Я ощутила запал, уверенность, и не могла дождаться момента, когда экипаж прибудет к месту назначения. К тому времени, когда повозка с грохотом остановилась на улице перед безымянным домом в районе Волшебных врат, лошадь фыркала и от нее исходил пар из–за затраченных усилий. В моей руке уже находилась плата за проезд, я была готова выскочить наружу и вбежать в дом.
Мне так хотелось рассказать Гидеону секрет, который я сперва не заметила, но потом мой разум наконец–то показал мне все.
Я вошла через задние ворота и пересекла заросшие сады. Харлон Нейл сидел в темноте на низком парапете, словно его попросили подождать меня. Он поднялся, опустив лазвинтовку, лежавшую у него на коленях.
— Рад видеть тебя в целости и сохранности, — сказал он.
— Что происходит? Где Вы были все это время?
Он не ответил.
— Проходи, но будь осторожна.
Я нахмурилась, глядя на него.
— Чем вы занимались? Есть какие–то подвижки? Что, варп побери, произошло в Доме-Колонне? — начал он расспрашивать меня, но теперь настала моя очередь не отвечать на прямые вопросы.
Меня переполняло желание поделиться всем, что я узнала, и идеей, которая совсем недавно пришла ко мне в голову, но все–таки я сдержалась, потому что чувствовала себя неловко и неуверенно. Безымянный дом оказался тихим и в нем не горел свет. Меня захлестнуло дурное предчувствие. Казалось, что меня словно заманили в ловушку.
— Все будет указано в моем отчете, Харлон. Он внутри?
— Да, но потерпи, пока он не закончит…
Я прошла мимо него к задней двери.
— Я серьезно, — прорычал он мне вслед, — не перебивай.
И все–таки я пошла дальше, не отвечая на его слова, но мужчина мягко схватил меня за руку, тем самым заставив остановиться.
— Послушай, — Нейл понизил голос, — Бета, просто… просто не реагируй, хорошо? Когда придет момент, просто не реагируй и не делай ничего импульсивного. Понимаешь?
— Не понимаю, о чем ты.
— Поймешь. Пожалуйста, Бета. Если между нами есть хоть некое подобие дружбы, прошу, не надо драмы. Тебе захочется разозлиться. Но умерь пыл, ради Трона. Слишком многое стоит на кону.
Я посмотрела на него, после чего высвободила руку и направилась к двери. Он пошел за мной.
Коридор за дверью был узким, обшитым деревянными панелями. Две светящихся сферы горели слишком низко. Кыс стояла в конце коридора, прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Она стояла ко мне спиной, я чувствовала, что от нее исходит враждебность.
Я двинулась по проходу, Нейл запер за мной дверь и пошел следом. Кыс повернулась и сердито взглянула на меня, когда я проходила мимо.
— Жди здесь, — сказала она.
— Он позвал меня.
— Не будь идиоткой, мы все здесь не просто так.
— Да что с тобой такое?
Она прищурила глаза с вызовом, я чувствовала, что она гневалась вовсе не на меня, а просто была в плохом расположении духа.
— Я думала, что вчера мы находились в плохом положении, теперь я точно знаю, что оно просто препаскудное.
Я прошла мимо и вошла в главный зал. Она даже не попыталась пойти за мной.
В главной гостиной дома горели лампы. Я видела их слабое янтарное свечение через полуоткрытую дверь. Тихие голоса доносились из комнаты. Кара стояла в тени двери, вне потока льющегося света. Она подслушивала и смотрела в щель. По языку ее тела, я поняла, что она обеспокоена.
Моя смелая поступь замедлилась, я подкралась к Каре. Она посмотрела в сторону, увидела меня и коротко, но крепко обняла.
— Рада тебя видеть. А где господин Лайтберн? — прошептала она.
— Занимается кое-какими делами по моему поручению. Что происходит, Кара?
Она кивнула в сторону приоткрытой двери. Я почувствовала некий запах, возможно, пряность, напоминавшую гвоздику или шкуру сала. Практически запах лекарств. Придвинувшись к ней вплотную, я тоже принялась подглядывать.
В большой комнате я увидела Кресло. Рейвенор расположился у камина, на полке которого стояли лампы. Он вел с кем–то беседу, но этот человек — или люди — находился вне поля зрения. Я даже не смогла расслышать, о чем они говорили.
