Луций дернул Раду за рукав. – Развели тут.
Рада замерла и шумно выдохнула. Ее тень колыхнулась и вернулась в норму, подрагивая, как отпущенная тетива. Орхо убрал руку – на платье не осталось даже прожженного пятна. Луций мысленно возблагодарил стихии за его сдержанность. И еще раз – за то, что у этой сцены не было лишних свидетелей. Поблизости ошивался только Ройс – но и тот был занят поддержанием костра возле бочек с брагой и на них, кажется, не глядел.
Орхо невозмутимо провел ладонью по загривку одной из лисиц. Труп глухо шлепнулся на землю у ног Рады.
– Изучай.
Он отошел к Луцию и встал рядом. Луцию безумно хотелось спросить, какого ляда сейчас случилось, но он довольствовался только незаметным касанием его ладони. Орхо коротко сжал его пальцы – объясню потом.
Милош поднялся и, отряхнувшись, принялся дрожащими руками забивать трубку, с почти животным страхом и злостью косясь на Раду. Та же невозмутимо опустила голову и обнюхала лисицу, а потом достала нож и деловито вскрыла ей брюхо, из которого потом извлекла ее внутренности.
Луций прикрыл рот ладонью и отвернулся, снова борясь с рвотным позывом. Потроха – вообще зрелище не из приятных, но эти… гладко-черные, словно покрытые нафтом, истекали слизью и будто сами шевелились в руках иверийки, похожие на клубок червей.
– Что это? – выдавил он.
Рада не ответила. Она поднялась и шагнула к Милошу. Тот попятился, но Рада и не думала нападать. Она просто швырнула склизский ком ему в руки.
– Полюбуйся, отступник, – прошипела она, – это гниль. Ты забыл ее запах. Усыпил свою тень белым дымом, бежал от долга и позволил гнили проникнуть в твой дом.
Милош выронил трубку и уставился на свои ладони, с которых стекала вязкая масса. Его ноздри дрогнули.
– Я не… – голос Милоша тоже задрожал, и он растерянно посмотрел на Орхо, – это падальщицы, Аэд. На нас напал Зен.
В этот момент за спиной Луция раздался негромкий голос Ройса.
– Надеюсь, вас развлекла наша маленькая шалость.
Луций обернулся.
Коренастый мужчина с грубым обветренным лицом стоял перед ними в позе, которая больше подошла бы кроткой девице. Элегантно сложив у живота мозолистые руки, он насмешливо наблюдал за их реакцией из-под опущенных ресниц. Ройс выглядел нелепо, но Луцию было не смешно.
Это не было Ройсом.
– Матери Лона, – процедил Орхо.
По его рукам, прожигая ткань халата, пробежали трескучие белые искры.
Нукер почтительно поклонился Аэду и перевел взгляд на Луция.
– Приятно познакомиться с тобой, Даллах, – произнес он с ласковой улыбкой, – и поздравляем вас с союзом. Надеемся, он принесет благо вам обоим.
Басовитый голос Ройса едва справлялся с вкрадчивыми, почти кокетливыми интонациями. Хотя по телу Луция прокатилась волна неприязненной дрожи, но виду он не подал. Ройс – вернее, зенийка, завладевшая его телом, – с легкой улыбкой смотрела на него, ожидая ответа.
Зенийские правительницы знали о Даллахе. Хуже того, они знали о ритуале. Луций вспомнил лису, которая сидела на коленях Милоша во время совета и после ошивалась в зале ставки. Долбаный отступник чесал ее за ухом! А они следили – и теперь демонстрировали свою осведомленность. Наслаждались позицией силы и тем, как осадили незадачливых лжецов.
Оправдываться нельзя.
– Тронут, – самым небрежным из светских жестов Луций указал на переливающуюся в солнечных лучах лисью скульптуру, – право, не стоило так утруждаться. Экстравагантная дипломатическая нота.
Ройс манерно рассмеялся. Смех вышел лающим и неровным.
– Мы оказались в затруднительной ситуации, – пояснил он, переведя взгляд на Орхо, – не хотим гневать тебя, несостоявшийся брат. Но и проглотить оскорбление было бы неправильно, поэтому мы устроили эту весьма невинную проказу. В конце концов, ты обманул нас. Ты завершил ритуал, планировал осознанно солгать нам, заключить заведомо пустую сделку. Некрасиво.
– Вы наводнили мой лагерь шпионами, когда наше соглашение было еще в силе, – Орхо поднял бровь и цокнул языком, – некрасиво.
Ройс жеманно улыбнулся и примирительно склонил голову.
– Давай же забудем прошлые обиды, – кротко сказал он, – наша маленькая месть не будет иметь последствий. А ваш альянс останется нашим секретом. Забудем о прошлом. – Вздохнув, Ройс добавил: – Разумеется, нам придется отозвать льготы на торговлю по водам Сайрмора и снять с повестки вопрос провода войск. Наши партнеры не стали бы оспаривать привилегии для родственника, но они почувствуют себя уязвленными, если мы станем выделять кого-то просто так.
«Посмеешь напасть на нас в ответ – о твоей выходке узнает весь север. Смирись с нашими условиями и помни о том, что потерял» – Луций легко расшифровал язык дипломатии. Зен унизил их, загнал в угол и поставил перед фактом.
Орхо это тоже понимал. Он окинул Ройса цепким взглядом, точно стремился высмотреть за грубыми чертами мужчины лицо той, с кем говорил на самом деле.
– Вы в своем праве, – ответил хан, – забудем о прошлом. А что до будущего, помните, что гниль выжигают огнем. Я мог бы принять, что сестры присматривают за мной. Семья имеет право на любопытство. Но если я обнаружу шпиона чужого государства на своей земле, я навяжу вам приличия силой. Это ясно?
– Предельно, – Ройс снова глубоко поклонился Аэду и с не меньшим почтением – Луцию. – Мы подготовим новые условия соглашения в течение нескольких дней. Долгой вам дороги, проводники.
Ройс рухнул на колени. Его била крупная дрожь. Взгляд сделался мутным, лицо исказила судорога. Нукер точно пытался разместиться в собственном теле.
Орхо присел рядом с ним и несильным ударом по затылку лишил сознания.
– Его можно очистить? – спросил он у Рады.
Та кивнула и опустилась на землю подле Ройса. Придирчиво осмотрев его и обнюхав, она подняла взгляд на Луция.
– Гниль можно вывести паучьим мхом. Им я очистила падальщицу, но в ней были остатки. Ему понадобится больше. Нужно время, чтобы вырастить мох. Его жизнь очень важна? Я могла бы отдать его энки, раз уж…
– Нет, – прервал ее Луций, – приведешь его в порядок. Как гниль вообще попала в талорца?
Вместо Рады ответил Орхо.
– Они отравили своей кровью воду в лесу. Чтобы взять под контроль зверя, нужно немного, – он бросил мрачный взгляд на месиво из застывших лисиц, – а Ройс мог общаться с их гонцом и взять напиток из его рук.
Луций сглотнул.
Матери Лона. Падальщицы. Он вспомнил все, что Талия говорила ему о своей матери. Если таковы были способности Сайны, если она так держала свою дочь за горло, неудивительно, что у той не осталось выбора, кроме как согласиться на сделку. Точно так же Сайна следила за Биолой. По словам Талии, она следила за
