Ознакомительная версия. Доступно 36 страниц из 234
тихо произнес я.
Эсмеральда медленно кивнула, и губы ее скривились в ленивой, чувственной улыбке. Бедра продолжали ритмично прижиматься к моим, и одно это могло свести с ума. Зато показались ее клыки.
– Этот вариант сулит тебе определенные преимущества, – заметил Эстебан. – Даже если Арианна и совершит свой ритуал отмщения, трансформация твоей крови обеспечит тебе защиту от него. К тому же тебя не убьют и не замучают до смерти в плену, как это произойдет с Белым Советом в ближайшие полгода или чуть позже.
– Это тоже стоит обдумать, – сказал я. – Весьма практично. Есть ли еще варианты, которые ты полагаешь реально возможными?
– Только один, – сказал Эстебан. – Отдать своего отпрыска в дар нашему владыке, Красному Королю.
Будь у меня силы ударить его, я бы это сделал. Так что, возможно, даже к лучшему, что у меня их не было.
– И что это даст?
– Король вступит во владение твоим отпрыском. Таким образом, дитя окажется под его защитой до тех пор, пока он не сочтет ее неподобающей, недостойной его опеки или не нуждающейся в оной.
Эсмеральда быстро кивнула:
– Она станет его. Он так трогательно заботится о своих зверушках. Мы полагаем, это просто очаровательно. – Она округлила губки – ни дать ни взять школьница, застигнутая за разговором шепотом на запретные темы. – Ой, мамочки, и расстроится же Арианна! Она будет ныть несколько веков без умолку.
– А еще, Дрезден, мы могли бы подсластить сделку движимым имуществом, – добавил Эстебан. – Как вам бонус, скажем, в семь юных дев? Вы могли бы выбрать их из нашей паствы или из мест естественного обитания, и мы проследим за их надлежащими подготовкой и размещением.
Я долго, старательно думал над этим предложением, потирая подбородок.
– Весьма разумные предложения, как мне представляется, – произнес я наконец. – Но меня не оставляет ощущение, что я чего-то не понял. Почему бы Красному Королю просто не приказать Арианне отказаться от своих замыслов?
Оба Ээба едва не поперхнулись от возмущенного удивления.
– Из-за ее супруга, Дрезден, – ответил Эстебан.
– Убитого чародеем с черным посохом, – добавила Эсмеральда. – Вопрос кровной мести.
– Священной мести.
– Праведной мести.
Эстебан покачал головой:
– Даже наш властелин не может вмешиваться в вопросы кровной мести. Это законное право Арианны.
Эсмеральда кивнула:
– Равно как и в случае с Бьянкой и ее отмщением тебе в начале войны. Многие не желали, чтобы она поступала так, как поступила, но таково было ее право, даже несмотря на то что она являлась одним из самых младших членов Коллегии. А затем ее долг перешел к супругу Арианны, как ее ближайшему родственнику. Как перешел впоследствии к самой Арианне. – Она посмотрела на Эстебана и ослепительно улыбнулась. – Как мы рады, что израненный чародей ведет себя столь галантно и обаятельно. Совсем не как другие чародеи. Может, нам все-таки оставить его себе?
– Бизнес, любовь моя, – с упреком проговорил Эстебан. – Бизнес прежде всего.
Эсмеральда обиженно выпятила нижнюю губу – и вдруг резко повернулась, напряженно всматриваясь куда-то в темноту.
– Что там, любовь моя? – негромко спросил Эстебан.
– Ик’к’уокс, – отозвалась она отрешенным, озадаченным голосом. – Его терзает боль. Он спасается бегством. Он… – Глаза ее распахнулись широко-широко и вдруг сделались угольно-черными, как у сломавшей мне ребра гадины. – О! Оно лукавило! – Лицо ее повернулось ко мне, и губы поползли вверх, обнажив клыки. – Оно лукавило! Оно привело своего демона! Демона с горных ледников из Страны Снов!
– Если их не натренировать как следует, от них немного толку, – философски заметил я.
– Констебль, – резко произнес Эстебан. – Он убил констебля?
Мгновение Эсмеральда вглядывалась в никуда, потом покачала головой:
– Нет. На него напали почти сразу же, как он ворвался в дом. – Она поежилась и подняла взгляд на Эстебана. – К нам приближается демон израненного чародея, и быстро!
Эстебан вздохнул:
– Мы так надеялись решить все цивилизованным путем. Это твой последний шанс, израненный чародей. Что ты скажешь на мои предложения?
– Идите в задницу, – ответил я.
Глаза у Эстебана тоже почернели.
– Убей его.
Тело Эсмеральды напряглось, как от сексуального возбуждения, и она, оскалив клыки, начала пригибаться к моему горлу. Она негромко, страстно зарычала.
Несколько последних секунд пальцы мои сжимали амулет моей матери. Когда маленькая вампирша уже была готова вонзить в меня клыки, она наткнулась на серебряную пентаграмму. Символ того, во что я верю. Пятиконечная звезда, символизирующая четыре стихии и дух, заключенная в кольцо человеческой воли. Я не викканец. И по части других религий я тоже не большой спец, даже несмотря на тот факт, что как-то раз говорил с глазу на глаз с архангелом, посланником Всевышнего.
И все же есть вещи, в которые я верю. Ведь вера – это не скрупулезное следование установленным обрядам и не то, сколько денег ты кладешь в сосуд для пожертвований. И не клятвы кому-то там на небесах, и не каждодневные медитации.
Вера заключается в твоих поступках. В стремлении стать лучше, благороднее и добрее, чем ты есть сейчас. В готовности принести жертву ради блага других – даже если никто не похвалит тебя и не скажет, какой ты герой.
Вера обладает собственной силой – куда более загадочной, куда менее управляемой, чем магия. Символ, если в него верят искренне, от всего сердца, способен стать смертельной угрозой для многих потусторонних хищников – и едва ли не более других уязвимы перед ним вампиры Красной Коллегии. Как это действует и почему, я не знаю. Как знать, может, в этом участвует еще кто-то. Я никогда и никого не просил об этом, но, если это все-таки так, кто-то меня явно поддерживал.
Пентаграмма вспыхнула ослепительным серебряным светом, ударившим Эсмеральду с силой шестифутовой волны, сбросив ее с меня и в клочья изорвав телесную оболочку, которую та носила поверх своей истинной.
Я повернулся и выставил символ в сторону Эстебана, но тот успел отскочить на несколько шагов, так что сияние заставило его всего лишь поднять руку, прикрывая глаза. Продолжать ретироваться это ему не помешало.
Эсмеральда испустила змеиное шипение, и я увидел тощую чернокожую тварь, стоявшую среди ошметков одежды и маски из плоти. Роста она осталась прежнего, но члены ее сделались длиннее минимум на треть, дряблый черный живот свисал, а при взгляде на ее лицо уродливые южноамериканские нетопыри разом стали бы лучшего мнения о себе.
Она разинула пасть с длинными клыками и еще более длинным, розовым, в черную крапинку языком. Угольно-черные глаза горели яростью.
На хвою легли тени от приближавшегося бледно-голубого сияния, и лес вдруг наполнился эхом от торжествующего рыка Мыша. Он явно обнаружил мой запах –
Ознакомительная версия. Доступно 36 страниц из 234
