космоса. В затылке раздался тихий пси-голос Ванессы:
«Как слышишь, воин?»
«Странное ощущение – будто я падаю…»
«Пройдет, это включилась автоматика».
Тишина в голове Влада стала вибрировать, посвистывать, звенеть, но вскоре снова все успокоилось, перед глазами развернулась наполненная перламутровым туманом сфера, провалилась сама в себя и превратилась в черное окно, в центре которого появился каменный обломок, похожий на картофелину с оспинами кратеров. Это был планетоид колонистов, казавшийся издали абсолютно мертвым небесным телом. Но вот он приблизился, и стали видны линзовидные утолщения, усеявшие тело планетоида, сотворенные из материала, напоминавшего черное стекло, отбрасывающее кровавые блики в лучах Пурпурной Розы.
В ушах Влада раздался двойной удар гонга, а вслед за ним голос Савватия:
«Погранзастава «Стрелец» вызывает «Пурпурное Сердце». Прошу ответить».
Тихий гул, уходящий, казалось, в глубину пространства, шорохи, тишина.
«Погранзастава «Стрелец» вызывает «Пурпурное Сердце». С вами хочет поговорить Ванесса Дарьялова, особая группа службы ОКО геянской колонии. У нее важное сообщение».
Гул, посвистывание, молчание, затем отчетливый хруст ломающегося под ногами хрупкого ледка. В черном окне перед глазами Влада появился огонек, стал расти, превратился в длинное безбровое мужское лицо с жесткой складкой губ и узкими черными глазами.
«Пурпурное Сердце» слушает Ванессу Дарьялову».
«Мне необходим прямой контакт с руководством колонии, – сказала Ванесса. – Прошу принять меня и моего напарника Влада Велича».
«Цель?» – скучным голосом спросил незнакомец.
«Об этом я сообщу при встрече. Могу только повторить, что сообщение очень важное».
«Мы знаем все, о чем вы хотите нам сообщить».
«Не все, уважаемый анорм, дело касается недавнего разведрейда спейс-машины негуман в системе Пурпурной Розы, а также изменения режима метросообщений на Гее».
Гул, свисты, тишина. Лицо мужчины исчезает, потом появляется вновь.
«Хорошо, мы вас ждем. Через четверть часа к заставе подойдет наш транспорт».
Хруст, тихий удаляющийся гул.
Изображение мужского лица погасло. Тишина в ушах стала деревянной. Влад понял, что станция связи отключилась.
Лепестки кокон-кресла разошлись, превращая его в красивый бутон тюльпана, освободили тело молодого человека. Ванесса уже стояла рядом, протянула руку.
– Все, сеанс закончен. Забирай своего зверя и двигай в причальный отсек заставы, я сейчас приду.
Влад с некоторым трудом вылез из глубин кресла, молча направился к выходу из зала. Он помнил расположение переходов, лестниц и лифтов заставы и не нуждался в советах, как добираться до Секама и где располагается причальный отсек. Спрашивать у Ванессы, зачем понадобилось брать с собой гепарда, он не стал.
Они встретились у люка в причальный ангар заставы, представлявший собой прямоугольный короб в днище пирамиды, форму которой поддерживали особые механизмы заставы. Савватий, имевший вид нашкодившего кота (неужели снова уговаривал Ванессу стать его четвертой, а то и пятой женой?), открыл люк, и все четверо ступили на рифленый пол ангара, где стояли спейс-машины пограничников: куттер, два «голема», полуразобранный когг и «пакмак». Людей в ангаре видно не было.
На противоположном торце короба, выходившего в космос, загорелись фиолетово-сиреневые треугольники.
– Кажется, они уже прибыли, – пробормотал командир заставы.
В стене ангара появилась длинная трехметровая щель, побежала по кругу, как бы вырезая круглое отверстие диаметром в шесть метров. Стал виден черный зев пространства с далекими искрами не то звезд, не то фонарей летающей по космосу техники. Затем в образовавшееся отверстие (воздух из ангара не ринулся наружу, удерживаемый силовым полем) скользнул дымящийся двухметровый куб, завис в полуметре над полом ангара, лопнул зигзагообразной щелью и остался висеть, продолжая испускать струйки белесого дыма.
– Садитесь, – усмехнулся несколько оживившийся Савватий. – Это и есть транспорт наших соседей. Домчит вас за минуту без всяких неприятных ощущений. Они на таких «дымолетах» даже в Чужую не боятся нырять. Вас ждать к обеду, госпожа Дарьялова?
– Боюсь, что мы уже не вернемся, – ответила Ванесса. – Спасибо за гостеприимство.
– Жаль, – снова огорчился блондин, протянул ей сверкнувший шарик размером с горошину. – Это новый код нашего метро. Вдруг пригодится?
Ванесса взяла шарик, задумчиво посмотрела на разрумянившееся лицо Савватия, быстро поцеловала его в щеку и полезла в отверстие «дымолета». Оглянулась на Влада:
– Не отставай, агент ноль-ноль-семь.
Влад затолкал внутрь куба Секама, кое-как втиснулся туда сам, Ванесса помахала рукой Савватию, и отверстие входа заросло. Стало темно. Затем по внутренним стенам совершенно пустого куба побежали змейки голубого огня, что-то тихо зазвенело, как ложка в пустом стакане. Влад почувствовал давление на виски, на ворчанье Нестора не ответил, прислушиваясь к себе и посматривая на все еще задумчивое лицо Ванессы, хотел было спросить, что она чувствует, но в это время в стенке куба возникло отверстие и стал виден освещенный зал с рядами каких-то ребристых цилиндров. Напротив отверстия стоял человек, высокий и массивный, как все космены, родившиеся при меньшей, чем земная, силе тяжести, и смотрел на гостей.
* * *
Около трех часов их водили по закоулкам «Пурпурного Сердца», как громко и красиво назвали колонисты свой пещерный город, прятавшийся внутри планетоида диаметром всего в четыреста километров. Масса планетки была на три порядка меньше массы таких космических объектов, как Гея и Земля, и для обеспечения нормальной для жизни людей (а интраморфы и их потомки все же оставались людьми, привыкшими жить в поле гравитации) силы тяжести внутри планетоида, в его ядре был установлен генератор тяготения. Однако сила тяжести в городе все же была меньше земной, поэтому гулять по тоннелям, пещерам и гротам «Пурпурного Сердца» было легко и приятно, тем более что там было на что посмотреть.
