в единоборстве. Но прежде всего – те немногие специальные умения, какие ему удалось сохранить или восстановить после того уже, как он перестал быть Человеком Сил.
Охранитель уселся на один из двух стульев. Расслабился. И, одно за другим, начал отключать все ощущения и чувства, кроме тех, что были ему сейчас необходимы.
Он знал, что у него слишком мало сил сейчас, чтобы выйти из тела надолго. Он мог позволить себе это разве что на какие-то минуты. Но для первого раза и такой срок окажется вполне достаточным.
Он выходил из тела с трудом, тяжелее, чем обычно. Ничего удивительного: у него давно уже не было практики, на Ассарте было не до этого, да там и вполне достаточно было находиться в теле. Однако выйти удалось, пусть и не сразу. Наконец он с радостью ощутил свою бестелесность и невесомость. Он облегченно вздохнул бы в этот миг – но дышит тело, а Охранитель был сейчас вне его.
Теперь выйти из помещения, в котором он был заперт, не представляло никакого труда. И он немедленно двинулся в путь.
Без особых сложностей ему удалось установить, что на корабле, кроме него, находились только четыре человека.
Один из них был в ходовой рубке. Спокойно сидел, вглядываясь в обзорные экраны, время от времени переводя взгляд на дисплей, показывавший место корабля в пространстве, а также ближайшие – относительно – небесные тела и другие объекты.
Их оказалось неожиданно много. Вслед за кораблем, на котором находился Охранитель, шел, как он увидел, целый караван тяжелых транспортных судов.
Он не мог сейчас сосредоточиться, чтобы понять, что это за транспорты и зачем они. Это предстояло сделать, когда он вернется в тело. Сейчас же оставалось только смотреть, слушать и запоминать. Слышать он мог, разумеется, только перехватывая мысли в миг их словесного воплощения. Это он и делал.
А еще дальше, позади, находилась планета, от которой вся эскадра сейчас удалялась.
Охранитель очень неплохо ориентировался в скоплении Нагор. Так что определить, что это за планета, ему удалось без особого труда. Инара. Маленький окраинный мирок, известный богатством своих недр. Транспорты, скорее всего, шли именно оттуда.
Человека, сидевшего за пультом, Охранитель не знал. Но по своеобразному ощущению, возникшему у него, понял, что то был один из людей, наделенных некоторыми дополнительными способностями. Следовательно – человек Ульдемира, иными словами – Мастера. Других подобных в Нагоре быть не могло.
Отступив чуть левее, Охранитель смог увидеть и пространственную схему скопления Нагор. Нитевидные лучи света, зигзагом протягивавшиеся от одной системы к другой, обозначали, как он понял, намеченный для корабля маршрут. Он охватывал почти все населенные миры Нагора. Точнее – миры, принимавшие участие в Десанте Пятнадцати.
Что это было? Карательная экспедиция? Если на каждую планету швырнуть хотя бы один транспорт, нагруженный антизарядами… В минувшей войне они не применялись, не было даже известно, действительно ли этим оружием обладал Ассарт и какие-то из прочих планет; но предположить такое было возможно.
Однако Охранитель прекрасно знал, что на Ассарте не было сейчас такой силы и такой власти, какая решилась бы и нашла бы силы и средства для подобной операции.
Нет, это не могло быть карательным походом.
Что же тогда?
Прежде чем вернуться к себе и думать об этом, следовало увидеть и услышать, что и где делают остальные трое из экипажа корабля.
Двое из них располагались в рубке связи, за радиопультом, и с кем-то переговаривались. Охранитель проник в рубку через ту переборку, что находилась у них за спиной. Его никто не заметил – да и не мог бы, пожалуй, если бы он сам того не захотел. Они продолжали переговариваться. Охранитель прислушивался.
Переговоры шли с Ктолом. То был ближайший к кораблю мир из отмеченных на схеме. Вероятно, туда караван сейчас и направлялся.
С кем-то, находившимся на Ктоле, переговаривались по очереди оба. Одного из них, старика, Охранитель никогда не встречал. Старик говорил на языке ктол с легким ассартским акцентом. Видимо, то был человек Изара – хотя с тем же успехом мог оказаться и доверенным Ястры или Миграта. Зато второй…
Второго Охранитель знал очень хорошо.
То был генерал Ги Ор. Победоносный. Начальник штаба Предводителя Армад.
И как оказалось – предатель. Главный предатель.
Будь Охранитель сейчас во плоти, он, ни о чем не рассуждая, стремглав бросился бы на подлеца и задушил его голыми руками.
Плоть, однако, сидела под замком. Приходилось терпеть. Терпеть и слушать.
«…Чтобы все пленные к моменту посадки транспорта были уже на космодроме в полной готовности.
– Это нетрудно, – донеслось в ответ. – Но мы должны быть уверены, что получим наших солдат в обмен именно на тех условиях, которые мы приняли.
– Гарантируем.
– Каким образом?
Генерал Ги Ор откашлялся:
– Моим словом. Словом генерала Ги Ора.
– О, Его Победность? Голубые Орлы, какая радость для всего мира…
– Благодарю. Итак, все будет в порядке?
– Заверяю вас…»
Предатель. Подлый предатель!
Хорошо. Все, кажется, стало ясным. Стоит этому каравану добраться до Ассарта – и транспорты высадят целую армию ассаритов. Зато воины из чужих миров с великой радостью согласятся отправиться по домам.
Замысел неплох. Но его надо еще выполнить!
Кто же сможет сорвать этот план?
Охранитель понимал: никто, кроме него самого.
Он должен обогнать всех. И транспорты, и этот корабль. Оказаться на своем месте заблаговременно. И немедленно штурмовать. Пока войска еще боеспособны. И пока они ничего не знают о приближающемся караване. Опередить. Каким путем?
Охранитель не стал задумываться над этим. Он знал, что такой путь есть. Только один. Но зато безотказный. Открытый.
Только вот как ступить на него?..
Охранитель ощутил неожиданную, неприятную вибрацию.
Одновременно зеленый плафон в рубке связи погас. Вспыхнул и часто замигал красный.
«Вибрация, – понял Охранитель, – это звук предупреждающего сигнала: предстоит прыжок».
Вот и прекрасно! Вернуться в свою плоть было делом мгновения. Он сидел на том же стуле. Ревела сирена – колокола громкого боя. Мигал красный плафон. Крышка кокона была поднята, приглашая лечь, чтобы предохранить себя от убийственных перегрузок, неизбежных при переходе в прыжок.
Охранитель лениво поднялся. Он знал, что пока все люди на борту не улягутся в коконы, сигнал не умолкнет и разгон не начнется.
Тут были возможны два варианта.
Охранитель выбрал тот, что показался ему более надежным.
Он подошел к кокону. Оторвал кусок ткани от полы мундира, в который по-прежнему был одет. Скомкал и засунул в прорезь замка кокона – в ту, куда должен был входить выступ на крышке, чтобы надежно защелкнуться там.
