говорит, мне вводили препарат, который подавляет волю, и допустили передозировку. Так что вы двое меня избавили от весьма неприятной участи…
— В основном он, — при упоминании дефеля Бус обеспокоенно заозирался, — в основном он помог, я растерялся и не знал, что делать.
— Сейчас его вполне видно, — наёмница улыбнулась. — Это он на базе маскировался.
— Это страшно, — признался Бус, — странно, что меня так пугает не похищение, или не перспектива снова оказаться в чьём-то рабстве, а этот здоровяк-невидимка.
— Может быть, потому что нечего противопоставить тому, о чьём присутствии даже не подозреваешь? — Лариус погладила пышную шубку Буса. — Он нам не враг. Ты сам в порядке?
— Возможно, — Бус вздрогнул от прикосновения, но секунду спустя расслабился, — я вроде да. Пара синяков, немного вернувшихся воспоминаний, метр потерянных нервов. Зато нашёл себе большой уравнитель, надо только Шай его показать.
— Что ты там такое присмотрел? — удивилась наёмница.
— Вот такенный ствол, — ответил Бус, встав на задние лапы и задрав к потолку передние.
— Но зачем?! — Лариус приподнялась на локте, озадаченно глядя на кушибанина. — Тебе раньше вполне хватало бластера и Силы…
— Слушай, добрым словом и большой пушкой можно добиться гораздо большего, чем просто добрым словом, как сказал один мудрый человек.
— Но не настолько же большой… Бус, как ты её держать будешь, не говоря уже, чтобы стрелять?
Бус лукаво подмигнул Лариус.
— Я верю в Шай. Репульсоры — лучшее изобретение со времён туалетной бумаги.
— Это может иметь смысл, — признала женщина. — Но держись подальше от ионных гранат, напарник… А то отдавит тебе самое драгоценное.
— В конце концов, ты сама говоришь, что впереди ждёт смерть, — в голосе Буса послышалась грусть.
— Вероятность, — поправила его наёмница. — Только вероятность, и мы не знаем, кого она может коснуться…
Лариус задумалась.
— Можешь принести мне мой мешочек? Хочу посмотреть ночью, что изменилось.
— Но может. Есть другая поговорка: надеясь на лучшее, готовься к худшему, — сказав так, Бус спрыгнул с койки и скрылся за дверью, чтобы вернуться через минуту с мешочком в лапах, — вот.
— Спасибо, — поблагодарила его Лариус, убирая под подушку драгоценный набор. — Хорошо, что с собой я его не взяла, мог пропасть… Ты не голоден?
— Нет. А вот тебе, наверное, не помешает подкрепиться, мне позвать кого-нибудь?
— Я не уверена, что смогу есть, — покачала головой женщина.
— Помочь? — участливо поинтересовался, заглядывая в дверь, Лес. — Начни с бульончика, например…
— Бульон, да. Отличная идея, — ответил Бус.
— Сейчас принесу, — подросток скрылся в коридоре.
— Хм, — Бус глянул на дверь, снова посмотрел на Лариус, — не помню его. Мы знакомы?
— Да, и он два рейса работал твоим чесальщиком, — усмехнулась Лариус. — Оспаривая эту честь у Шай. Мы подобрали его на станции, где обосновались пираты.
Бус снова хмыкнул.
— Хатт, так тяжело собирать себя по крупицам. Всё время смотрю вокруг и боюсь себя дураком выставить, сморозить глупость.
— А ты не бойся, — посоветовала женщина. — Тебя любят в экипаже. И понимают, что не от тебя зависит, что помнить, а что нет. Не нужно бояться. Ты никого не заденешь и не обидишь тем, что о чём-то забыл.
— Ага, мы ж такие, мы ж напомним… — в палату спиной вперёд заходил Лес, закатывая за собой тележку. — Лариус, бульон тебе, остальное мне… ну, и Бусу. Если захочет.
