Я еще долго гулял по городу, а потом на несколько часов засел в таверне, где пышная хозяйка наливала роскошный эль. Глядя на ее тяжелую грудь, плавно колеблющуюся при каждом шаге, я подумал, что не прощу себе, если не навещу местных мастериц любовных утех. Должны же быть в моей жизнь хоть маленькие радости! Тем более, я слышал столько одобрительных отзывов, что уже не терпелось оценить самому.
Когда я покинул таверну, на город уже опустились сумерки. Лавки с улиц исчезли, но прохожих стало еще больше, и отыскать в толпе хоть одного трезвого человека было бы, пожалуй, невозможно. Несмотря на то, что изрядное количество эля помогло мне расслабиться, я не забыл слова Лиса. И впрямь появилось ощущение, что кто-то следит за мной, но в шумной, смеющейся, веселящейся толпе, конечно, невозможно было это определить наверняка.
– Ты ведь меня ищешь, мальчик-зайчик? – вокруг моей руки обвилась пухленькая девушка.
Мою ладонь она положила себе на грудь и соблазнительно выпятила мягкие губки.
– Тебя, – согласился я с готовностью.
– Тогда заходи сюда, – она подтолкнула меня к дому, на вывеске которого под надписью «Сладкие небеса» было нарисовано облако, странным образом напоминающее множество женских грудей.
Я постарался не заострять свое внимание на попахивающей безумием фантазии художника, а послушно вошел в дверь, с сожалением осознавая, что пригласившая меня красотка остается на улице.
– Проходите, господин, – у входа меня встретила другая девушка. – Лучшие комнаты, лучшие мастера к вашим услугам. Каких женщин вы предпочитаете?
– Таких, как ты, – у меня голова кружилась не то от сладкого запаха благовоний, не то от ее взгляда.
– Прошу вас, – хихикнула она и позвала следовать за собой.
Мы поднялись на второй этаж по лестнице, устеленной коврами, и очутились в коридоре со множеством дверей. Девушка распахнула одну из них и улыбнулась мне:
– Один миг.
Я кивнул и вошел в комнату. А здесь была обстановка куда богаче, чем в столичных заведениях. Подсвечники из серебра, кровати из дорогого дерева, растущего на Лютеанском полуострове, шелковые балдахины, небольшой балкончик с цветами. Я прыгнул на кровать и с наслаждением отметил невероятную мягкость перины. Пожалуй, можно заплатить двойную цену за возможность здесь же и поспать. И не помешала бы еще кружечка эля для ощущения абсолютного счастья. Сделав над собой усилие, я поднялся и открыл дверь, намереваясь сообщить о своем желании, но что-то остановило меня. Я замер на пороге перед дверью, услышав негромкие голоса со стороны лестницы.
– Молодой человек, волосы светлые, коротко острижены. Он только что вошел сюда…
– Прошу прощения, но вы, наверное, ошиблись, – это был голос девушки, которая сопровождала меня в комнату.
– Нам нужен только номер комнаты…
Мне не требовалось видеть того, кто говорил. Не так уж трудно представить, как этот незнакомец незаметно передает девушке монету. Скользнув обратно в комнату, я бесшумно прикрыл дверь. Внутренний голос, который еще утром не удостоился моего внимания, теперь отчетливо подсказывал, что «молодой человек, волосы светлые…» – это я. И кто бы ни пытался меня разыскать, я вовсе не хотел попадаться им на глаза.
Я прошел на балкончик и огляделся. Улица полна народу, который позаботится о том, чтобы мой побег не остался тайным. Внизу кирпичная мостовая, и при неудачном приземлении я легко мог если и не сломать обе ноги, то достаточно повредить, чтобы оказаться не в состоянии удрать. Остаться и дать неизвестным бой было просто нелепо. Я не знал, сколько человек за мной пришло, и каковы мои шансы на благоприятный исход. Времени на размышления оставалось немного. Я сильно сомневался в неподкупности местных девушек, а потому вот-вот мог ожидать того, что в комнату вломятся незваные гости. До соседнего балкона было приблизительно шагов пять. Прыгать на такое расстояние я бы не решился, но зато по стене шел небольшой карниз, который выглядел вполне надежным. Будь у меня возможность лучше обдумать свой план, я, конечно же, сразу бы понял, что он никуда не годится. Но возможности у меня такой не было, и я, взобравшись на перила, ступил на карниз. Снизу раздался громкий хохот, от которого я вздрогнул и чуть не потерял равновесие. Вжавшись спиной в нагретую за день кирпичную стену, я пробирался шаг за шагом к спасительному соседнему балкончику. Мне послышалось, что открылась дверь и в комнату вбежали мои преследователи. Благо, никто из людей на улице не поднял голову и не увидел крадущегося вдоль стены посетителя борделя. Уверен, они бы могли счесть это забавным представлением и криками привлекли бы ко мне внимание.
– Где он?
– Проверь снаружи!
Еще один шаг, и я со вздохом облегчения спрыгнул на пол другого балкона, а затем нырнул под полупрозрачную занавеску, надеясь, что в комнате окажется пусто, и удастся затаиться на время. Но стоило сделать шаг, как чьи-то крепкие руки схватили меня. Я увидел блеснувший в огне свечей кинжал и почувствовал холод его лезвия у себя на шее.
– Хранва! Глазам своим не верю…
Кинжал отодвинулся от моего горла, и я получил мощный пинок в спину. Волна захлестнувшего меня ужаса отступала, и до того как обернуться, я уже знал, кого перед собой увижу. Лис смотрел на меня с холодной яростью. Кажется, он был близок к тому, чтобы все-таки прирезать меня, лишь бы только сорвать свою злость.
– Скажи, – произнес он пугающим шепотом, – почему изо всех помойных ям этого гнилого города ты решил выбрать именно эту?!
«Потому что меня пригласила аппетитная девушка», – подумал я, но промолчал, так как едва ли он действительно ожидал моего ответа.
– Убирайся, – прорычал он, угрожающе подбрасывая в руке кинжал.
– Не могу, – ответил я. – За мной кто-то гонится, и они сейчас здесь, в доме!
Я быстро огляделся. В углу возле балкончика стоит плетеная ширма, постель застелена, а рядом с ней на деревянных перекладинах висят кожаные плети. Я постарался сделать вид, что это меня вовсе не смутило. Главным было другое: в комнате больше никого, и Лис одет. Значит, я ничему не успел помешать.
