чувствуя, как тот весь дрожит.
Талли осторожно, с невероятной нежностью прижала к себе безвольное тело незнакомки, она аккуратно, дрожащими пальцами убрала тёмные волосы с её бледного лица, смахнула с ресниц несуществующую пыль, пальцы её дрожали, когда она мягко закрыла ей веки, сквозь слёзы прошептав:
— Прости нас…
Затем она с трудом поднялась на ноги, чувствуя, как они подкашиваются, не желая держать её, повернулась к Брайану, всё ещё поддерживающему Бернара.
— Отведи его… я… я догоню… — выдохнула она, уставившись в пол, не в силах встретиться с его взглядом.
Брайан коротко, но сильно сжал её руку и, не говоря ни слова, повёл обессилевшего, сломленного юношу прочь, к выходу, а девушка осталась стоять посреди разрухи, одна, пока звук их удаляющихся шагов не растворился в тишине, оставив её наедине с незнакомкой и тишиной, давящей на уши.
Глава 5
Мелисса вышла на балкон, тихо прикрыв за собой стеклянную дверь, пытаясь оставить за спиной не просто дворец, а весь тот груз ожиданий и тревог, что давил на плечи последние часы. Едва ступив на прохладный камень под ногами, она глубоко вдохнула полной грудью, надеясь, что свежий ветер унесёт прочь тяжесть, сковывающую грудь, но упрямая, назойливая тревога лишь сильнее застучала в висках.
«Значит, коронация совсем скоро…»
Мысль ударила резко и болезненно, губы её дрогнули, и она с силой закусила нижнюю, стараясь заглушить внезапно нахлынувшую досаду — так сильно, что на языке тут же выступил знакомый металлический привкус. Её беспокойный взгляд устремился к горизонту: солнце, стоявшее в зените, безжалостно заливало спящий город почти ослепляющим светом, небо было пустынно и чисто, без единого облачка. Тёплый, почти ленивый ветерок шевельнул полы её белоснежной рубашки, лёгкая ткань взметнулась вверх, длинные, идеально прямые белоснежные волосы струились по спине шёлковым водопадом, отдельные пряди, подхваченные ветром, извивались лаская шею, касаясь щёк, щекоча подбородок. Мелисса прищурилась, следя за стаей птиц, что свободно парила в вышине над крышами домов, они кружили высоко в небе, наслаждаясь каждой секундой своей абсолютной, ничем не ограниченной свободой.
«Как же я им завидую… Они такие свободные…»
Её брови невольно сдвинулись, образуя тонкую складку на переносице, а линия губ поджалась, выдав внутреннее напряжение, в глубине глаз мелькнуло едва уловимое, но оттого не менее горькое отчаяние.
«Я совсем не готова стать королевой…»
От этой мысли сердце сжалось в груди с такой физической болью, что она едва не вскрикнула. Она склонила голову, ощущая, как невидимая, но такая реальная ноша неумолимо давит на плечи, тянет вниз, грозя сломить хрупкую волю. И дело было не только в этом — гнетущая неизвестность, томительное ожидание и страх за друзей — всё это сплелось в один тугой узел у неё в груди, не давая покоя.
«Почему их нет? Что, если…?»
Внезапный звук шагов вырвал её из пучины раздумий. Глухой, отчётливый топот сапог по каменным плитам донёсся со стороны дверного проёма. Мелисса едва заметно вздрогнула, возвращаясь в реальность из мира своих тревог. На балкон, нарушая уединение, вышел воин. Высокий, могучего телосложения, он, казалось, занимал
