принялась расстёгивать его рубашку, чтобы взглянуть на раны, промыть их и хотя бы перевязать.
Самуил же не отвечал, глядя куда-то вдаль. И, несмотря на ручейки крови, обжигающей пальцы, гладкую кожу дракона, под которой крепкие мышцы будто раскалялись докрасна я, как завороженная, рассмотрела в глазах Самуила… рассвет, что тронул, наконец, горизонт за сиренево-синим лесом вдали.
– О, – наконец отозвался младший, сияя в первых, всё ещё холодных солнечных лучах и на губах его вдруг заиграла странная, будто победоносная, но лёгкая улыбка, – не тревожься, я не собираюсь ненавидеть богов. Просто не верю, что те, кто соревнуется с нами в правде и могуществе – действительно наши боги. Нет, брат. Все вы заблуждаетесь. Судьбу нужно признавать, но не полагаться на неё. Мы должны действовать, а не просто смотреть.
Князь сдавленно вскрикнул, когда край рубахи, прилипший к плечу, отошёл от раны, и я отдёрнула руки.
– Прости… – выдохнула растерянно.
Выручил Самуил, бесшумно соскользнувший с подоконника, чтобы вместо меня стянуть с князя рубаху, помогая ему присесть, чтобы мы могли осмотреть его спину.
Но я чуть помедлила, потому что ладонь мою князь неосознанно поймал на смятой простыне и сжал в своих красивых длинных пальцах, будто в поисках утешения. Я не могла себе позволить отнять её…
Лицо его, суровое, с горящими колдовскими глазами, было так близко и он, наконец, сдаваясь слабости, лбом уткнулся в моё плечо и судорожно выдохнул.
– Ты пахнешь, – едва слышно прошептал он, – розами…
Но я уверена была, что розами пахла его боль. И словно видела, где сильнее всего впиваются в его тело острые шипы, и сдавливала чёрная лоза.
Я видела его боль… и смерть.
– Я приехал, – голос со стороны порога заставил меня и Самуила замереть, – с тётушкой, чтобы помогать. И вижу, не зря.
– Джетт, – отозвался дракон так тихо, что вряд ли был услышан кем-то из братьев. – Только не ты...
Но на этот раз меня никто не выставит вон из покоев князя!
Глава 7
Джетт оказался худощавым, до серости бледным парнем чуть старше Самуила, со спутанными чёрными волосами и глазами, в которые заглянуть мне всё никак не удавалось, ведь он, следуя своим убеждениям, прикрывал их ладонью, находясь в покоях дракона.
При этом меня больше впечатлил его небрежный вид – волосы бы расчесать, рубашка наполовину расстёгнута, широкие тёмные штаны напоминали обыкновенные джинсы, из-за чего на мгновение я ощутила диссонанс и вновь усомнилась, не вижу ли на самом деле лишь сон.
Но вот сквозь пальцы его просочился холодный колдовской огонёк, и парень престал выглядеть так, словно явился сюда из моего же привычного мира.
– Ты тоже приехал, – проговорил Самуил так, что было не понять, рад он или насторожен.
– Как иначе? – в голосе Джетта неизменно звучала холодная сталь. Слова вылетали небрежно и колко, будто камни, что бы он ни говорил. – Боялся не успеть проститься. Хотел посетить вас раньше, однако не вышло. Ну да хватит любезничать… Выйдите все вон!
И посторонился, открывая для нас дверь шире, но никто и с места не сдвинулся.
– Самуил, – голос его понизился, – ты немногим младше меня, должен понимать, что есть вещи, с которыми нам не поспорить. Остаётся не терять лицо. А ты ведёшь себя, как ребёнок, да ещё и чужачке позволяешь прикасаться к князю!
– Ещё одно слово, – неожиданно серьёзно отозвался Самуил, подступая к брату, – и ты вернёшься к себе раньше, чем успеешь повидаться со всеми. Я никому не позволю оскорблять Стешу, она уже не чужая нам. Она та, благодаря кому наш мир обойдёт стороной беда. И будущая жена того, с кем ты приехал проститься, но на кого даже не можешь взглянуть!
– Или сказать… мне лично. Хотя бы слово, – слабо отозвался князь, пронзая Джетта строгим взглядом. – Я всё ещё здесь…
Тот, будто ощутив, что Рагуил на него смотрит, коротко поклонился и покинул нас, не проронив больше ни слова.
– Пойду, прослежу, чтобы вас никто уже не потревожил, – решил Самуил и отправился вслед за ним.
Я услышала, как щёлкнул замок в двери и, с облегчением выдохнув, вернулась к прерванному делу.
– Джетт не плохой парень, – прошептал князь, когда я смочила тряпицу в прохладной воде. – Просто ему не повезло с силой.
– Мм? – отозвалась, закусив губу, сосредоточенно и осторожно промывая рану на его лопатке и рёбрах, боясь причинить дракону боль.
Видимо, именно с этой стороны отсутствовало крыло, вот и были так ужасно разорваны ткани, боюсь, как бы ни до самых костей…
– Каждому из нас, – пояснил он дрогнувшим от напряжения голосом, – при рождении… дан дар. Моим были… драконьи крылья. Небо дарило мне силу… Джетт имеет связь с соседними землями и пока… не женится, увы, покидать их без страданий не может. Зато там он становится. Таким, – говорить ему было всё тяжелее, но я продолжала свою работу, заметив, что некоторые раны уже успели воспалиться, – могущественным, что никто. Не посмеет. Напасть… на них.
– Выходит, его слабость в том, – я достала бинты, – что вне своих владений он будто простой человек? А ты теряешь силы, лишившись крыльев… А Самуил?
На губах князя скользнул призрак светлой улыбки.
– Ворон он, не иначе, – а в голосе такое тепло и нежность, что у меня защемило сердце, – Самуил подобен свободному ветру. Не знаю пока, в чём его слабость. Ветер… крыльев лишить. Нельзя. И дома… тоже. А-а, – коротко выдохнул он от боли, едва не упав.
Я выпустила из пальцев моток затягиваемых на теле князя бинтов и придержала его за плечо.
– Потерпи, пожалуйста, я почти закончила… – и когда Рагуил немного пришёл в себя, продолжила бинтовать. – Подать воды?
Он слабо кивнул, опускаясь на подушки.
– Тебе бы отвлечься, побольше пить и съесть что-нибудь питательное. А ещё, – запустив ладонь ему за затылок, помогла я князю приподнять голову и поднесла к его губам стакан с кристально-чистой водой, – если бы было у вас что-то против воспаления… Неужели нельзя
