– Вот так бы слушала вас и слушала, – вздохнула Айра, едущая чуть правее меня.
Но на нее никто не обращал внимания, слишком уж бурными были все эти восторженные беседы.
Мы ехали по широкой дороге, по которой то и дело навстречу нам проплывали торговые караваны. Рэми задал быстрый темп, пояснив, что не планирует делать еще одну промежуточную остановку. Есть и пить нам приходилось в седле, перехватывая из телеги какую-нибудь съедобную мелочь вроде лепешки или фруктов. Когда лошади уставали, мы пускали их шагом, но не спешивались. За день дождь то снова поливал нас, то прекращался, заставляя мечтать о сухой постели и крыше над головой.
Рэми послал Оливера вперед, чтобы тот успел добраться в город до сумерек, когда ворота закрывались. Без документов, которые были похищены наемными разбойниками, попасть ночью в Норидж было бы затруднительно.
Из-за тяжелых туч стемнело рано, а добрались до ворот мы уже за полночь. Благо, Оливер ждал нас на пороге в сопровождении еще трех людей в форме инквизиторов, и мои опасения относительно ночлега под стенами не оправдались.
Норидж встретил нас светлыми шумными улицами, чистыми мостовыми и веселыми криками со всех сторон. Трудно было поверить, что уже глубокая ночь. В столице подобные гуляния устраиваются не чаще двух раз в год, на самые крупные праздники.
– Молодой и красивый, как же мы тебя ждали!
Две девицы повисли на шее Бела, призывно заглядывая мне в глаза. Ткань платьев была такой тонкой, что не скрывала юной прелести их аппетитных округлостей. Мой конь, правда, от подобной фамильярности был не в восторге, о чем тут же сообщил недовольным фырканьем.
– О, какой горячий жеребчик! – рассмеялась одна из девушек. – Я бы такого оседлала!
– А я бы и сама прокатила! – подхватила другая, и рука ее скользнула по моей ноге.
Надо сказать, внимание заслужил не только я. К нам со всех сторон хлынули девицы, их прелестное щебетание перекрикивали мужики, обещающие отдых в уютных комнатах, но тех перебивали владельцы кабаков, расхваливающие свои заведения. Шум и гам стоял невообразимый, больше всего хотелось выскользнуть из седла и раствориться в этой пестрой толпе, увлекая за собой парочку девчонок. Увы, Рэми вернул нас к суровой реальности.
Без сопровождения мы едва ли смогли бы продвинуться дальше, но инквизиторы, встречающие нас, знали тайные тропы. Благодаря им мы выехали на узкую улочку, которая была почти пустой. Закоулками и задворками мы добрались до церкви Святого Пророка, величественно возвышающейся почти в самом центре города. Конечно, до храма, выстроенного в столице, местному святилищу было еще далеко, и все же оно внушало почтение. Вслед за нашими сопровождающими мы въехали в ворота.
– Рад приветствовать вас, братья, – из двери церкви вышел грузный лысеющий человек со слащавой улыбкой жадного трактирщика. – Прошу, оставьте своих лошадей, ими займутся конюхи, и проходите. Уверен, вы устали с дороги. Я брат Морис, обращайтесь ко мне по любому вопросу.
Я был счастлив спешиться, поскольку за целый день успел не только устать, но и отбить себе зад. Лис, кажется, не особенно доверял бледному пареньку, который служил здесь конюхом, а потому отдал Алтану приказ лично позаботиться о лошадях. Нет, конечно, я не начал лучше понимать шраванский язык, просто стал немного разбираться в своих спутниках.
Брат Морис провел нас в инквизиторские казармы.
– Две комнаты у нас пустуют, – сообщил он, – поскольку не так давно отряд отправился на юг. Говорят, там язычники совсем страх потеряли. Увы, кроватей на всех не хватит…
– Ничего, – успокоил его брат Рэми, – в такую погоду куда важнее крыша над головой.
– Рад это слышать, – расплылся в улыбке брат Морис. – Велеть накрыть для вас стол?
– Я полагаю, что мы перенесем торжественный ужин на утро, заменив его завтраком, – был ему ответ.
Двенадцать кроватей на двадцать четыре человека – это и впрямь было куда важнее любого ужина.
– Моё! – крикнул Оливер, прыгнув на койку с разбега. Деревянные ножки под ним жалобно скрипнули.
Хаш, Рурк, Том, Ардан и молчаливый мужик по имени Джек опередили остальных, успев занять пустые кровати.
– Так нечестно! – взревел Тэд.
– Мои соболезнования! – весело отозвался Ардан.
– Ах, ты так?! – раздосадованный обладатель самого невероятного носа стянул штаны и уселся голым задом на подушку рыжего парня под громкий смех своих товарищей.
– И что? – фыркнул Ардан, – я не брезгливый, можно перевернуть.
– А ты ее понюхай, – посоветовал Тэд злорадно.
Рыжий с отвращением схватил подушку и швырнул ею в товарища:
– Подавись! Койка все равно моя.
Так как я, естественно, был среди счастливчиков, которых ожидал сон на полу, то решил попытать счастья в соседней комнате. Мало ли, вдруг кто-то еще зазевался и не успел захватить уютное спальное местечко. Конечно, надежда была невелика, но все же она была.
– Я-то готов уступить, но он против, – весело сообщил Лис, выставив кинжал перед лицами угрюмых инквизиторов.
– Должны же быть у меня хоть какие-то привилегии, – вздохнул Рэми, занимая другую свободную койку.
– Мальчики, я, конечно, не хочу сказать, что превращу вас в жаб, если мне придется спать на полу, но ведь мы не хотим проверять это, верно? – Айра уселась на кровать возле окна.
Оставшиеся три койки распределили между собой Алтан и два инквизитора. Спорить с хмурым Мартином я не собирался и направил все свое очарование на пронырливого Рика.
– Пять серебряков, – сказал я ему.
– О, Создатель, – Рэми, услышавший это, закатил глаза к небу. – Наш золотой мальчик во всей своей красе: открыл торговлю в церкви.
– Ты на что намекаешь? – осклабился Рик. – Я стою дороже.
– Десять, – согласился я. Мой взгляд притягивала белоснежная простынь и теплое одеяло.
– Маловато, – покачал тот головой.
