— А как же, — Яна без особых раздумий вынула мужской костюм из плотного зеленого саржета (в подобных Сварог видел ее на каталаунских снимках). Обернулась, сказала серьезно: — Я, как и обещала, ни на что не претендую… Но коли уж ты меня взял в здешние королевы, должна я близко к сердцу принимать хелльстадские дела и делать, что могу? Вот на это ты мне позволишь претендовать?
— Конечно, — сказал Сварог, занявшись собственной одеждой.
И подумал, что речь идет не просто о хелльстадских делах, так что сдерживать ее ни в коем случае не следует, наоборот, пусть пускает в ход все, на что способна…
…Сварог и в этот раз не отступил от заведенного им же порядка — гармов не было, но эскадрилья Золотых Филинов бдительно кружила вверху. Вполне возможно, это было не просто бесполезно, а глупо — слишком многие знающие люди заверяли его, что магии в Токеранге нет ни капельки (да и бессильна против Яны любая здешняя магия). Ну, а что бы то ни было метательное, от стрелы до ракеты с ядерной боеголовкой ей не способно причинить вред изначально. Но ничего не мог с собой поделать. Очень уж сильным и въедливым оказалось стремление постоянно о ней заботиться. Быть может, потому, что помнил ее совсем юной, взбалмошной. Это о Маре заботиться не стоит, она в случае чего сама о себе позаботится так, что уцелевшие (если будут) до конца жизни станут стучать зубами при одном воспоминании о рыжей королеве…
Лодка медленно плыла в воздухе в нескольких уардах от бугристых каменных нагромождений. Они обогнули скальный массив практически весь — но Яна сидела с равнодушным, чуть ли не скучающим лицом, ни словечка не произнесла. Сварог тоже помалкивал — если что-то прояснится, сама скажет, а не получится, так не получится…
Она заговорила сама, произнесла досадливо:
— Ничего. Абсолютно. Обычный неинтересный камень, каким он был испокон веков… — и вдруг с изменившимся лицом схватила Сварога за рукав. — Остановись!
Он затормозил с похвальной быстротой, благо с лодкой это проделать было легче легкого. Они повисли в нескольких уардах над неширокой быстрой речкой. Слева и впереди, совсем близко, струилась в реку широкая полоса водопадов — белопенных, кое-где вспыхивавших крохотными радугами, когда солнечные лучи преломлялись в облачках водяной пыли.
Сварог покосился на Яну. Теперь у нее стало совершенно другое лицо — напряженное и чуткое лицо человека, пытающегося расслышать долетавшие издалека звуки — то ли песню, то ли разговор, то ли крик…
Не оборачиваясь, она тихонько сказала:
— На несколько уардов вперед, прямо напротив водопадов…
Сварог плавно передвинул рычажок. Теперь лодка висела прямо напротив водопада — но Яна смотрела не прямо перед собой, а зачем-то задрала голову, словно ее интересовало что-то, находившееся гораздо выше. Ее лицо менялось, охваченное охотничьим азартом, на губах заиграла злая, неприязненная улыбочка — с такими идут навстречу друг другу даже не дуэлянты, а наконец-то нашедшие момент свести счеты враги, и мечи уже выхвачены, и продуманы первые удары…
— Вот вы, значит, как… — процедила она сквозь зубы. — Ничего не скажешь, умно…
Сварог помалкивал: сейчас лезть с вопросами было все равно что торчать за спиной изучавшего мину сапера.
— Вплотную к водопаду! — приказала Яна, и Сварог автоматически подчинился. — Ну, ты ничего неправильного тут не усматриваешь?
Сварог мотнул головой.
— Водопад, — сказала Яна, не отводя глаз от быстрых струй. — То есть падение воды. Вода, как известно, мокрая… Ну?
И тут до Сварога дошло. Водопад был буквально перед ними, только руку протяни, и зачерпнешь воды. Они с Яной давным-давно должны были до ниточки промокнуть, окутанные невесомыми облачками водяной пыли, облитые фонтанами брызг… но оставались совершенно сухими!
— Это оно? — медленно выговорил Сварог с удивившим его самого спокойствием.
