здравии, – язвительно заметил Д’рам.
– Своим отсутствием он наверняка оскорбил бы лорда Ларада. Каковы потери Телгар-Вейра? И если Р’март пока не в строю, кто его заменяет?
Д’рам посмотрел на арфиста с таким видом, будто тот задал неуместный вопрос, но Г’нариш ответил сразу же:
– Помощник предводителя, М’рек. Но в Вейре настолько не хватает людей и драконов, что мы с Д’рамом все обговорили и послали подкрепление. У нас достаточно юношей, чьи драконы только начали жевать огненный камень, так что наберется целое крыло. – Г’нариш оглянулся на пожилого всадника, будто только теперь осознав, что обсуждает дела Вейра с посторонним, и пожал плечами. – Вполне разумно, когда Нити падают не вовремя, и Кром-холд в панике. Мы поступали так в древности, когда в каком-нибудь Вейре не хватало всадников. Я сам в юности в течение одного сезона летал вместе с Бенденом.
– Уверен, Кром и Телгар оценят вашу помощь, предводители, – сказал арфист. – Скажите, вам когда-нибудь удавалось запечатлеть огненных ящериц? В Айгене и в Исте их должно быть немало.
– Запечатлеть? Огненных ящериц? – фыркнул Д’рам столь же недоверчиво, как до этого Робинтон.
– Пришлось бы всерьез постараться, – рассмеялся Г’нариш. – Смотри, вон летят Рамот’а и Мнемент’.
Ошибиться было невозможно. Два гигантских зверя планировали к вершине утеса, где другие драконы уже освобождали им место.
– Впервые… – пробормотал Г’нариш и не закончил фразу.
Все разговоры внезапно стихли. Наступила тишина, прерываемая лишь шорохом одежды поворачивавшихся к воротам людей.
Робинтон с гордостью смотрел, как Лесса и Ф’лар поднимаются по ступеням навстречу хозяевам. Арфисту хотелось аплодировать цвету их одежды, зеленой, словно свежая листва, но он все же сдержался и, попрощавшись с собеседниками, начал пробираться сквозь толпу в сторону новоприбывших. В небе на опасно низкой высоте возникла еще одна золотая драконица, за которой последовал бронзовый. Золотистые крылья мелькнули над внешней стеной двора, взметнув пыль, грязь и юбки дам, стоявших поблизости от ворот. Послышались возмущенные крики пострадавших, постепенно сменившиеся недовольным ропотом.
Робинтон с высоты своего роста заметил, что лорд Ларад заколебался, прежде чем поклониться Лессе. Лорд Асгенар и дамы напряженно вглядывались в даль. Раздраженный мыслью, что пропустил нечто важное, Робинтон решительно протолкался вперед. Выбравшись из толпы у подножия лестницы, он двумя большими шагами преодолел первые четыре ступени и остановился.
К входу в главный зал приближалась Килара в великолепном красном платье, с распущенными, будто у юной девушки, золотистыми волосами, с застывшей на лице улыбкой, в которой было больше злобы, чем радости. Ее правая ладонь покоилась на руке лорда Мерона Набольского, чей красный камзол слегка отливал оранжевым, не вполне попадая в тон одеянию его дамы. Но о таких подробностях Робинтону предстояло вспомнить позже, а пока что он видел лишь двух огненных ящериц, слегка расправивших крылья, чтобы удержать равновесие: золотую на левой руке Килары и бронзового на плече Мерона. Воистину, «настоящие драконы в миниатюре», прекрасные создания, вызвавшие у арфиста острое чувство зависти и желание иметь таких же. Он поспешно сглотнул, загоняя вглубь неподобающие эмоции.
Ропот стал громче по мере того, как на новоприбывших падали взоры все большего числа гостей.
– Во имя Первой Скорлупы, у них огненные ящерицы! – взревел лорд Корман Керунский. Шагнув из толпы в образовавшийся проход, он направился вперед, желая разглядеть получше.
Увидев его, золотая ящерица завопила, маленький бронзовый издал предупреждающее шипение. На лице Мерона возникла раздражающе самодовольная ухмылка.
