Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 139
— Так зачем было оставлять ему жизнь?
Таргитай сразу не нашелся с ответом, проблеял что-то о милосердии, а Олег сказал с достоинством, продуманно:
— Пусть знают все, что посол должен заниматься посольством! Ежели выживет, в чем я сумлеваюсь, то его казнит каган. Ясно? Ведь явится с пустыми руками и обгорелым хвостом.
Мрак заржал, конь присел и поджал уши.
— Каган будет последним дурнем, почище Таргитая, если поверит, что такой оборванец — посол! Грамоты сгорели, заместо каравана остались от хвоста уши…
— Вот-вот. А если каган не казнит — кто этих степняков знает, — то свой фараон точно не помилует!
Мрак с восхищением покрутил головой:
— Зверь! Какая ловушка для бедолаги… С какими двумя извергами, оказывается, еду!
Они нещадно гнали коней, пока те не захрипели, а с удил не полетела по ветру желтая пена. Таргитай смутно удивился, что сильные звери приморились раньше него, простого и несмышленого лесного жителя. Мрак же пустил коней шагом к видимой только ему роще.
Их встретило около сотни дубов, где старые поддерживали молодняк, сплотившись, как запорожское братство Конана, переплетясь ветвями и корнями, выдерживая удары ветра, стужу, зной.
— Мир вам, крепкокорые, — сказал Олег почтительно. — Мы — люди Леса, деревья чтим. Особо чтим вас, могучие дубы!
— Здравствуйте, — сказал Таргитай ласково.
— Будьте здоровы, — буркнул Мрак. Вогнав коня в тень, он спрыгнул, шлепнул по мокрому от пота крупу, понуждая идти к зарослям сочной травы. — Хвороста не видать… Тоже мне степняки — костры норовят разводить к холодку!
— Могли поляне, — предположил Таргитай.
Мрак посмотрел так, будто Таргитай плюнул в котел с кашей.
— Взгляни на выжженную землю! Хоть поляне всего лишь выродившиеся невры, но даже они не станут разводить огня рядом с деревьями!
Олег озабоченно пощупал кору ближайшего дуба. Почернела, растрескалась, из обрубков нижних веток все еще капает сок, на верхних уцелевших ветках свернулись от жара листья.
— Костер жгли недавно, — определил он.
— Скоро за своими хвостами гоняться будут!
Коней пустили пастись. Конь Таргитая, признав хозяина самым мягкосердечным, поглядывал укоризненно. Травы мало, приходится щипать листья с веток, поднимаясь на задние ноги, как делают паршивые козы, которых создал не Род, а Чернобог по своему образу и подобию.
Олег прочесал весь гай, но принес лишь десяток лесных яблок. Мелкие, твердые как камни, они были к тому же кислые, как улыбки тещ, у которых дочерей сватают бедные зятья.
— Это все, — сообщил он хмуро. — Там еще дятел бьется головой о дерево, ошалел уже…
— Дятел наш, — строго сказал Мрак. — Короедов жрет. Эх, Олег! А еще волхв, умным хочешь быть. Отдай эти яблоки коням.
Он вытряхнул прямо на землю сушеную рыбу, жареное мясо, хлебные лепешки, связки сочных луковиц. Таргитай и Олег непонимающе смотрели на Мрака.
— Олег, — сказал Мрак, — разве я не велел пошарить в тюках?
— Я пошарил! Набрал столько, что конь шатается. Всякие магические вещи, чародейские…
Мрак пошарил в мешке, запустив руку по плечо, вытащил завернутую в широкие листья лопуха истекающую жиром зажаренную птицу. От нее сразу потек одуряющий аромат.
— Вот настоящая магия! Потягаемся, волхв?
Олег не отводил от жареной птицы зачарованного взгляда, голос его был потрясенным:
— Сдаюсь… Это великое чудо!
После обеда Таргитай растянулся на земле в тени дуба, раскинул руки. Он чувствовал себя как дед Тарас после подъема на крышу сарая. Мрак тотчас же вскочил — свежий и бодрый, как переплывший холодный ручей заяц.
— Кончай ночевать! Лодыри, по коням!
Таргитай продолжал лежать, а когда Мрак посмотрел на него зверем, сказал невинно:
— Мрак, а у меня не конь, а кобыла…
— Садись на кобылу, а то голову сверну!
Кони едва не заплакали, но их нещадно погнали в зной, где воздух плавился от жары, а солнечные стрелы превращали землю в сухую ядовитую пыль. Мрак посматривал по сторонам обеспокоенно, везде видел далекие облачка пыли.
Вдоль обочины темнели норки хомяков. Конь Мрака провалился первым, но, к счастью, не на скаку. Мрак из осторожности хотел было пустить коней волчьим шагом: след в след, но посмотрел на измученные лица, махнул рукой. От судьбы не уйдешь, костлявая и в вирые достанет.
Измучились к середине дня: Мрак часто приказывал слезать, уводить в Степь и там залегать вместе с конями, пережидая скачущих киммеров. Кони чуяли подземные ходы хомяков, ступали осторожно. Мрак наконец снял лук, и даже кони повеселели, ибо стрельба из лука означала скорый отдых.
Таргитай даже не понял, почему вдруг Мрак выстрелил в заросли великанских будяков, но там истошно вскрикнула огромная птица, шумно захлопали крылья. Олег пустил коня вперед, оттерев Таргитая, вломился в толстые стебли, через минуту птица уже оттягивала ему руку.
Мрак спрятал улыбку. Голодный волхв явно поднял добычу, не слезая с коня! Прямо степняк. А совсем недавно коня боялся как упыря!
На привале Таргитай натаскал сухих стеблей, а Олег развел костер. Пока певец неумело выдергивал перья, Мрак разрезал дрофу на куски, насадил на прутья.
— Дурные кони, что не едят мяса! Травой разве наешься?.. Вот Олег вырос с кота на карачках, а ест как Змей! А сколько бы зелени извел, если бы травой кормить?
Олег обиженно опустил свой кусок. Мрак благодушно похлопал по спине:
— Ешь. Здесь ты не волхв, а витязь.
— А как костер разводить, так я волхв!
— Волхв тоже иной раз бывает витязем. Вон даже Тарх матереет помалу, хотя до витязя далече…
Мрак говорил сурово, прятал довольный блеск в глазах. Таргитай окреп, возмужал, потерял детскую рыхловатость. Лицо оставалось глуповато доверчивым, но глаза смотрели уже строже, испытующе. Олег тоже окреп, оброс тугим мясом, все же Таргитай изменился разительнее, превратился в статного молодого богатыря, хотя на лице осталось выражение несчастного ребенка, который нуждается в защите.
Только я сам не изменился, подумал Мрак. В плечах — дай бог каждому, силой не обижен. Даже ухитрялся темнеть под солнцем каждое лето, когда на полянах разделывал зверя.
С конем освоился лучше всех Олег. На второй день читал книгу даже при скачке. Таргитай на ходу складывал песни — голос окреп, а песни стали иными. В Лесу были светлыми, беспечными, теперь пропитались болью, горечью, недоумением… Странно, Мрак и Олег слушали их так же жадно.
Приучившись читать, не слезая с коня, Олег постоянно бормотал, делал в воздухе странные жесты. Конь сбавлял шаг, иногда останавливался вовсе. Мрак сердился, наконец заорал:
Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 139
