Универсальных Цивилизаций и восстать против участи пушечного мяса!
При этих словах глаза многих людей загорелись.
В одиночку им было бы трудно осуществить восстание, и сцена возможного восстановления могла бы стать шансом для поиска временного союза.
— Тогда договорились, будем бастовать все вместе! — Штайн хлопнул в ладоши в знак согласия.
Древняя Звездная река, территория механической жизни.
В механическом дворце Аватар Мэнисона и удаленная проекция Касуйи сидели друг напротив друга, непринужденно играя в карты.
— Я действительно завидую тебе, не будучи вовлечён в управление делами Союза Суперов и имея возможность тратить все свое время на переваривание военных преимуществ, я бы тоже этого хотел… — Касуйи пожаловался, наблюдая за игрой в карты.
Мэнисон не выказал эмоций сочувствия и небрежно заявил: "Поскольку Блекстар уехал, всегда нужен кто-то для контроля над Союзом Суперов, я давно ушел с поста президента, и теперь даже не вице-президент, эта твоя работа".
— Увы, я ничего не могу поделать, когда Блекстар уезжал, то проинструктировал меня, что некоторые члены Союза Суперов и возрождённые могут быть не слишком спокойны во время его отсутствия, и попросил меня быть осторожным, учитывая все возможности, так что мне пришлось сделать так, как он хотел. — Касуйи покачал головой, его тон был беспомощным.
Как когда-то в Эпоху Исследований в прошлом, война всегда была катализатором для сильных, и многие из Суперы AS класса в течение года находились на территории оборонительной базы, переживая большие и малые сражения, более или менее получая новые знания, и Мэнисон, и Касуйи нашли более широкие возможности для совершенствования, и в период относительного спокойствия все еще можно было добиться новых успехов в росте силы.
К сожалению, Блекстар отправился в Святилище и проинструктировал его быть осторожным, поэтому Касуйи не мог продолжать переваривать свой военный опыт и переключился на управление Союзом Суперов, от чего очень завидовал тому, что Мэнисон может сосредоточиться на закрытой тренировке.
— Перемудрив, я столкнулся с некоторыми проблемами и со своей стороны. — Тон Мэнисона был холодным, — В последнее время Нильфгади неспокоен, он не смирился с тем, что Культ Механического Бога и механическая жизнь находятся под контролем у Блекстара и меня. Он чувствует, что все эти преимущества изначально принадлежали ему, и пытается вернуть себе некогда лидирующие позиции.
— О? Что он сделал? — Касуйи стало любопытно.
— Хм. Не успел Блекстар уйти, как кто-то отправился к Механическим Богам, чтобы объявить о его возвращении, пытаясь собрать урожай главной веры общины с личностью основателя, явно пытаясь воспользоваться ситуацией.
— Ну и как, получилось? — Касуйи казался заинтересован.
— Что еще это может быть? Он основатель, который был устранен из истории и возродился только благодаря доброжелательности Блекстара, и он рассчитывает пошатнуть его репутацию только этим? Это просто мечта. — фыркнул Мэнисон.
— Это правда, престиж Нильфгади уже давно износился со временем, и у него пока нет капитала, чтобы конкурировать с Блекстаром. — Касуйи кивнул и после паузы хмыкнул. — Кроме того, даже ты не сможешь пошатнуть Блекстара, не говоря уже о нем.
— … Хамф, смешно. — Мэнисон взглянул на него и облегченно хмыкнул. — С чего бы это ему быть таким дерзким… Если бы не тот факт, что мы знаем друг друга много лет, мне было бы на тебя наплевать!
Касуйи пожал плечами и спросил: "Ну и как там Оружие, я полагаю, для тебя довольно проблематично, чтобы Нильфгади вернулся как предок?".
— За кого ты меня принимаешь? Я управляю Механической расой уже много лет, неужели он может заставить меня отказаться от базового лагеря только на основании статуса предка? Тон Мэнисона стал более спокойным.
— И что ты с ним сделал?
— В старые времена сделал бы его мучеником, но я уже давно не занимался подобными вещами, а Нильфгади — предок Механической расы, в конце концов, и я не могу ничего с этим поделать, если хочу поставить на этом свое имя, поэтому я разделил группу представителей Механической расы, чтобы он смог создать свою собственную новую Механическую расу.
— Значит, Механическая раса разделилась? — Касуйи поднял бровь.
Не впечатлившись, Мэнисон легкомысленно произнёс: "Все не так серьезно, раса может дать ему немного, и они регенерируют в любом случае, но он не сможет ни фига получить из семейного бюджета, который я накопил за эти годы…".
— О, ты все тот же, никто не может ничего вырвать из твоих рук, кроме Блекстара. — Касуйи покачал головой и улыбнулся.
— Хмпф, даже Блэкстар не достиг большого успеха. — посетовал Мэнисон.
Касуйи только рассмеялся и не стал углубляться в детали этого разговора, отойдя от темы и подмигнув: "Кстати, перед тем как Блекстар ушел, он оставил мне контактную информацию одного незнакомца, сказав, что если будет какое-то движение со стороны тех возрождённых, я могу позвонить ему, чтобы решить проблему".
— Блекстар ничего не делает без причины, как зовут того незнакомца?
— Имя неизвестно, Блекстар просто сказал мне называть его Хранителем Клятвы, я еще не связывался с ним, интересно, не известно его происхождение, но даже Блекстар придаёт ему большое значение. — Касуйи был весьма заинтересован.
— Похоже, Блэкстар все еще скрывает немало секретов. — тихо хмыкнул Мэнисон.
Территория Мирового Древа, дворец Короля-Хранителя Дерева.
Яркий бирюзовый свет хлынул и продолжал литься по корневым жилам в гигантский кокон, состоящий из листьев, похожих на капусту, с роскошным основанием под ним, похожим на алтарь. Через некоторое время створки кокона внезапно раскрылись слой за слоем, и из них вышла фигура, излучающая ослепительный зеленый свет, которая шаг за шагом спускалась по ступеням, и зеленый свет медленно утих, открывая облик Короля Подчинения.
— Наконец-то ты ожил! — Под алтарем в глазах ожидающего Короля Стойкости промелькнул блеск радости, и он сделал два шага вперед, чтобы поприветствовать его. — После того как я так долго лил на него воду, Король Подчинения наконец-то достиг зрелости, так что я наконец-то могу заняться рыбалкой!
— Фух, все так же неприятно, как и раньше. — Король Подчинения выдохнул и пошевелился, пробуждая свои дремлющие чувства.
Хотя Мировое Дерево смогло вернуть его в состояние семени для возрождения, процесс прорастания и созревания семени был невыносим, и когда он подумал
