– Все никак не наиграешься?
– У меня хорошие новости, – с легким смешком отозвался один из Хранителей. – Помните наших друзей-шаманов, что надрывались на прошлой беседе?
– Еще бы не запомнить. Они так кричали, что даже у меня заболела голова. Не припомню, болело ли у меня что-нибудь после инициации.
– Ну их можно понять. Один из собранных для набега отрядов решился втоптать в грязь нашего претендента и сопровождающую его эльфийку.
Хранитель, получивший хорошие новости, откровенно забавлялся, не торопясь делиться информацией. Двое других немедленно напряглись. Безрадостно утерянный кандидат на должность четвертого постоянного жильца Усыпальницы продолжал волновать их умы.
– Короче, наш дорогой любитель сюрпризов. Мы нашли его?
– Да. А теперь по порядку. Помните магический всплеск на границе Южной империи?
– Разумеется. Кто-то крайне безрассудно позвонил в колокол Мрака, взбудоражив всех магов на континенте.
– Это был наш друг.
Двое ошарашенных собеседников немедленно вызвали из магического архива всю информацию на Глэда. Пробежав глазами сияющие во тьме строки, недовольно нахмурились:
– Но как?! Ему неоткуда было получить эти заклинания!
– Это мы узнаем позже. Может, нежить поделилась с ним. Или эльфы подарили. Факт остается фактом: наш кандидат вызвал тварь из Мрака, и она сопровождала их всю дорогу. В степи должен остаться мертвый след от Южной империи до лесных пределов.
Один из Хранителей хрипло закашлялся, подавившись смехом:
– Тогда понятно, с чего так всполошились любители конины. Вместо двух беззащитных путников они нарвались на первозданное зло!
– Именно так. Больше тысячи воинов погибли в одно мгновение. С поля битвы бежали лишь отсидевшиеся вдалеке десяток вождей и одинокий шаман, которого потом отпаивали травами пару дней.
– Что было дальше?
– Обогнув гору трупов, наш долгожданный претендент добрался до эльфов, где его вместе со спутницей радостно встретили. Теперь они в полном здравии направляются на встречу с советом темного длинноухого народа.
– Откуда информация? – нетерпеливо переспросил владелец скрипучего смеха.
– От наших друзей в совете. Как только эльфийка встретилась с родственниками, она немедленно подала весточку. Затем вечерами делала обстоятельный доклад о путешествии, а старший следопыт пересылал краткую выжимку в совет. Только что полный доклад передали нам. С вашего позволения, я добавлю его в наш архив. – И в прозрачном воздухе возникли рунические строки эльфийского письма.
– С позволения… Когда же ты избавишься от этих мальчишеских выходок?
– Зачем? Ведь так скучно последние пару сотен лет. Хоть какое-то развлечение.
Пробежав полученную информацию, молчавший до этого Хранитель подвел итог:
– Отлично. Через десять дней кандидат будет на месте. Надо договориться с эльфами о взаимовыгодной сделке. Пусть они сами проведут первичную инициацию. Тем более что эльфы отличные мастера в этом вопросе.
– А если безглазый человек погибнет?
– Не погибнет. Тот, кто выжил в пляске с нежитью и с такой легкостью общается с истинными жителями Мрака, не должен умереть от подобной мелочи.
– Что пообещать эльфам?
– Пусть узнают, от кого он получил эти опасные знания. А мы тогда сможем подсказать, где найти остальное. Думаю, такая цена вполне устроит наших друзей, мечтающих стать единственными действующими магами на всех южных землях Фэгефула. Не удивлюсь, если через три-четыре столетия они освоят все новинки и заставят своих светлых сородичей искать другой дом севернее, в пределах Южной империи.
– Мы ничем не рискуем в этом случае? Кто знает, как далеко они могут пойти в своем походе на север.
– Мы не рискуем. И мы, и они прекрасно помним, что их любимые Галанты живы благодаря нашему разрешению. Стоит нам шевельнуть пальцем, и вся магическая сила древнего народа испарится в один миг. Им выгоднее дружить с нами и всячески поддерживать добрые отношения.
– Хорошо, тогда отправляем наши пожелания и ждем прибытия кандидата на место. Пора заканчивать эту затянувшуюся эпопею с четвертым Хранителем.
– Читал? «Трудно найти слова, чтобы описать их хитрость, подлость и злопамятность. Помните, эти твари обманут любого, считая это высшей доблестью. Ножом и ядом они платят за любую услугу. Лишь обратившись к имперскому дознавателю, вы можете спасти свою жизнь и жизнь своих близких. Вознаграждение ждет вас». Слышал? Вознаграждение. Опять эти жулики пытаются медь подсунуть.
– Мне плевать. Пока длинноухие платят золотом, я буду их встречать, поить, кормить и документами снабжать. Золото весит больше, чем все приказы вместе взятые.
Из разговора в пригородах Арнта
Июнь
Жара, медленно набирающая силу, еще не успела окутать духотой внутренние дворы императорской резиденции. Влажный тяжелый воздух успел лишь оккупировать пустые залы с рядами холодных мраморных колонн. У многочисленных бассейнов и фонтанов среди заботливо ухоженных миниатюрных садов толклись многочисленные богачи, обсуждая итоги последних выступлений, заключая сделки или просто перемывая косточки соседям. Через гомонящую толпу сплоченно двигалась группа легионеров в начищенных до зеркального блеска доспехах. Возглавлял группу десятник императорской гвардии, придерживающий меч в ножнах. Следом за ним размеренно вышагивали легионеры в парадных плащах, по привычке пытающиеся нашарить оружие на поясе. Но в отличие от гвардейцев удостоенным встречи с императором не полагалось носить оружие. После гибели одного из императоров от меча легионера данное правило соблюдалось неукоснительно.
Миновав несколько залов, гвардеец отсалютовал застывшей у неприметной двери охране и отворил низкую дверь, пропуская гостей вперед. Затем закрыл украшенные позолотой створки и замер снаружи.
Центр маленького дворика занимал бассейн с искусственным водопадом, в глубине которого сновали стайки разноцветных рыбок. По широкому бортику бассейна повара расставили многочисленные блюда со сладостями и фруктами. На противоположной стороне, на широкой тахте с многочисленными подушками, полулежал старик в темно-синей тунике. Усталые покрасневшие глаза внимательно пробежали по застывшим перед ним солдатам, после чего император вяло махнул в сторону расставленных рядом с угощениями скамеек. Легионеры осторожно присели и замерли с закаменевшими лицами. Владыка империи еще раз посмотрел на напряженно застывших перед ним мужчин и вздохнул, жестом позвав виночерпия:
– Самое печальное в мои годы – это осознавать свое одиночество. Даже здесь, сейчас я один. Любое мое слово будет вами обдумано многократно. Любая фраза разобрана на части с поиском скрытого смысла. И самое горькое, что если я неудачно повернусь и больные колени вызовут на моем лице гримасу неудовольствия, кто-нибудь из вас воспримет ее на свой счет. Увы, служение империи отдаляет меня от простых людей, причисливших старика к рангу небожителей.