Мне пришлось немного подвинуться, чтобы увидеть больше. Кара схватила меня за руку, чтобы остановить, но я смогла получить более широкий обзор.
Теперь я видела, с кем говорит Гидеон.
Две фигуры, обе стоят и обе высокие.
В тот момент, когда я увидела, кто это, кровь застыла в жилах от страха. Я прекрасно понимала, что когда я увидела их, он смогли увидеть и меня. Один из них повернулся и глянул прямо мне в глаза.
Лицо гостя скрывал шлем, богато украшенное забрало с плюмажем, блестевшим в свете лампы, словно морское ушко. Дизайн, черты лица и глаза, смотревшие на меня из глубокой прорези забрала точно не принадлежали человеку.
Воины-альдари.
Секунда, казалось, растянулась. Я чувствовала, что должна отодвинуться, но не могла. Странный, терпкий запах специй витал вокруг. Я слышала мягкое урчание их дыхательных систем. Кулон из призрачной кости, висящий у меня на шее, отчаянно трепыхался, подобно сердцу крошечного млекопитающего. Тут же пришла в голову мысль о том, что мэм Мордаунт умоляла меня ни при каких обстоятельствах не иметь дела с древними ксеносами, и в данной ситуации, как мне показалось, слова предостережения от Харлона вполне имели смысл. Он предупреждал меня, чтобы я никак на это не реагировала.
Воин, буравивший меня взглядом, что–то произнес, но я ничего не поняла. Его голос напоминал прикосновение проволочной щетки к бархату.
— Это Бета, она одна из моих людей, — ответил им Гидеон. — Она не хотела проявить неуважения, и не собирается вмешиваться.
Я хотела было поклониться и отступить, но альдари вновь заговорил.
— Да, она одна из тех, у кого пустое сердце, — ответил Гидеон. — Мы называем их нулями. Она вас не побеспокоит.
Теперь заговорил второй воин.
— Да, я признаю, ее создал Король, — ответил Гидеон, — но она совсем не предана ему, она верна нам. Я ручаюсь за нее.
Альдари, буравивший меня глазами, сделал шаг навстречу. Его пристальный взгляд не отрывался от меня ни на минуту.
— Граэль, — сказал ксенос.
— Нет, сэр…
— Создана, чтобы стать сосудом для граэля, — он сделал еще шаг навстречу. Ксенос говорил на низком готике, но слова будто не подходили к его речевому аппарату, дыхание придавало им незнакомый акцент.
— Возможно, это была моя судьба, которой мне удалось избежать.
— Вы так похожи, — ответил он.
Я ничего не поняла. Существо-ксенос оказалось не первым, кто сказал нечто подобное, и мне показалось, что в будущем я еще наслушаюсь этой фразы. Но оно имело в виду, что когда–то знало Ализебет Биквин, или, по крайней мере, знало, как она выглядит. И как такое могло быть? Все время появлялись намеки на то, что Гидеон Рейвенор в прошлом имел какие–то дела с альдари. И это подразумевало долгое и сложное взаимодействие.
Воин отвернулся от меня и вновь посмотрел на Рейвенора. Когда он двигался, драгоценные камни-кабошоны, вставленные в жемчужно-белую броню, отражали свет лампы и мерцали подобно звездам. Мне на ум тут же пришли капли дождя на стекле в карете.
Он вновь заговорил, перейдя на непонятный жаргон своей расы.
— Я настоятельно прошу вас дать мне больше времени, — ответил Гидеон. — Месяц…
Второй ксенос перебил инквизитора.
— Прошу об этом, во имя нашего долгого союза и дружбы. Мы многого добились вместе. То, что вы предложили, положило бы конец всему этому. Я не смог смотреть на это сквозь пальцы или доказать преимущества моему начальству. Более того, последствия могли быть катастрофическими для обоих наших видов. Ваши автархи с древнейших времен предостерегали всех, что нельзя позволять Каэле Менша Кхаину направлять Ай`элтерну, ибо этот путь приведет прямо к владениям Иннеада.
Оба альдари быстро заговорили по очереди.
— Я не спорю по поводу степени опасности, — ответил им Гидеон. — Но все еще могут быть менее радикальные способы противодействия. В течение месяца я мог бы…
