и «Опель» сорвался с места.
[1]Дете́кторный радиоприёмник — простейший радиоприёмник. Не имеет усилительных элементов и не нуждается в источнике электропитания — работает исключительно за счёт энергии принимаемого радиосигнала.
Глава 14
Пожар за спиной разгорался всё сильнее, превращаясь в настоящую огненную стихию. Она стремительно пожирала склад, а языки пламени лизали ночное небо. Жар чувствовался даже на значительном расстоянии от склада, воздух дрожал, искажая очертания полуразрушенных зданий и покосившихся заборов.
Я отошёл ещё дальше, прежде чем остановился и оглянулся. Два ранца давили на плечи, натирая кожу ремнями, но это был приятный вес — вес выживания, вес возможности протянуть какое-то время без «охоты», если вдруг мне придется залечь на дно.
— Девять ночей, — произнёс я вслух, проверяя резерв. — Неплохо для одной вылазки.
Скопившаяся в резерве энергия пульсировала, разливаясь по жилам приятным холодком.
— Что дальше, Сергей? — Агу завис рядом, его изумрудное сияние было едва заметно на фоне зарева. Призрак казался беспокойным, его контуры слегка плавали в горячем воздухе. — Возвращаемся?
— Да. — Я поправил лямки, проверяя, чтобы ранцы не болтались и «сели» поплотнее. Консервы внутри звякнули глухо, металл о металл. — После такого шороха за нами обязательно откроют охоту. Поэтому лучше замести следы до нашего убежища.
Я попробовал переместиться в Тенях, но это у меня отчего-то не получилось. После нескольких неудачных попыток, я плюнул на это дело, и прямо спросил у Агу, почему у меня не выходит?
Услышав это, Агу нахмурился и пожал плечами:
— Не знаю…
— Черт, а я уже обрадовался, что так смогу сбить собак со следа.
— Боишься, что по твоему следу пустят собак?
— Именно, дружище. Поэтому сейчас нужно будет постараться, чтобы от них уйти. Обученная ищейка может взять след, которому несколько часов.
— И как мы от них уйдём? У тебя же нет против собак никакой магии.
— Достаточно и обычного опыта. Желательно найти ручей, реку, любую проточную воду. На крайний случай будем использовать окружающий нас рельеф…
— Рельеф?
— Камень и сухая почва… — Я указал на россыпь крупных валунов впереди, где дорога переходила в каменистую пустошь и заброшенные карьеры. — Там запах задерживается хуже, чем на влажной земле. — Но даже камень не гарантия — собака и возьмёт след даже на камнях. Главное — сбить её с толку, заставить потерять «нить».
— Объясни подробнее, — попросил призрак, подлетая ближе. — Если я буду понимать, то смогу помочь. Я же могу лететь выше, видеть дальше.
Я кивнул. Это разумно. Если я хочу, чтобы он помог мне выжить, он должен понимать, что я делаю. Агу доказал, что он может быть весьма полезным.
— А у вас разве собак не было?
— Были, — ответил дух, — но они, в основном, пасли скот. Хотя, беглецов у нас тоже ловили с их помощью. Только я не вдавался в подробности — как-то не до этого было.
— Собака идёт по цепочке запахов, — начал я, объясняя так, как когда-то объясняли и мне. — Самый сильный запах там, где человек ступил недавно — «горячий след». Если цепочка прерывается — собака теряет уверенность. Она начинает кружить, искать, тратить время. И след «остывает» еще сильнее.
— И как прервать эту цепочку?
— Вода. Проточная вода смывает частицы запаха и уносит их вниз по течению. Если я зайду в ручей или реку, пройду по дну метров сто, а потом выйду на камень — собака придёт к воде и потеряет след. Ей придётся искать, где я вышел. Это даст нам фору.
— А если воды нет?
— Тогда остаётся ходить кругами, запутывать след.
Первые километры мы шли через каменистую пустошь. Здесь земля была твёрдой, покрытой щебнем, осколками кирпича и мелкими камнями. Идеальное место для начала — следы почти не остаются, запах впитывается в пыль, которую возможно, развеет ветер, а не во влажную почву.
Агу постоянно поднимался повыше, окидывая взглядом окрестности, но никакой проточной воды нам по пути не попадалось.
Я шёл не прямо — зигзагами, делая петли, возвращаясь назад по своим же следам, а потом сходя в сторону прыгая по большим валунам. Это классический приём: собака доходит до точки, где след обрывается, начинает кружить, теряет время. Чем больше времени она тратит, тем старее становится след. А старый холоднее, слабее. А там, глядишь, и вовсе его потеряет.
— Ты запутываешь следы, — заметил Агу, паря над моей головой. — Это не сокращает путь. Мы теряем — время. Как бы не проворонить рассвет?
— Ты прав, но зато мы сокращаем шансы на поимку, — ответил я, перепрыгивая с камня на камень. — Лучше потратить лишний час, чем быть пойманным. Если враги найдут убежище днём — я ничего не смогу им противопоставить. Но, ты прав — до рассвета нам обязательно нужно успеть.
— А если у них будет несколько собак?
— Тогда будет сложнее. — Я остановился, прислушался. Ветер постепенно набирал силу. И это было хорошо. Запах будет выветриваться еще быстрее. — Но даже нескольким собакам трудно работать «по камню», если нет чёткого направления.
Бес шёл впереди, иногда исчезая из виду в тени валунов, но я всегда чувствовал его присутствие на периферии сознания. Наша связь стала сильнее и крепче после очередного обмена силой. И я всегда знал, что там, где он уже прошёл — безопасно.
— Там вода! — спустившись в очередной раз «с небес на землю», произнёс Агу, указывая на подножие ближайшего склона.
Мы вместе спустились вниз. Вода — небольшой прозрачный ручеек, быстро бежала между каменистыми берегами, весело журча на валунах. Для меня этот ручеек был настоящим спасением. Хотя, может я просто загоняюсь? Может быть, и нет никаких собак? Никто же не вышел на мой след прошлой ночью…
Но лучше выкинуть из головы такие расхолаживающие мысли! Бережёного и Бог бережет.
Я шагнул в воду. Холодная жижа хлюпнула под сапогами, перехлестнула через низкие голенища, мгновенно намочив носки и портянки. Вода была ледяной. Но мои «теневые ноги» легко выдержали это испытание. Я старался ступать по камням на дне, чтобы не оставлять отпечатков в редких местах, где скопился ил.
— Сколько будем идти по ручью? — спросил Агу, летя вдоль берега. Его изумрудный свет отражался в тёмной поверхности воды.
— Как можно дальше… — Я смотрел под ноги. — Это лучший способ. Собака придёт, уткнётся носом в воду и не поймёт, куда мы делись. Врагам придётся выбирать: идти вверх или вниз по ручью. Это тоже потеря времени. А нам главное — успеть до рассвета.
Мы вышли из ручья примерно через километр пути. Берег здесь был каменистым, поросшим жесткой травой. И
