уже стал вампиром после укуса.
Это про Алису наверняка. И того самого Арнольда, который ударил её электрошокером. То есть слухи об этом уже поползли по городу, только в своём собственном ключе.
— А на вечеринках Олеся была? — спросил я. — Вампирских.
— Нет, сестра бы не отпустила, — покачал он головой. — Так что точно нет. А чего это ты вдруг спрашиваешь?
Я рассказал про историю с Алисой.
— Надо же, какое дело, — протянул Никита Александрович. — Слушай, надо тогда, чтобы Олеська с полицией поговорила. Может, она расскажет что-то про эти вечеринки.
— Я дам номер лейтенанта Жарова, позвони ему, — кивнул я. — Это может быть важно.
Продиктовал номер, патологоанатом кивнул.
— Ну и дела, — повторил он. — Думал, просто новости расскажу, а тут целое детективное расследование. Надо Олеське сказать, чтобы осторожнее была со своими вампирами. А то мало ли что.
— Точно надо, — кивнул я.
Мы с Ткачёвым ещё немного поговорили о новостях, и он ушёл. Я же собрался и поехал на адреса.
Вызовы были стандартными: ОРВИ, давление, снова ОРВИ. В одном из дворов на стене дома внезапно встретил надпись красной краской «ПОКА НЕ ПОЗДНО».
Очень похожа на надпись в клубе у Гриши и Влада. Интересно, неужели и тут брат Бородина постарался? На всякий случай сфотографировал надпись.
После вызовов вернулся в кабинет.
— Тебя Чердак искал, — улыбнулась Лена. — Жить без тебя не может.
Как раз на этих словах Чердак и заглянул в кабинет.
— Саня, брат! — воскликнул он.
— А я говорила, — подняла брови Лена. — Пойду-ка я…
Я хмыкнул и кивнул.
— Привет, — поздоровался с Чердаком. — Что такое?
— Сань, — он сел напротив меня. — У меня к тебе разговор. Серьёзный.
Других у Чердака и не бывает.
— Ну говори, — кивнул я.
— Ты только не смейся, — предупредил он. — Дело-то очень серьёзное. Я Лизке кольцо хочу подарить.
Я чуть улыбнулся.
— Кольцо? — переспросил я.
— Не обручальное! — воскликнул Чердак. — Не подумай! Я не туда тороплюсь. Ну, ты понял куда. Я просто… ну, понимаешь… красивое кольцо. Чтобы она поняла. Что я к ней серьёзно. До самого… ну, до самого гроба. Ну, в смысле, надолго.
— Понял я, — остановил я его объяснения.
— Она же классная, — продолжил Чердак. — У нас правда всё хорошо. Пьёт свой кофе рядом, а мне и не надо больше ничего, внатуре вот. И я подумал, ну сколько можно. Я уже не пацан, и она не девочка. Надо показать.
Формулировка, конечно, в стиле Чердака, но я всё понял.
— Отличная идея, — ответил я. — Ты молодец.
Он кашлянул.
— Сань, вот я и пришёл, — сказал он. — Я ж в этом ни хрена не понимаю. Какое кольцо? Где брать? Как дарить? Я в Саратов поеду, в нормальный магазин, не в Аткарске же искать. Но я ж этих колец в жизни не выбирал. А сеструху просить не хочу, ей рожать уже вот-вот. Матушка же всю историю превратит в драму. А у тебя голова. Ты с женщинами умеешь говорить. Тут же головой надо.
Логично.
— Ну, с выбором самого кольца я точно не помогу, — сказал я. — Выбери то, что тебе понравится. Я думаю, сильно дорогое не надо, Лиза не любит роскошь. Главное, с размером угадать. Для этого незаметно возьми у Савчук кольцо, которое она не носит. И попроси такого же размера. И да, дарить лучше наедине. Не в кафе, а дома, в романтической обстановке. Чтобы это было чисто ваше событие.
— Я же говорю — голова! — восхищённо заявил Чердак. — Умеешь вот ты, Саня. Ты только это Лизе не говори. Это секрет.
— А я как раз собирался, — хмыкнул я. — Сарказм. Ничего я не скажу.
— Отлично, — он встал со стула. — Спасибо, Саня. Ты лучший.
И он закрыл за собой дверь. Я усмехнулся. Чердак и Савчук, для меня эта парочка до сих пор казалась немного странной. Но тем и лучше, противоположности притягиваются.
Я занялся работой с документацией, а потом Лена вернулась и мы начали приём.
Первой в кабинет вошла женщина лет сорока пяти. Высокая, в строгом сером костюме.
— Здравствуйте, Александр Александрович, — поздоровалась она.
— Здравствуйте, — кивнул я. — Проходите, присаживайтесь.
Она села на стул.
— Меня зовут Лозовая Екатерина Семёновна, — представилась женщина. — Я к вам по записи. Через регистратуру. Вы последняя инстанция. Я была у аллерголога, дерматолога, эндокринолога. Никто не нашёл ничего конкретного. А мне плохо.
Здесь явно кроется какой-то интересный терапевтический случай.
— Давайте по порядку, — сказал я. — Что именно вас беспокоит?
— Приступы, — пояснила Екатерина Семёновна. — Лицо, шея и грудь внезапно начинают краснеть до ярко-красного цвета. Как будто меня обожгло. Длится минут пятнадцать, иногда двадцать. Потом проходит само. Никакой сыпи, никакого зуда, никакой температуры. Просто покраснение. И ощущение, что меня изнутри жаром обдало.
Интересно.
— Когда это впервые появилось? — спросил я.
— Месяца три назад, — ответила Лозовая. — Аллерголог спрашивал связь с чем-то. Я целый дневник вела по его рекомендации. Никакой связи с едой нет, приступ может случиться и натощак, и после плотного обеда. Лекарства я принимаю только противозачаточные, давно, ничего не меняла. Косметику отменила на месяц, эксперимента ради. Не изменилось.
— Менструальный цикл регулярный? — спросил я.
— Регулярный, климакса ещё нет, — ответила та. — Анализы на гормоны делала, там норма. Эндокринолог сказал — никаких признаков перименопаузы.
— Хорошо, — кивнул я. — Скажите, Екатерина Семёновна, эти приступы когда у вас бывают? В какие дни? В какое время суток?
Она внезапно улыбнулась.
— Мне все говорили, что вы хороший врач, — заметила она. — Наблюдательный точно. Я этот вопрос задавала себе сама. Начала вести дневник, во сколько у меня приступы и какой это день недели. И знаете что, Александр Александрович? Приступы у меня по будням. И только. По выходным ни разу не было.
Ещё интереснее.
— А время? — уточнил я.
— С утра, — ответила та. — После того как прихожу на работу. И в течение дня несколько раз. Обычно перед важными встречами.
— Где вы работаете, Екатерина Семёновна? — спросил я.
—
