сьоры, — возразил Кахир. — Бастарды Великого Дома. Но согласно правилам, бастард, признанный отцом, становится сьором. Если у него есть королевство.
— В данном случае это мое королевство, — хмуро заметил Анрис.
— А чем тебе плохо? Ты на кого оставишь Кэтрин? А сильный зять сколотит ей империю. Берк не дикарь, клянусь! То есть, он выглядит, как дикарь. Прическа, амулеты и все такое. Но твоя дочка его облагородит.
— А как же Шарль? Который успел влюбиться в леди Нерею. А ты ему шаманку предлагаешь вместо леди!
— В Ае не сомневайся: она твоему сыну быстро мозги запудрит. Девица ловкая, мордашка симпатичная. Ну и все остальное очень даже. Соглашайся, Анрис. Другого выхода нет.
— Мне надо подумать, — сьор Готвир без сил откинулся на подушки.
— Да некогда думать! Они все твои гондолы посшибают, и пикнуть не успеешь! Полезут на стены со всех сторон! Их же тьма!
— Когда же свадьба?
— Нам надо в горы, — смущенно кашлянул Кахир. — Дочки туда рвутся. Обе. Да и я хочу с матерью попрощаться.
— Подъем будет трудным. И опасным.
— Нас проводят. Аю никто не посмеет тронуть. Она ведь та-которая-видит-будущее. Бабкин дар.
— Хорошо, — просипел король Фригамы. — Я даю свое согласие на этот двойной брак.
— Вот и молодец, — Кахир встал. — Я отдам распоряжение, чтобы готовились к свадьбе. Как только мы с невестами вернемся, в главном Храме Фригамы состоится тройная церемония.
— Тройная?! Ты сказал невесты?!
— Нерея выходит за Кенси.
— Но я слышал, что он помолвлен с принцессой Рафаэлой!
— Уже нет. Да и помолвки никакой не было, сплетни все это. Наверняка ведь с бабской половины принесли. Желаемое за действительное. Кенси на самом деле свободен. На свою беду, — не удержался Кахир. — Проспорил он свою свободу. А что? И так бывает. Не смотри на меня, будто я баран. Хотя, баран и есть.
— Новость за новостью, — сьор Готвир был озадачен. — Впрочем, ты ее отец, леди Нереи, тебе и решать.
— Вот именно.
* * *
Указ был объявлен на следующий же день. На грату Кэтрин и принца Шарля все старались не смотреть.
— Мужайся, сынок, — сказала Виктория Бледная. — Такова участь сьоров. Ты должен сделать это во имя мира. Ради своего Великого Дома. Для спасения Фригамы и своего народа.
— А я, мама? — жалобно спросила принцесса Кэтрин. — Неужели одной жертвы мало?! Мне обязательно становиться женой этого дикаря?!
— Он аль Хали, — вздохнула королева. — Участь твоя тяжела, не спорю, но вроде бы хан Берк хорош собой.
— Хорош собой?! Да у него гарем! А то я не знаю обычаи степняков! Он хан, мама!
— Зато тебе не придется искать мужу любовницу, как это делала моя свекровь. И другие граты. Сьоры всегда имели внебрачную связь. Терпи.
Шарль грустно посмотрел на сестру. Таков наш долг. Зато город будет спасен.
Орда вошла в него на рассвете. Жители жались друг к другу, робко разглядывая варваров и опасаясь погромов. Но все было благопристойно. Вождей степняков и их свиты разместили частично в королевской резиденции, частично во дворце аль Хали, построенном вечными для граты Калафии. Которая перебралась к сыну.
— Я уеду с Лейтоном, в Игнис, — сказала она деверю. — Мой дворец отдай племянникам. Этим ханам. Раз они аль Хали, то имеют на него полное право.
Так и сделали. Помолвку назначили на вечер. В тронном зале собралась вся семья. Король Анрис недобро смотрел на будущего зятя, все никак не мог привыкнуть к его нетривиальной внешности и бесцеремонности. Степняки по привычке всем тыкали и никому не кланялись, даже королям.
Все чувствовали неловкость и хмурились, только Ая улыбалась застывшему столбом принцу Шарлю. Словно гипнотизируя его. Ждали невесту хана Берка, грату Готвир. Но она все не появлялась.
А без нее не могли начать церемонию представления. Объявить, кто есть кто. Вслух произнести все громкие титулы собравшихся. И отношения, в которые они собираются вступить.
— Пошлите за ней, — не выдержал король Фригамы.
Орда уже вошла в город. Ведут себя смирно. Но если сам Берк не войдет в семью Готвиров, варвары взбунтуются. Сочтут себя обманутыми. И тогда белоснежные улицы Фригамы станут красными от пролитой крови.
А все из-за упрямой девчонки! Как будто Анрис выбирал себе жену! Или король Нарабора, сьор Дэстен! Что касается грат, Калафию вообще выдали за старика, не спрашивая. А Берк неплохо выглядит, не считая конского хвоста на макушке.
Лицо можно даже сказать симпатичное.
— Я сам схожу, — вызвался Шарль, который хотел хоть ненадолго стряхнуть с себя морок. Эта степная ведьма так смотрит. Словно душу вынуть хочет.
Та-которая-видит-будущее. Интересно, что она там конкретно видит?
«А мне расскажет? Когда мы с ней…»
Шарль сам испугался этих мыслей. Ну, на кой он ей сдался, этой шаманке?! Может, отпустит?
… Грата Кэтрин заперлась у себя в спальне и отказалась выходить к жениху. Напрасно брат стучался в дверь и уговаривал:
— Быть может, не так все и плохо, Кэтти. Я его видел, этого Берка. На вид он вполне нормален. Не считая прически. Сразу понятно: аль Хали. На отца похож. Тебе ведь нравится сьор Кахир? Ты говорила, что он настоящий мужчина.
— Вот и иди сам к этому Берку! И спи с ним!
— Ну, Кэтти… Выходи. Все только тебя и ждут…
Видимо жених потерял терпение. Потому что у покоев принцессы раздались тяжелые шаги.
— Это ты наследный принц? — услышал Шарль.
И подумал: да уж, манеры у них, у этих варваров!
— Да. Я сьор Шарль Готвир.
— Хан Берк аль Хали.
Будущие свояки критически посмотрели друг на друга. Хан ухмыльнулся, заставив Шарля покраснеть. Понятно, кто лидер, а кто человек у власти случайный.
— Не открывает? — Берк кивнул на запертую дверь.
— Она… стесняется, — замялся Шарль.
— Принцесса что, еще невинна?
— У нас не принято говорить об этом вслух!
— А у нас, аль Хали стоять под дверью, да еще в спальню, — и хан одним ударом могучего плеча высадил дверь.
Шарль схватился, было за меч, но услышал:
— Иди к моей сестре, она ждет. А я тут сам разберусь. Здесь высоко, принцесса. Ты, конечно, можешь прыгнуть, но тогда ты сломаешь ногу. Я-то женюсь и на хромой. Но