– Ты знал, что у Мерона есть файр? – послышался рядом с арфистом хриплый шепот Д’рама.
Робинтон поднял руку, предвосхищая дальнейшие расспросы.
– А вот и Килара, госпожа Южного Вейра с лордом Мероном Набольским. У них вы видите живые образцы того, что следует ждать счастливым молодоженам от нашего маленького подарка, – раздался громкий голос Ф’лара.
В наступившей тишине они с Лессой вручили лорду Асгенару и его невесте леди Фамире что-то округлое, завернутое в войлок.
– Скорлупа уже затвердела, – продолжал Ф’лар на фоне всеобщего тихого ропота. – И естественно, чтобы из них кто-то вылупился, их нужно держать в горячем песке. Этим подарком вы обязаны щедрости Торика, рыбака из Южного Вейра, который нашел кладку яиц всего несколько часов назад. Их доставил мне предводитель Т’бор.
Робинтон взглянул на Килару. Лицо ее напоминало цветом камзол Мерона, а сам лорд, казалось, готов был убить первого встречного. Лесса с любезной улыбкой повернулась к Киларе.
– Ф’лар говорил мне, что видел твою зверушку…
– Ничего себе зверушка! – гневно бросила Килара. – Вчера в Плоскогорье она сожрала Нить…
Остаток фразы затерялся среди повторяемых словно эхо возгласов «сожрала Нить!», «сожрала Нить!». К всеобщей какофонии добавились резкие вопли двух ящериц, которых безуспешно пытались успокоить Килара и Мерон. Робинтону стало ясно, что все планы Мерона Набольского произвести впечатление пошли прахом, поскольку он оказался не единственным лордом, обладающим «настоящим драконом в миниатюре».
Двое правителей малых холдов, судя по их гербам, из Нерата, направились к Д’раму и Г’наришу.
– Если вы любите своих драконов, сделайте вид, будто знали про ящериц, – негромко сказал обоим Древним всадникам Робинтон.
Д’рам попытался возразить, но взволнованные холдеры забросали их шквалом вопросов, как раздобыть огненную ящерицу.
Первым пришедший в себя, Г’нариш отвечал с бо́льшим самообладанием, чем мог предположить Робинтон. Прижимаясь к каменной стене, арфист начал подниматься по лестнице, проталкиваясь мимо женщин, столпившихся вокруг лорда Асгенара, леди Фамиры и Ф’лара.
– Лордов всех холдов, великих и малых, просят собраться на Конклав, – прогремел капитан стражи Телгар-холда.
Эхом отозвался с вершины трубный хор драконов, на мгновение заставив гостей ошеломленно замолчать.
Капитан повторил свой призыв и отошел в сторону, дав дорогу толпе.
Лорд Асгенар отдал яйцо Фамире, что-то прошептал ей на ухо и указал в сторону главного зала, а затем отступил на шаг, давая пройти Лессе и Фамире, как раз вовремя, поскольку лорды уже заполонили лестницу. Робинтон попытался привлечь внимание Ф’лара, но тот пробирался против потока к Киларе. Та о чем-то яростно спорила с Мероном, который со злостью пожал плечами и, отвернувшись, начал грубо проталкиваться к дверям зала.
Робинтон заметил, что возле кухни собирается другая группа гостей – мастера цехов.
«Ф’лару нужен арфист».
Робинтон огляделся, пытаясь понять, кто это сказал, и удивляясь, что сумел расслышать среди общего шума столь тихий голос. Ушей его достиг резкий звон струн, и, повернув голову, он увидел Брудегана, стоявшего на галерее для часовых вместе с Чадом, арфистом Телгара. Удалось ли Чаду найти способ подслушать Конклав?
Робинтон направился к ведшим на башню ступеням, но дорогу ему преградил незнакомый всадник:
– Ф’лар хочет тебя видеть, мастер-арфист.
Робинтон поколебался, бросив взгляд на арфистов, которые настойчиво делали ему знаки
