в кабинет, где я предстал перед тремя стариками в адмиральских имперских мундирах за одним широким столом. Они с той стороны. А я с этой, и стула не предложили. Неприятно напоминает военный трибунал.
Один из седых адмиралов прищурился, окинул меня с ног до головы взглядом, толкнул соседа локтем:
— Ишь ты, ты смотри в чем нынче молодежь щеголяет. Двубортный мундир! Дерзко.
— Ну а ты как думал, хрен старый? — недовольно отозвался его ушибленный острым локтем сосед — В однобортном нынче никто уже не воюет. Независимо от официального звания.
Третий адмирал, чуть моложе остальных, бросил полный скепсиса взгляд в сторону соседей по столу и обратился ко мне:
— Я благодарю вас, что отозвались на нашу просьбу так скоро, ваше сиятельство, граф. Завидная оперативность, завидная.
— Полагаю, дело не терпит отлагательств, если Адмиралтейство приглашает, — сдержанно произнес я.
— И совершенно верно полагаете, — кивнул скептичный адмирал. — Мы в курсе ваших приготовлений. Флот одобряет ваше намерение навести порядок в окрестностях Войпеля, особенно если этим окончательно завершится затянувшийся межродовой кризис на Первопрестольной. Мы вызвали вас для координации наших усилий с действиями флота в интересующем вас районе.
— Вот как? — удивился я.
— Именно так, — скривился адмирал-скептик.
Его товарищи по тройке наблюдали за мной стеклянными глазами и черезмерно харизматичными улыбками. Нда, эти двое тут явно в качестве мебели.
— Учитывая то, какое изысканное общество вам удалось собрать для вашей легкой прогулки под обстрелом, Адмиралтейство решило озаботится их безопасностью и выделить вам один из наших кораблей для обеспечения коммуникаций. Какой конкретно вымпел, мы еще решим и вас поставим в известность. Мы придаем его вам исключительно для связи с флотом, выражения нашей поддержки и осуществления надзора за операцией. И как страховку сливок высшего общества Первопрестольной от превратностей войны. Но не более. Не более! Командовать им вы не имеете права, не забывайте об этом… граф-адмирал.
Надо же. Граф-адмирал. Ну, не вполне по протоколу, но куда ни шло. А недавно ещё обзывали капитан-лейтенантом.
— Я запомню, — мрачно отозвался я.
— Вопросы снабжения вымпела мы скоординируем. — добавил адмирал-скептик. — Наши люди свяжутся с вашими людьми и мы все решим.
— Благодарю, — мрачно отозвался я. Ну, хотя бы снабжение этого своего наблюдателя флот не на меня повесил. Уже легче.
— Можете быть свободны граф-адмирал. Это все.
Я вышел из Адмиралтейства в некоторой прострации.
Вот черт. Если бы не эта моя идея насчет практики для молодых офицеров, всего этого на мне сейчас бы не повисло как грязный ком на сапоге.
Блин, какого черта? Нормальный же был план. Я же хотел просто немного компенсировать затраты от собственной невиданной щедрости! В каком месте все пошло не так?
Блин, это ж сколько мне народу уже в панамку напихали? Десять платников, плюс двое счастливчиков по протекции Мендеса. Дюжина. Еще двое сливочных Олдриных и шестеро жеребцов Ганзоригов. Двадцать лбов! Все из высшего общества Первопрестольной и окрестностей со всеми осложнениями межродовой политики за последнюю сотню лет! Где я успел так просчитаться-то? А ведь ещё моих собственных офицеров с прирожденной дурью хватает, солтынгерам тем же — палец в рот не клади.
А еще лопатоносный оруженосец и самодержавная воспитаница. Ох, предвижу я, не разберусь я с ними всем мирно, ну никак этого уже не выйдет. Никак.
Натуральная токсичная солянка, а не штаб операции у меня собрался. С миру по нитке — дерзкому удавка.
Адская смесь. Ох, хлебну я ещё её полной ложкой…
А потом с поверхности мне позвонила Иоланта и с ходу заорала:
— Учитель! Спасите! Спасите меня!
Вот блин!
Глава 2
Главное при расследовании не выйти на самого себя
— Спасите! Спасите меня от нее! — орала Иоланта. — Я так больше не могу!
Да что случилось то? И чего так орать?
— Так, Иоланта, — строго произнес я. — Успокойся и медленно повтори сообщение. Без эмоциональных помех.
— Она меня до смерти достала! — выкрикнула Иоланта
— Кто! — удивился я.
— Бабуля Сакура!
А. Вот вроде понятнее стало. Иоланте Сакура Сабуровна, почтенная мама моей счастливой Лу, действительно в бабушки годится. И наверняка её невероятно бесит от того, что Иоланта её бабулей в лицо зовет. Наверное, потому Иоланта её так и называет.
Чтобы подрывало ярче.
— Она меня уже достала просто! «Давай ещё один заказик, только ради ребеночка!» — издевательски писклявым тоном изобразила Иоланта голосок Сакуры Сабуровны. — Это же первый модный показ будущего маркиза! А теперь еще фотосессия в колясочке. Лицо детской линии повседневных подгузников. Ах как же он хорош, ути-пути. Да чтоб вас всех! Заберите меня отсюда, или я за себя не отвечаю!
— Вас понял, аварийная команда уже в пути, — я постарался её приободрить. — Оставайся на связи, и входи на открытую местность, подальше от Куба. Мы тебя сейчас вытащим.
Макс с двумя десятками моих гиацинтовых гвардейцев, уже пару минут на челноке падали с орбиты, заходя с северного полушария Первопрестольной, после моего сигнала на отработку вывоза с контролируемой противником территории высокопоставленного офицера, в условиях приближенных к боевым. Всем полезно будет. Гвардейцам тренировка, эрцгерцогине — опыт спешного отхода на орбиту. Заодно — оборону Куба, переданного перед нашим отлетом домашней дружине Олдринных, ещё разок дружески за вымя пощупаем. А то я подозреваю, тамошние жирные коты как не ловили мышей после нашей прошлой попытки, так и не начали чесаться.
И, конечно, наземное прикрытие Олдриных меня не разочаровало, они всё прохлопали.
Макс пикирующим птеродактилем провел челнок между полями выявленных систем наблюдения, запеленговал движущуюся от Куба в парк-лабиринт цель, открыв трап еще в воздухе, плюхнулся на зеленый олдринский газон, варварски разворотив дерн посадочными ногами. Поймал пару несмелых выстрелов из обычного бластера кого-то особенно смелого из гвардейцев, не получив ни царапины. И в тот же момент, как Иоланта взбежала на борт с обоими своими горничными — рванул наверх, и ушел от замка раньше, чем противовоздушная оборона опомнилась. Дикие вопли по всем каналам неслись им вслед.
Обо мне вспомнили, когда челнок уже вышел на причальный трек наж верхней станцией лифта. Коммуникатор разорвало одновременным звонком Лу, ее мамы, и начальника охраны Куба. Пришлось разочаровать всех встречным сообщением, что я в курсе их проблемы, что задача взята мной на разработку и в скором времени разрешится ко всеобщему удовлетворению.
Успокаивать
