размышлений о том, какова будет альтернатива…
Рамот’а внезапно опустила крылья и скрылась из виду. Мнемент’ последовал за ней. Мгновение холода – и они уже кружили над цепью отливавших сверкающей голубизной в лучах утреннего солнца телгарских озер. Рамот’а скользила все ниже, отражавшееся в воде солнце золотило ее и без того золотистую шкуру.
«Она почти вдвое крупнее любой королевы», – подумал Ф’лар, восхищаясь величественной драконицей.
«У хорошего всадника и дракон хорош», – философски заметил Мнемент’.
Описав крутой вираж, Рамот’а поравнялась со своим партнером, и оба, крылом к крылу, полетели над озерной долиной в сторону владений кузнеца. Позади них земля плавно уходила к морю; среди обширных полей и пастбищ струилась питаемая озерами река, вливаясь в реку Большой Данто, которая, в свою очередь, впадала в море.
Когда они приземлились перед мастерскими, из небольшого строения в роще карликовых лунных деревьев выбежал, размахивая руками, Терри. Работа сегодня началась рано, шум слышался из всех зданий. Высадив всадников, драконы сообщили, что собираются поплавать, и улетели. Ф’лар увидел улыбающуюся Лессу, в глазах которой плясали веселые огоньки.
– Поплавать они собрались, как же! – усмехнулась она, хватая его за руку.
– А я, значит, должен страдать? – Обняв ее за плечи, он направился вместе с ней к Терри, приноравливаясь к ее быстрым шагам.
– Вы как раз вовремя, – сказал Терри, не переставая кланяться и улыбаясь до ушей.
– Фандарел уже изготовил стекло для смотрения вдаль? – спросил Ф’лар.
– Пока нет, – глаза на усталом лице помощника мастера весело блеснули, – но мы всю ночь трудились не покладая рук.
Лесса сочувственно улыбнулась. Терри внезапно посерьезнел:
– Я, в общем-то, не против. Просто удивительно, что можно разглядеть в тот… мелкогляд. Вансор то вне себя от радости, то впадает в уныние. Он едва не рыдал всю ночь, заявлял, что чувствует себя слепым. – Уже почти у самой двери мастерской Терри повернулся к ним, и лицо его помрачнело. – Хотел вам сказать… я ужасно себя чувствую из-за той истории с Ф’нором. Если бы я тогда просто отдал им этот несчастный кинжал! Но его заказали в качестве свадебного подарка лорду Асгенару от лорда Ларада, и я…
– У тебя было полное право не отдавать его, – ответил Ф’лар, крепко сжав плечо помощника мастера.
– И все же если бы я его отдал…
– А если б небо рухнуло, мы б из-за Нитей не переживали, – столь язвительно бросила Лесса, что Терри поневоле прекратил оправдываться.
Мастерская, из-за двух рядов окон производившая впечатление двухэтажной, на самом деле представляла собой одно цельное просторное помещение. В торцах его были сооружены очаги, на одном из которых стоял небольшой кузнечный горн. Черные каменные стены, гладкие и без видимых швов, были покрыты чертежами и расчетами. Центр помещения занимал длинный стол. На нем по краям стояли глубокие лотки с песком, а остальную часть занимали мешанина архивных пергаментов с бумажными листами и всевозможное оборудование. Кузнец стоял возле двери, широко расставив ноги, уперев кулаки в бока и выпятив подбородок. Мрачно хмурясь, он смотрел на набросок на черной стене.
– Вопрос наверняка в угле зрения, Вансор, – сердито пробормотал он, будто набросок сопротивлялся его воле. – Вансор?
– Вансор, можно считать, в Промежутке, – мягко сказал Терри, показывая на почти невидимую под шкурами фигуру спящего на огромной кушетке в углу.
Ф’лару всегда было интересно, где спит Фандарел, поскольку главное помещение мастерской давно превратилось в рабочее пространство. Обычная кровать просто не подошла бы мастеру-кузнецу по размеру. Теперь же он вспомнил, что видел похожие кушетки в большинстве зданий. Вне всякого сомнения, если уж сон валил его с ног, Фандарел спал где попало и когда попало. Выносливости кузнеца мог позавидовать любой: другой человек давно бы уже сгорел без остатка.
Раздраженно взглянув на спящего, кузнец что-то недовольно проворчал и, лишь заметив Лессу и Ф’лара, с неподдельной радостью улыбнулся госпоже Вейра.
– Вы слишком рано пришли. Я надеялся, что мне будет что доложить об этом… дальногляде. – Он показал на набросок. Лесса и Ф’лар послушно обратили взор на ряды девственно-белых линий и овалов на черной стене. – Увы, создание качественного оборудования чрезмерно зависит от хрупкости человеческого тела и разума. Приношу свои извинения…
– Ничего страшного, еще только рассвело, – шутливо ответил Ф’лар. – У тебя есть время до захода солнца, а потом я решу, годишься ли ты хоть на что-нибудь.
Терри попытался подавить смех, но все же истерически захихикал.
Неожиданно для всех раздался громоподобный рык Фандарела, вероятно заменявший ему смех. Радостно ухнув, он дружеским хлопком по спине едва не свалил Ф’лара с ног.
– Ты даешь мне время… до захода солнца… а потом… гожусь ли я на что-нибудь…
– Да он свихнулся. Похоже, не выдержал нагрузки, что мы на него взвалили… – сказал Ф’лар.
– Чепуха, – ответила Лесса, без особого сочувствия глядя на содрогающегося в конвульсиях кузнеца. – Он слишком долго не спал и, насколько я понимаю, не ел. Так ведь, Терри?
Терри явно затруднялся с ответом.
– Тогда буди поваров. Даже ему, – Лесса ткнула пальцем в надрывающегося от хохота кузнеца, – нужно набивать брюхо хотя бы раз в неделю, чтобы поддерживать такую тушу.
Намек на сравнение кузнеца с драконом не ускользнул от Терри, вызвав неудержимый приступ смеха и у него.
– Ладно, я сама их разбужу. От вас, мужчин, никакого толку. – Лесса направилась к двери.
Усилием воли подавив смех, Терри преградил ей путь и, нажав кнопку внизу ящичка на стене, громко заказал еду для кузнеца и еще четырех человек.
– Что это? – удивился Ф’лар. Вряд ли эта штука могла передать сообщение аж в Телгар.
– Громкоговоритель. Очень удобно, если не умеешь реветь, как наш мастер, – криво усмехнулся Терри. – Мы поставили их в каждом зале. Избавляет от лишней беготни.
– Когда-нибудь я доработаю их так, чтобы можно было передавать сообщения куда угодно, – добавил кузнец, утирая глаза. – Уфф… все-таки иногда нужно спать. Хотя смех тоже очищает душу.
– Это и есть твой дальнописец, который ты собирался нам показать? – скептически спросил Ф’лар.
– Нет-нет, – раздраженно отмахнулся Фандарел, направляясь к замысловатому устройству из проволоки и керамических сосудов. – Вот мой дальнописец!
– Тот ящичек на стене выглядит полезнее, – проговорил Ф’лар, протягивая палец к жидкости в сосуде.
Кузнец оттолкнул его руку.
– Если что, обжигает не хуже чистой ашенотри, – предупредил он. – Тут примерно то же самое. Теперь смотри внимательно. В этих сосудах металлические стержни, из цинка и меди, погруженные в водный раствор серной кислоты, которая растворяет металл, вызывая химическую реакцию. В процессе этой реакции выделяется энергия, которой можно управлять. – Он провел пальцем по металлическому рычагу, расположенному над закрепленной с обоих концов
