Николай Желунов - Неофицiальное разслѣдованiе

— Осторожней! — воскликнул граф, но поздно — темный паучок вспрыгнул на брючину Василию Яковлевичу, перепрыгнул на тыльную сторону ладони и в одно мгновение растаял на коже дозорного.

То было сложное, но не требующее большой силы заклятье, — напишет впоследствии Макаров в своем дневнике, — однако враг мой перед своим развоплощением сумел отмстить. У него уже не осталось сил для удара — но и у меня не осталось сил для защиты. Не сразу удалось мне отыскать это заклятье в старых книгах… Граф Шувалов называл его «отпущенный век» и утверждал, что только очень искусный маг может наложить такое заклятье — и только один раз в жизни.

Теперь я знаю все о своем будущем — и не могу изменить ничего. Сегодня, 4 октября 1914 года, я вступаю в ополчение. Через два месяца я буду на фронте. И погибну 7 июня 1916-го при штурме Луцка армией генерала Каледина.

Уезжаю на фронт, дабы не встречаться никогда более с Ариной. Она едва пришла в себя после потрясений прошлого лета, но когда узнала, что я поражен заклятьем «отпущенного века» и снять его не представляется возможным, — пришла в отчаянье. Что жить мне осталось менее двух лет — я утаил, пусть не терзается раньше времени.

У меня нет надежды, но имеется знание.

У меня есть эти отпущенные судьбой шестьсот двенадцать дней, и дай Бог мне прожить их честно и правильно.

Честное слово (фр.).