class="p1">А. Так вот оно что. Я вижу разделенные части когда-то одного отряда. «Черные Тигры» было написано на груди Манджаро. Хм, а что, такие тигры бывают?
Ладно, прикладная зоология — это потом.
— И какого черта вы собираетесь подняться на мой корабль? — задал я следующий логичный вопрос.
Полосатый с пятнистым переглянулись. Пятнистый смущенно произнес.
— Нас наняли для десантного сопровождения судов, на время операции на Войпеле, господин адмирал.
— Одновременно? — прищурился я.
— Да, господин адмирал, — кивнул пятнистый Килл.
— И кто же это вас нанял, таких прекрасных и непримиримых? — нахмурился я. — Одновременно? Кому прилетела в башку эта светлая идея?
Вот! Вот я сейчас похоже нащупал корень зла! Того, кому тут можно всыпать от всей широты моей утомленной души, кому прописать живительных собачьих вахт на все время похода!
— Э-э-э, — смущенно произнес Килл. — Вы.
— Чего, блин? — нахмурился я.
— Это были вы, адмирал, — подтвердил Манджаро.
— Вы подписали акты о найме обоих отрядов примерно шесть часов назад, — проворковала Октавия у меня внутри головы.
А блин. Да, вот теперь я что-то такое припоминаю, как раз между побегом Иоланты с планеты и прибытием первых практикантов, я действительно что-то такое не глядя подмахнул.
Так. Должностное расследование закончилось тем, что я почти сразу вышел на самого себя. Блин, неловко-то как получилось…
— Да чтоб вас всех, — только и мог сказать я в сердцах.
Глава 3
Наемники, практиканты и другие звери
Н-да, неловко вышло. Похоже, наказывать живительными собачьими вахтами придется самого себя.
А ведь я вспомнил, как подписывал решение об их найме. Там был собранный Октавией список доступных нам команд наемников. Эти показались мне умеренно стоящими, с более-менее чистой репутацией, с опытом, причем, в одних и тех же компаниях. И я решил, что они сработаются, раз уже действовали вместе. А потому нанял оба отряда. А оно вон как вышло. Мда. Спешка, вот всегда с нею так, нет возможности погрузиться в ключевые детали…
Распавшийся надвое некогда единый отряд, злейшие друг другу враги… Ну и чего мне с вами делать, красавцы такие?
— Так. Ладно, — буркнул я. — А ну убрали с морд эти ваши ухмылочки, а то отработаете контракт от звонка до звонка на гауптвахте. Так. «Черные тигры Манджаро»! Строиться! Вот тут. «Леопарды Килла»! Строиться! Вон там. Быстро! В два ряда, по росту. Отлично. Вот так и стойте. Сейчас я решу вашу судьбу.
Лицо у меня при этом было настолько серьёзное и недовольное, что можно было подумать, что я сейчас проведу децимацию. Народ от моего обещания «решить судьбу» реально сбледнул, но повиновался и построились, как было приказано. Значит, чтят принципы военной иерархии и единоначалия. Или чётко понимают, откуда деньги на зарплатный счет капают, что, в принципе, дает примерно такой же эффект.
Пока они старались, я немного остыл.
Так то, со второго взгляда народишко вроде и неплохой. Мы таких в учебном корпусе называли «личинка десантника». Доспехи правильной и полной комплектации, бластеры единообразные, мечи только их эти закруглённые… Это что-то новое.
— Ну-ка, покажь, — бросил я Манджаро.
Тот передал меч мне. Где-то я такое уже видел…
— Это, что? — спросил я поднимая меч перед собой.
— Это герберская абордажная штыковая лопата, — гордо отозвался Манджаро. — Самый модный девайс для ближки в этом сезоне.
— Да ты что… — удивился я.
Переглянулся с Вовой и молча вернул меч владельцу. Кто-то здорово нагрел бедолаг. Да ничего же общего со священным овеянным множеством эпических легенд историческим оригиналом!
Но что-то они затронули в моей душе этим своим неискушенным энтузиазмом. Блин, реально проактивные балбесы на марше. Этак они далеко забредут, прежде чем спохватятся, а у нас в лесу волки зубастые…
В принципе, поднять их из грязи, отряхнуть, привести в порядок. Перекрасить в более ортодоксальный камуфляжный узор. И можно уже применять к делу. Понемногу. Не спеша. Издалека. Только вражда эта их…
Ладно, это не задача, на самом деле. Так, задачишка…
— Октавия, слушай мой приказ, — прорычал я. — Разделим их. Значит, эти пятнистые — на «Инженера Кобылкина». А полосатые — на «Песца». Выполнять. А я на досуге соображу, как с ними управляться.
— Будет сделано, господин адмирал, — отозвалась Октавия.
Под её чутким руководством построенные мной наемники, повеселев, безропотно развернулись и маршевым шагом отправились в разные стороны. Один отряд налево, другой направо, к назначенным им кораблям на разных концах причальной палубы.
— Вот так-то лучше будет, — пробурчал я. — Собрались, понимаешь, приколисты на мою голову. Каждую потраченную на них имперку отработают, уж я за этим прослежу…
До отлета осталось всего часов шесть.
Два корвета Олдриных, оторванных от собственного сердца Матвеем Вторым Вильямовичем, неброско вышли на орбиту ожидания над лифтом и скромно доложили о полной готовности. Я познакомился с командирами, добавил в голосовые чаты капитанов, обменялся с ними кодовыми шифровальными наборами и схемой сбора в походный ордер и порядком движения эскадры. Ждем ещё дюжину кораблей Ганзоригов, выделенных на это коллективное мероприятие от щедрот могучего рода. Вместе с ними почти три десятка кораблей соберется под моим управлением. Давно я таких сил не водил в поход. Аж не терпится уже. Скорее бы!
И оставалось ещё одно неотложное дело. Заброс к Войпелю наших разведывательных спутников. Совсем небольших, формой и размером с кубик Рубика. Но было их много. Октавия приготовила для меня длинный стол на технической палубе, где они были разложены как детские кубики — стопки спутников по двадцать семь штук. Пятьдесят стопок. Пятьдесят посильных для меня гипербросков. Почти полторы тысячи штук.
Я на этом деле точно новый уровень возьму, я — не я буду.
Немного помедитировал перед началом, размялся, хрустнул суставами пальцев и приступил…
И где-то на десятом броске понял, что слишком много на себя взял. И сознание поплыло, и сила полностью иссякла. Не тяну по энергетике я такую интенсивную серию, даже с такими небольшими партиями. Ну и, конечно, никто не собирался дать мне спокойно сосредоточиться, открыться вселенной.
Ага, щаз. Только откроешься этой вселенной — как туда тут же что-то накидают снаружи.
— С вами пытаются поговорить родители некоторых ваших студентов, господин адмирал, — доложила Октавия, единственная имевшаяся в такой момент право отвлекать меня.
— Игнорируй! — рявкнул я.
— Будет сделано! — бодро
