проснётся и покажет картинку вокруг. На миг тогорианец пожалел, что не поставил спукамасу микрофон, чтобы передавать через него сообщения. Впрочем, это можно сделать в будущем.
— Сиди спокойно, тебя скоро перенесут ко мне.
— Всё хорошо, Мррухс, — серые глаза девушки излучали тепло и дружелюбие. Она взглянула на общегалактическое время на деке. — Ну, до следующих процедур у нас ещё есть время. И даже полно… — добавила док, осознавая, что спала она всего ничего. И за это время ей приснился такой тягостный сон…
Шер мотнула головой, стряхивая наваждение сна. Не время.
— …так что отдыхайте пока. Вашего кореллианского чёрного… Дараса? Так? Сейчас принесём… — док подняла и закрепила часть носилок, чтобы пациенту было удобнее опираться спиной. — Санузел рядом, но только в сопровождении… Можете воспользоваться распылением бакты, а с водным душем придётся подождать, — продолжила Шер. — Вашу… Ваш шерстистый покров мы обработали асептическим излучением, так что мытьё не имеет значения… Ну, кроме удовольствия, — еле заметно улыбнулась она. Вот этого ей сейчас очень не хватало… — Вставать и ходить пока не нужно.
С этими словами док направилась к двери.
— Я за Дарасом, если что — меддроид передаст мне на деку всё, что вы хотите мне сказать. Но я вернусь быстро.
Дверь закрылась, и тогорианец остался один. Спать не хотелось — выспался надолго. Зато всё перекрывало желание есть. Капитан, кажется, что-то говорил про то, что скоро принесут? Нужно было только подождать.
То есть, занять себя чем-нибудь до того, как прибудет еда. Чем можно себя занять? Здесь — ничем. Ни размяться, ни потренироваться.
Стоп.
Мррухс вспомнил, что собирался освежить свои навыки ориентирования и разведки в условиях неизвестной территории. Давно пора, на самом деле. Тогорианец взглянул вокруг. Эх, с чего бы начать…
Мррухс поморщился. В голове всё ещё была каша. По больше части, он думал о Котэ, да о том, как он умудрился так опозориться в бою. Тварь по своим внешним показателям была куда слабее. Но на деле оказалась смертельно опасной, а он даже не подумал о том, как обманчива её внешность. Как-то неожиданно захотелось забраться в базу по хищникам, и ещё раз её прошерстить, вспомнить, как и с кем бороться. А потом, на разогретую голову, повторять азы разведки. Но и это пока невозможно!
"Нужно будет попросить датапад и выход на базы данных. Думаю, и им, и мне будет удобно, если я вдруг займу себя на несколько часов", — тогорианец и аккуратно лёг.
Вспомнилась родная планета. Лицо отца, недовольное, когда он первый раз облажался на охоте и ничего не принёс. У тогорианцев такой случай, как правило, наступает где-то на второй год охоты — поначалу никто не идёт на серьёзного зверя, уничтожая слабых хищников и зверьков, которые не представляют опасности. Потом набираются смелости, и идут на что-нибудь опасное. Чаще всего на лифонов. Противные рептилии постоянно мешали. Мррухс не стал исключением. В первую свою "серьёзную" охоту он смог убить пару тварей грамотно расставленными ловушками. А вот на второй раз облажался по полной. Видимо, поверил в себя. И вот недовольное лицо отца всплыло перед тогорианцем, укорив его, и рассеялось. Вспомнилась мама, улыбающаяся, с Дарасом на руках. Вспомнилась Росса. Рассмеялась и растворилась в сознании.
Не стоило теребить прошлое. Тогорианец погрустнел, уже в который раз вспомнив, что остался один. От старой жизни у него остался только памятный нож отца, да Дарасум-Котэ.
Ужасно жить без цели. Ужасно жить, понимая, что единственное живое существо, которое ты любил, погибло. А значит, нужно искать эту цель.
"Может быть, здесь я смогу забыться? — тогорианец смотрел в потолок. — Интересно, зачем им нужны были эти контейнеры?"
Глава 137
Едва закрылась за спиной Шер дверь в меблок, лицо её стало медленно гаснуть. Где-то под сердцем опять запульсировал ледяной родничок тревоги, перекрывая собой даже радость от того, что охотник проснулся, что он избежал осложнений. Сон она запомнила в деталях. Вызов на комлинк пришёл уже после того, как она проснулась от собственного крика и бешеного стука сердца. В нём не было кошмара — ни страшной темной фигуры без глаз, ни дознавателя и пыточного дроида… Просто пустой дом её родителей. И это было страшнее… А может, дознаватель лгал? И всё, что написано отцом — просто подделка? И от неё никто не отрекался?! И… И что с ними стало тогда…
Озноб прошил её тело насквозь, как очередь из блистерной винтовки если бы та стреляла ледяными болтами…
Шер отняла руки от висков и вскинула голову. Только не сейчас…
— Дэ-эй, — она стояла под дверью каюты кореллианки, — ты здесь?
— Заходи, — голос подруги был хрипловат со сна. Когда открылась дверь, глазам Шер предстала умилительная картина. Большой кот мирно спал, вытянувшись вдоль туловища не менее большой женщины, — знаешь, кошки и дети — лучшие из известных мне снотворных, честное слово! Что-то случилось?
— Ага, — плюхаясь в кресло и беззастенчиво зевая, сообщила Шер, — а я бы и так… без снотворного… Часочек-два… Хатт, — она зевнула ещё раз, — вы заразительно спите, но придётся нарушить вашу идиллию… Охотник хочет своего питомца увидеть.
— Вотпрямщаз? Ладно, сейчас. Смотри, зверюга сама проснулась.
— Да, охотник, видимо послал ему сигнал, — Шер с усилием оторвалась от кресла. — Кажется, он понимает, что за ним пришли, — усмехнулась врач, глядя, как черный кот рванул к двери и оглядывается на Дэй, словно домашний фелинкс в ожидании прогулки, крутя своей массивной головой. — А ты не знаешь, к чему снится опустевший дом? — внезапно спросила она подругу, открывая дверь каюты.
— У нас говорят, сны сбываются наоборот, если дом опустел во сне, значит, ему долго быть полным, — планетолог легонько коснулась руки девушки, — пойдём уже познакомимся с хозяином зверушки.
— Зверушку зовут Дарас, ну, а хозяин… Он представится тебе сам, — улыбнувшись, док подхватила Дэй под руку и потянула догонять спукамаса, который уже усвистал к лифту, не дожидаясь их. — Эй, погоди, котам в лифте не положено! — со смехом перефразировала она известный голофильм. — Во всяком случае — без нас!
— Вот же зверушка, никакой собаки не надо, — кивнула Дэй на усевшегося Дараса.
Визор ожил и бесшумно показал картинку зрения спукамаса. Тот спал около женщины-человека. Дверь открылась и вошёл доктор. Звука не было (тогорианец ещё раз пожалел об этом). Котэ выразил радость от голоса хозяина и проскользнул внутрь. Быстро добрался до лифта.
— Стой, не торопись. Жди всех, — шепнул тогорианец. Дарас послушно остановился, и повернул голову, нетерпеливо мяукнув. Животное стремилось как можно быстрее попасть к хозяину.
Кот