Несколько секунд наёмница созерцала уставленный судками поднос.
— Мальчик мой, а ты не лопнешь?
Бус с интересом оглядел содержимое тележки и почувствовал, как в животе заурчало.
— Ошибался я, похоже. Вся эта нервотрёпка… — кушибанин было примерился взять крупный красный плод неизвестной ему породы, но, секунду помедлив, подхватил плошку с бульоном и протянул подруге, — удержишь?
— Ещё и за добавкой сбегаю, — отозвался Лес, вгрызаясь в кусок пирога. Лариус только покачала головой, принимая у Буса бульон. От вида и запаха еды мутило, но горячий бульон неожиданно пошёл на отлично.
Бус ухватил другой кусок пирога и, принюхиваясь, расплылся в блаженной улыбки.
— Водоросли! И яйцо. Похоже, я и правда проголодался, — Бус откусил здоровенный кусок, не забывая посматривать на Лариус, у которой всё ещё подрагивали руки.
Женщина смотрела на них, прихлёбывая горячий напиток, молчала, думала. Чашку ей приходилось держать обеими руками, и когда бульон кончился, она почувствовала себя такой уставшей, будто пришлось напряженно работать целый день.
— Бус, — спросила она, вернув ему пустой сосуд и откидываясь на подушки, — ты там много видел? Там, где мы были.
Лес навострил уши.
— Малость. Камеры, где нас держали. Кухню и арсенал, — Бус нахмурился. — Будущее. Кажется, я смог предсказать наше освобождение. Хотя теперь я догадываюсь, что это было довольно очевидно…
— Рик, может, и не лучший капитан, — буркнул куда-то в чёлку подросток. — Но экипаж не бросит.
— Никаких… знакомых лиц? — уточнила наёмница, покосившись на него. — Никого из тех, кто мог нас подставить?
— Нет, увы. Думаю, они просто вылавливали чересчур везучих игроков, Лари.
— Значит, вероятность, что они где-то ещё затаились и ждут, существует, — женщина закрыла глаза. — И это придётся учитывать.
— Я не думаю, что нам грозит большая опасность, Лари, — рассудил Бус, — здесь, в санатории, уж точно. Равно как и там, на корабле, вдали от цивилизации. Тут нас защищают. Там мы вправе защищать себя как угодно. Уверен, Таша о нас позаботится, как и мы друг о друге.
— Таша? — Лариус открыла глаза. У Леса под чёлкой стихло чавканье.
— Пушка. Он дал имя пушке, — сделал вывод подросток. — Бус, что это за чудовище?
— Эй! — Бус оскалился, — ты только при ней так не говори. Она честная женщина, мы нашли друг друга с первого взгляда.
— При ней не скажу, — Лес смотрел на него, склонив набок голову. — Дурак я, что ли, под таким калибром шутить… Я имел в виду, марка какая?
— Тэ двадцать первая, бластеховское чудо, — кушибанин сощурился с подозрением, — а ты, значит, разбираешься?
— Разве что самую малость, — подросток тряхнул чёлкой и утащил с подноса яблоко. — Достаточно, чтобы не пытаться иметь дело с такими вещами по любую сторону от целика. Мне такое и не поднять… Ну, тебе-то проще, конечно.
Бус оглядел Леса с ног до головы, затем спрыгнул с койки и обошёл вокруг ног подростка, приглядываясь.
— Не думаю, что я сильнее тебя, дружище, — сказав так, Бус прыгнул на Леса всеми четырьмя лапами.
Подросток винтом скрутился вбок, скатываясь с койки и перекатом уходя в стойку. Под длинными волосами задорно блеснули сиреневые глаза.
— Разминка? — уточнил он. — Достало лежать…
— В общем, — сгруппировавшись и приземлившись на все четыре лапы по другую сторону койки, резюмировал кушибанин, — не выдумывай. У тебя на роду написано, что ты сильнее меня будешь, так что не прикалывайся. Я эту
