнания они пойдут на такой шаг.
— Они бы и не пошли, если бы дауроны не подсобили, — усмехнулся председатель Совета верховных магов.
— Как, лысые и до вас добрались?
— Получается, что до нас им добраться легче, чем до тебя.
— Ошибаешься, дед, я с ними тоже встречался. И не раз.
— Если сейчас мы с тобой беседуем, то легко догадаться о результатах этих встреч. А вот Кранз не пережил свидания с дауронами.
— Они его убили?
— На глазах всего собрания.
— Ты смог удержать избранных от немедленной расправы над злодеями? — Зная рассудительность деда и несдержанность своих бывших коллег, спросил Югон.
— Верховные пребывали в шоке, и я этим воспользовался. Но сейчас речь о другом. Дауронам, несмотря на их силу, необходима наша помощь в борьбе с тобой. Знаешь, что из этого следует?
— Да как-то не задумывался…
— А вот я думал, и много. Боятся они тебя, внучок. Больше, чем всех верховных магов, вместе взятых. И, похоже, не без основания. Я специально послал Ролина с дружками, чтобы лишний раз убедиться в серьезности твоих намерений. Невидимки забрал?
— Конечно, спасибо за подарок. А те трое, у которых они были, вернулись?
— Вернулись. Ты бы посмотрел на их лица! Ни одного верховного мага я еще не видел таким испуганным.
— Мне говорили, что все верховные куда-то исчезли.
— Со мной всего пять человек, остальные попрятались в схронах. Надеются, что никто не знает их местонахождение.
— А разве это не так?
— Дауроны составили подробнейшую карту с расположением всех тайных жилищ. Если они захотят, то позволят нам жить. А нет — уничтожат всех.
— Но шансов выжить у вас больше, чем у других. — Внук взглянул на деда с хитрым блеском в глазах.
— После встречи с дауронами я кое-что понял.
— И что?
— У тебя действительно есть возможность остановить неизбежное зло, иначе бы они так не суетились А за это не грех и жизнь отдать. В мои годы неловко прятаться за спины простых смертных. Потом совестно будет смотреть в глаза подрастающему поколению.
— Кстати, о подрастающем поколении. Моего паренька, надеюсь, не обидели?
