завтра планировали, но… получилось сегодня? Вот и отлично!
– Тащи его в рамбиль! Сейчас за Веберами и поедем в горы! А с утра к Слифту, пусть шустрит!
Никлас кивнул и послушно потащил. А что ему еще оставалось делать?
* * *
– Что сначала?
– Сначала мы доезжаем до нужного места, – командовал Фабиан. – Устраиваем вот этого… в пещере.
Парни не переглядывались.
Но… убивать-то его там и придется. В той самой пещере, в которой они и веревку бросили, и пустой мешок, и даже кусочек леония в углу…
А как его убивать?
То есть КАК – понятно. Просто вот как-то оно… парни никогда и никого не убивали. Животные на охоте – не в счет, тут ведь живой человек, которого трое из них в первый раз видят.
– Едем, – согласился Никлас, – я могу… это. Но если все рядом будут.
Будут, конечно, куда они денутся? Такие вещи им придется делать вместе. Не настолько они друг другу доверяют, а сейчас будут повязаны кровью, и никуда им друг от друга не деться, и… страшно это.
Вот Фабиану и правда было страшно. И Полу. Марко страха не испытывал, ради своей хорошей жизни он бы кого угодно убил, Никласу тоже было безразлично, он бы и десяток довернцев придавил, не беда. А Фабиан, пожалуй, больше боялся не убить, а того, что за этим может последовать.
Государство такое… даже довернцев нельзя убивать без суда и следствия! Даже если очень нужно!
Вот где справедливость?
Нет ее, справедливости!
* * *
Может, и обошлось бы все у парней. Но…
Ночь. Рамбиль приехал, да еще так близко, да сразу четверо парней… и чего-то тащат такое, увернутое в ткань.
И что может сделать честный работорговец?
Пойти и посмотреть, что тут происходит. Потихоньку, полегоньку, подобраться поближе и послушать. А вдруг они клад закапывать приехали?
В Доверне клад тоже пригодится, тем более им ни с кем и делиться не надо будет. Жамиль кивнул Веньяту, мол, посторожи баб, и отправился узнать, что случилось.
Подобраться поближе тоже труда не составило. Парни по скалам ходить не умели, спотыкались, шумели, ругались, матерились – чего стесняться-то? Они тут одни, эта местность безлюдная, они еще и магические фонарики достали и перед собой дорогу освещали. А фонари эти дорогие, но, как у всех фонарей, у них один недостаток.
Кроме конуса света, ты ничего не увидишь. Человеческий глаз дольше перестраивается на темноту, чем на свет, и видим мы в темноте хуже, так что… за Фабианом и компанией можно было идти хоть впятером. Не поняли бы. Но Жамиль все равно прятался за скалами.
Первое, что он понял: на клад рассчитывать не приходится. Они явно несут человека.
Убили кого-то? Собираются прятать труп?
Тоже надо посмотреть. Он подождет, посмотрит, что и где, а потом труп-то и раскопает, и перепрячет… в следующем году, по весне, они сюда вернутся. И можно будет чуточку пошантажировать парней. Понятно, в свою пользу и в свой карман.
Если они на рамбиле ездят, то не бедные, а раз так – пусть делятся. От богатого немножко – не грабеж, а дележка, на том и стоим!
Вот и пещера.
Парни занесли туда сверток, задели им неудачно за стену, а тот и застонал.
– Так, клади его! – распорядился Фабиан. – Марко, ты все из багажника взял? Дерево, освященное в храме, широкий нож?
– Взял… грязно это, – поморщился Марко, который отлично понимал: сейчас тут будет грязно и кроваво.
Чтобы не призвали некроманты, надо отрубить голову и пробить сердце. Голову потом или выкинуть куда, или сжечь… а когда голову отрубаешь – кровь идет. Так что начать лучше с сердца.
– Давайте мне сюда кол и молоток, – приказал Никлас, – я сейчас забью этому Тьян… Фьян… как его там?
– Тьянху, – подсказал Пол.
Было неприятно, словно имя как-то очеловечивало… вот без имени убивать было бы легче! Ей-ей!
– Вот. Сейчас я этому Тьянху кол в сердце забью, подождем, пока сдохнет, и можно будет голову отделять.
Дальше ждать Жамиль не стал.
Он сильно сомневался, что в округе найдется еще один Тьянху, а если так…
Рука полезла в карман, сжала маленький магический снаряд. Такие давно применяются… правда, чаще в больницах или там, где надо срочно усыпить людей, животных – да всякое в жизни бывает.
Небольшой шарик. Сжать его – и кинуть вперед.
Работает у всех. Вообще.
Стоит дорого, но пару раз себя оправдывал, когда бабы бесились, так что работорговцы чуток потратились. Сейчас вот и пригодилось.
Жамиль сжал шарик и кинул вперед. И метнулся в сторону, в кусты, спасаясь от густого фиолетового дыма, который мгновенно заволок всю пещеру.
Минут через пять все развеется, все, кто находятся внутри, – уснут. И тогда можно будет войти внутрь, кого надо – связать, кого не надо – освободить, дождаться пробуждения и подробно расспросить у Аарена, что случилось.
Жаль только, шарики эти рассчитаны на двенадцать часов сна. Так что…
Придется подождать до завтрашнего дня.
Ничего, подождут.
* * *
Раньше в библиотеке сидели двое. Теперь трое мужчин обживали кресла. Алан Юрлих чувствовал себя не слишком уютно, но Робин и Матео были безжалостны.
– Привыкай! Ты как с его высочеством разговаривать собираешься?
Алан и не представлял себе такого. Для него уже мэр города – недоступная величина, а чтобы принц…
Как говорится, все люди равны, но некоторые равнее других[15].
Вроде бы и титулов давно нет, и монархия в стране достаточно скромная, конституционная, и совет при короле есть, и теоретически к королю может подойти и поговорить каждый…
В теории – да.
А на практике Алан и вообразить этого не мог! Что вы!
Вместо дискуссии он тщательно обмерял ноги Робина. А потом и Матео.
Да, магия может многое, но далеко не все. И лечить магов, которые ее потеряли, сложнее, и помощь была оказана не сразу. Матео лечили уже после освобождения, а переломов у него за эти пять лет набралось много, до сих пор прихрамывает.
Робина старались вытащить, лечили самое серьезное, остальное уже вторично. Вот и…
Обувь – мелочи?
Так наденьте неудобную обувь – и вперед, на работу! На весь день, да побегать, да побольше… мигом мнение поменяется!
Вот Алан и обмерял.
Кожу он уже заказал, Хью уже все привез, и теперь парни смотрели, как на столе творится почти волшебство.
Алан все тщательно обмерил, ощупал, прикинул, а потом чуть ли не одним движением руки принялся рисовать выкройки. Талант у парня определенно был.
Начать решили