Яна протянула руку, по запястье погрузила ее в колышущуюся стену воды, тут же вынула, приложила ладонь к щеке Сварога. Ладонь была сухая. И Яна спокойно сказала:
— Это оно. Можешь попробовать сам, это абсолютно безопасно, я чувствую…
Он протянул руку без всякой опаски (ну, коли она уверена…), как только что Яна, погрузил ее по запястье в безмятежно журчащие струи. И не почувствовал никакой воды, вообще ничего. Иллюзия воды, иллюзия водопада…
— Мы нашли, — сказала Яна все так же спокойно, без всякой рисовки. — Вот только… Чтобы увидеть это во всей красе… Отведи лодку уардов на полсотни от водопада.
Сварог этот маневр выполнил моментально, остановился.
— А вот так все выглядит на самом деле, — сказала Яна.
Подняла к лицу сжатые кулачки, прижала большие пальцы к губам, неотрывно уставилась на широкую стену падающей воды. Ее глаза сузились, потемнели, в них появилось нечто незнакомое.
Водопад вдруг исчез, почти весь, остались только узенькие полоски по краям. Сварог восхищенно выругался про себя, затейливо и смачно. Уардах в десяти над речкой в скале зияло черное отверстие чего-то наподобие туннеля — именно туннеля, очень уж правильные у него были очертания, идеальный круг уардов пятнадцати в диаметре, не менее. По такому туннелю не то что крохотный вертолетик токеретов — средний боевой брагант пройдет играючи, да что там, вимана или драккар…
— Голограмма, — сказала Яна. — Великолепно выполненная, постоянно действующая. У них, должно быть, неплохая электроника…
— Дурак я, дурак… — сказал Сварог с чувством. — Шмелям ставили задачу искать исключительно на плоскости, на земле. Я и не подумал…
— Не переживай, — усмехнулась Яна. — Все равно ничего бы не вышло, направь ты их и туда. Там постоянно работает какая-то завеса… я все же не сильна в технике, как бы это… В общем, эта завеса… ага, она поглощает все излучения, и любой… любой…
— Детектор, — почему-то шепотом подсказал Сварог.
— Да, именно. И любой детектор покажет, что там только вода и скала…
Грамотно, подумал Сварог. Завеса поглощает все излучения, и никакой прибор не доищется до истины — ну, а человеку и в голову не придет лезть в тот водопад…
— Ты там чувствуешь какие-нибудь датчики? — спросил он, не позволяя себе пока что расслабляться. — Устройства, способные зафиксировать вторжение предмета… или человека?
— Ничего там такого нет, — уверенно сказала Яна.
Самоуверенные ребята, подумал Сварог. А впрочем… это не самоуверенность, а инерция мышления. Пять тысяч лет токереты и Фаларен держали нейтралитет, как бы не замечая друг друга, не предпринимали друг против друга никаких акций. Там, внизу, очень уж привыкли, что ими никогда не интересуются и проходов к ним не ищут. И с появлением Сварога не успели перестроиться… и, быть может, были правы. Никакая его аппаратура не смогла бы этот туннель отыскать. И, не реши Яна разбудить древние умения, так бы и сидел, ломая голову, что же предпринять…
— Я, наверное, сделаю, как было, — сказала Яна.
Тот же жест, тот же внимательный, со злым прищуром взгляд — и на месте туннеля вновь появился водопад во всей красе. Сварог ни словечком не протестовал. Наоборот. Он развернул лодку и повел ее к замку. Подумал холодно и отрешенно, как о ком-то чужом: во времена своей «мушкетерской юности» он тут же, не колеблясь ни секунды, погнал бы лодку в туннель. Теперь он собирался действовать совершенно иначе: осторожная и тщательная, в несколько этапов, разведка, сначала разнообразные механизмы, только потом уж самому… И на лице Яны он не увидел того дурацкого, щенячьего азарта, который когда-то бросил ее на неведомые дорожки, к тому озеру с чудовищем, где могла и головы не сносить, да и он тоже, не прихвати с собой в Хелльстад Доран-ан-Тег. Спокойное, взрослое лицо женщины, понимающей всю сложность жизни. Значит, вот так, усмехнулся он горько — все же жаль было чуточку той самой лихой мушкетерской юности. Как там пелось? Значит, все мы рано повзрослели… И правильно, так и надо, но все же чуточку жаль того прошлого…
