вспомнила и другие слова брата — про то, как работает созданная им формула. Единственная и неповторимая, составленная для одной неё.
Символы, которые он не успел нанести на кожу, но восстановил магией, должны отводить излишки потока, делать его стабильнее и прерывать, если формула выйдет из-под контроля. А это значит, можно попробовать их форсировать.
Направлять силу, да ещё и в неначертанные знаки, когда разум затуманен гневом, та ещё задача. Девушка почувствовала, как её коснулся Стигрен. Вряд ли парень понимал, что делает, но он искренне пытался помочь.
Она закрыла глаза и сосредоточилась. Гнев и ненависть отступали, на смену им навалилась нечеловеческая усталость. Прошёл ещё миг, показавшийся вечностью, и девушка убрала руку. Её тело обмякло, как кукла, в объятиях егеря.
— Ты молодец, — шепнул парень.
Эрис улыбнулась. Хотя она всё ещё чувствовала, как магия плоти играет с гормонами, пытаясь распалить в ней ярость.
— Вернуть… кольцо, — слова давались с трудом, она теряла сознание.
Стигрен обернулся. Там, где только что бушевал монстр, был перепачканный бурой слизью обнажённый парень, в глазах которого словно застыла ненависть. За его спиной с копьями наизготовку стояли Оберт и Дашра, а ещё чуть дальше курсанты столпились у заваленного прохода в тоннели. Новобранцам удалось раскопать небольшой лаз и теперь они помогали товарищам забираться в него по одному.
— Превосходная работа, дорогой Якен, — бормотал незнакомец, будто не замечая того, что происходит вокруг. Медленными шагами парень двинулся к Эрис и Стигрену.
Оберт приготовил магический знак, но эльфийка тут же схватила его за локоть.
— Не смей, идиот! Забыл, что случилось в Стаггарде?!
Ответить у егеря не вышло. Маг плоти лениво отмахнулся, отстрелив в обоих по фаланге. Дортхонка схватилась за бедро, на котором появился глубокий порез. В Оберта снаряд не попал, но он тут же бросился на помощь подруге.
— Не быть тебе хорошим егерем, — она была искренне благодарна, но всё же из-за неё Вальгер тоже выбыл из боя.
— Молчи уже, башка ушастая, — парень крепко зажал рану и вылил на неё полный пузырёк заживляющего состава. — Повезло, что этот гад не целился!
— Повезло… — Дашра гневно посмотрела в спину человеку, который появился из останков горванта.
Учитель Якена, казалось совершенно не стеснялся своего вида. Шаг за шагом он приближался, не сводя с Эрис полного ненависти взгляда.
— Подумать только, формула активна в полную силу, но процесс обращения и не думает начинаться, — маг плоти расплылся в улыбке. — Всё-таки её братец гений.
Девушка лежала без чувств, поэтому Чудотворец обращался к Стигрену.
— Почему ты не подох? — огрызнулся егерь.
Юноша залился булькающим смехом и настолько увлёкся, что не заметил, как из уголков рта потекла зеленоватая слизь.
— А ты под стать этим двоим, дружок, — парень утёрся тыльной стороной ладони. — Меня убить не так уж просто, особенно такими примитивными штуками.
Чудотворец откинул ногой меч, который Стигрен в горячке боя выронил, да так и не подобрал.
— Но вот этот трюк и правда был хорош, — маг плоти несколько раз натужно кашлянул, как нализавшийся шерсти кот, и отрыгнул в подставленную ладонь зелёное кольцо, вместе с комком слизи. — Где вы только его раздобыли, я-то думал, что знаю их все наперечёт!
Он посмотрел на Эрис сквозь украшение, а затем резко поднял руку вверх — в ту же секунду на него напал Стигрен, пытаясь забрать артефакт. Перемазанный в крови горванта кулак со всей силы вонзился Стальному под рёбра. Егерь упал на четвереньки, у него перехватило дыхание.
Чудотворец опустился на корточки, всё ещё держа кольцо перед собой двумя пальцами.
— Вот как мы поступим, — его тон неожиданно сделался в разы серьёзнее. — Я отдам тебе это кольцо и даже, если захочешь, расскажу откуда оно взялось. А вы с друзьями просто сделаете вид, что я незаметно сбежал и пошёл своей дорогой…
— И сколько трупов на ней будет? — ответил егерь с усмешкой. — Так уж вышло, что мой долг, среди прочего, предполагает борьбу с такими, как ты и плодами твоих извращений!
— Мои извращения — это единственное, что позволило выжить твоей ненаглядной девке!
Ненависть в глазах, казалось, стала ещё ярче. Маг плоти с размаху пнул егеря в лицо, а затем нацелил в парня указательный палец.
— Я ещё мог бы пощадить сестру Якена, но вот тебя стоит раздавить просто в назидание!
— Давилка отсохнет! — с пальцев Стигрена сорвалась струя белого огня.
Над площадкой разнёсся душераздирающий вопль мага, с его черепа сползала оплавленная кожа, обнажая кости.
Расплачиваться за трюк пришлось левой рукой, которая в момент покрылась волдырями и даже обуглилась в нескольких местах. От боли егерь прокусил нижнюю губу, но всё равно издал невнятное мычание, слившееся с чужими криками и громкими хлопками. Пальцы Чудотворца исчезали один за другим, а костяшки летели в совершенно случайные стороны.
— Добей уже его! — взревел Стигрен. Сам он, позабыв про боль, рыскал по земле, пока не наткнулся на маленький обруч зелёного металла.
Дважды просить не пришлось. Оберт, закончив перевязывать Дашру, подхватил оба копья и с криком бросился к человеку без лица. Блестящие наконечники одновременно вошли в спину и пронзили тело мага плоти насквозь — кожа вокруг ран незамедлительно потеряла цвет, будто у горванта.
Маг плоти повернул черепушку к новому врагу. Омертвевшие ткани свисали серыми струпьями, словно длинная борода. Новые мышцы росли медленно и напоминали копошащихся червей, медленно покрывая щёки и челюсть, подползая к пустым глазницам.
Перепачканный в бурой жиже Оберт с испуга отпустил оба древка и едва не споткнулся, когда отступал. Чудовище перед ним казалось куда страшнее любого горванта.
Существо издало протяжный вой и будто приготовилось к новой атаке. Копья выскользнули из ран, сочившихся коричневым гноем.
— Ох, Пекло! — позабыв предупреждение Дашры, егерь принялся перебирать камни в браслете.
Нащупав искомый, Оберт мигом прогнал в голове молитву. Он не знал ни одной, но от страха придумал собственную. В конце концов, даже если не удастся пережить отдачу, удар такой силы точно прикончит кого угодно. Парень зажмурился… а потом всё-таки открыл глаза.
Клинок блеснул так быстро, словно проскочила молния. Тело учителя Якена, разрубленное
