неприкрытой насмешкой спросил дортхонец.
— Магией политики и людских страхов! — всё так же холодно говорил главком. — Зверя по имени Толпа нельзя приручить, только выдрессировать!
Нога Райнара скользнула по ступени небольшого возвышения, на которое он был вынужден взобраться. В теории это давало преимущество и, напади он сейчас, возможно появился бы шанс победить… окажись на месте Лирса кто угодно, кроме него.
— Ты всегда боялся трудностей, Райнар! Всегда искал лёгкий путь! — Маллет поднял на пасынка взгляд, полный ярости. — Мечом-то ты размахивать научился, а в остальном так и остался глупым мальчишкой! А я, дурак, жалел тебя, верил, что однажды и ты поймёшь, насколько наша служба сложнее беготни по лесам за горвантами!
— Да, всё так! — признал эльф. — Ты во всём прав, Лирс! Я просто наивный дурак, который поверил, что Стальной гарнизон призван защищать мир людей и эльфов от чудовищ, противных самой магии! Уж прости, что не учился играть в престолы и плести интриги, вместо того чтобы исполнять свой, гори он в Пекле, долг! — последнюю фразу он прокричал со слезами на глазах.
Астани как следует затянула повязку, которой примотала искалеченную руку Нирин к её же туловищу. Мера не самая эффективная, но лучше, чем позволять конечности болтаться туда-сюда.
— Болит? — поинтересовалась эльфийка. Дочь Зорана молча отвела взгляд.
Что сейчас чувствует Нирин сказать было трудно, однако помощь девушка приняла спокойно, без лишних эмоций и попыток выяснить отношения. Как и подобает настоящему воину.
— Я знала твоего отца, — продолжала Астани. — Мы с ним…
— Однажды ты приходила, — перебила егерь. — Но в дом так и не зашла.
Нирин попробовала пошевелить пальцами сломанной руки и недовольно скорчилась. Поняв, что арванарка всё ещё на неё смотрит, девушка пробурчала:
— Прости… за тот раз.
Якен осторожно шагнул к центру комнаты, пытаясь одновременно удержать в поле зрения и девушек, и капитана с командующим. Глядя на возню с Нирин, он отчаянно хотел закричать, чтобы эта дура просто вышла из комнаты, подальше от лунного серебра, и позволить магии плоти сделать своё дело. Вот только привлекать внимание к себе сейчас не стоило.
Крик Райнара заставил их резко обернуться в сторону главкома и капитана. Пользуясь замешательством, парень бросился к самородку.
— Ты что задумал? — арванарка сердито схватила его за локоть.
— Там чистое лунное серебро! — шепотом ответил юноша. — Достать его почти невозможно, а тут целая гора! Металл это мягкий, если совсем чуть-чуть поработать ножом…
— С ума сошёл думать о наживе в такой момент?!
— С ним я смогу помочь Эрис! — огрызнулся Якен. — И Нирин! И кому угодно! Прошу, поверь мне…
Говоря на чистоту, Лирсу и самому был не по нраву его собственный план. Слишком много сопутствующих потерь, слишком велик риск, что ситуация выйдет из-под контроля. Но сейчас, в любом случае, поздно что-то менять — он уже толкнул первую костяшку и теперь лишь вопрос времени, когда цепная реакция обрушит последнюю.
Лирс и Райнар продолжали ходить кругами, отступать и наступать, не позволяя друг другу получить хоть малейшее преимущество.
Глубоко внутри Лирс Маллет, отец и мужчина, ликовал от того, каким умелым и храбрым воином вырос этот маленький эльфёнок. Готовый защитить своих близких даже ценой собственной жизни и поступить, как считает нужным, даже если это нарушит все мыслимые правила.
Главнокомандующий Лирс Маллет видел перед собой предателя, что отвернулся от Гарнизона и лично от него. Егеря, променявшего долг на свои фантазии о справедливости. Идиота, который спасовал даже зная, что на кону.
— Твоим долгом было слушаться и не лезть, куда не просят, — каждое слово главком произносил, будто хлестал плетью. — Я тебя вырастил, Райнар, я тебя и убью!
Эльф-дортхонец, что заменил ему сына, стоял напротив и смотрел прямо в глаза. Предохранительная скоба, не дающая мечу покинуть ножны, отомкнута, а стойка позволит выхватить клинок и нанести удар меньше, чем за секунду. Маллет раз за разом заставлял отрабатывать единственный удар, повторяя, что однажды этот приём спасёт ему жизнь.
А теперь он собственноручно её отнимет. Потому что иного исхода предатели не заслуживают.
Райнар и Лирс больше не кричали друг на друга и даже не обменивались колкими фразами. Они просто стояли наизготовку, будто две статуи, глядя противнику в глаза, почти не мигая и не шевелясь. Воинам такого уровня не нужны ни размашистые атаки, ни обманные финты, ни безнадёжные клинчи. Им нужен один-единственный удар.
Обыватели почему-то уверены, что меч покидает ножны с характерным звуком, по которому всегда можно узнать, что противник начал действовать. Но каждый, кто хоть раз сталкивался с капитанами Стального гарнизона, над этим поверьем только посмеётся. Изогнутые, неестественно блестящие даже при плохом освещении мечи покидали ножны абсолютно бесшумно и зачастую быстрее, чем противник вообще замечал, что егерь коснулся рукояти.
Вот и сейчас всё закончилось, пожалуй, слишком быстро, особенно для такого накала страстей. Противники рванули навстречу друг другу, одновременно взмахнули мечами и одновременно же их выронили.
— Ты меня воспитал, — эльф упал на колени. — Сам виноват!
Маллет в ответ не сказал ничего. На его шее появилась тонкая алая линия, из которой струилась свежая кровь. Сердце по инерции продолжало биться, не понимая бесполезности своей работы. Тело Лирса Маллета рухнуло ничком, от удара о каменный пол голова командующего слетела с перерубленной шеи.
Нирин и Астани бросились к нему, Райнар слышал их голоса, но не мог разобрать ни единого слова. Понимал, что девушки плачут, пытаются наскоро залатать рану, спасти его. Глупое занятие — он ведь совсем не чувствовал боли. Только бесконечную усталость и желание наконец-то отдохнуть.
Глава 21
Лоя Деен сняла квадратные очки и потёрла переносицу. С тех пор, как её, пускай и временно, назначили на место почившего Лирса Маллета, дел и проблем прибавилось кратно. Не говоря уже о тех, что приносили чиновники, подгоняемые «Палачами». Организация красных колпаков взялась в Рилании как из-под
