глыб, выше, чем у встречавшихся посёлков и городков, и увенчаны через каждые двадцать метров ступеньчатыми башенками алого цвета. Эти башенки имели узкие бойницы и серебристые выступы в форме круглых пушечных стволов. Впоследствии оказалось, что пушечные стволы и в самом деле представляют собой особые разрядники, стреляющие шаровыми молниями. В отличие от Дебрянской общины, да и её соседей, равнинная Гея-империя сумела быстро оценить свои возможности и создала не только мощную термоядерную индустрию, но и научилась пользоваться электрическими полями, имевшими на Великой Равнине свою специфику.
Отряд встречали.
Стоило байкерам приблизиться к мостику через ров, ворота в стене крепости раздвинулись, и оттуда выехали на мотоциклах два десятка женщин, выстроились по обе стороны дороги перед мостиком.
Над воротами красовался щит с гербом: усечённая пирамида и отделённая от неё верхушка с выпуклым глазом.
Истома притормозила, но не остановилась.
Отряд проследовал через мост, проехал ворота. Улица за воротами была широкая, мощённая шестиугольными плитами из блестящего жёлтого материала.
– Неужели золото? – не поверил Пилип.
– Вряд ли, – усомнился Димитр.
Проехали мимо одинаковых прямоугольных зданий без окон и дверей, живо напомнивших дружинникам хозяйственные амбары. Показалась площадь в окружении двухэтажных пирамидальных домиков, сложенных по ощущению из кубиков зеркального стекла.
В центре площади высилась ребристая пирамида с зеленоватыми выступами и рядом – тонкая бело-красная труба с антеннами системы контроля. Истома сделала знак, и её спутницы развернулись в линию.
Из ближайшего зеркального дома-пирамиды вышел широкоплечий загорелый мужчина в коричневом, с блестящими чёрными вставками, комбинезоне, и у Ясена ёкнуло сердце. Он легко узнал Горана Милича. Не надо было даже спрашивать, кто этот человек с твёрдым лицом и умными карими глазами, излучающими интерес и лёгкую усмешку.
Ясен слез с мотоцикла, выпрямился. Его спутники сгрудились у него за спиной.
В голове прозвенели серебряные колокольчики, повеяло мятным ветерком, в глазах родилось призрачное видение: пляшущие языки огня, но не жгучие, а бодрящие, приятные, белое облачко, тающее лицо деда Ставра, чья-то добрая улыбка и проявившиеся в небе звёзды.
Ясен понял, что Горан передал ему мысленный вызов или менто, как выразилась недавно Истома.
Он ответил: запах трав, лесная прохлада, текущая река и тающее лицо отца, шагнул вперёд.
– Ну, здравствуй, сын Предтечи, – улыбнулся Горан Милич, протягивая крепкую руку. – Рад тебя видеть!
Ясен сдержал поднявшееся волнение и протянул свою ладонь.
Иная жизнь
Они проговорили больше двух часов: Горан Милич, Истома и Ясен. Остальные дружинники в это время ужинали в отведённой им комнате внутри городской Управы.
На оружие дебрян – мечи и луки – косились, но требовать разоружиться не стали. Горан увидел карабин Ясена, притороченный к седельной суме, поднял брови с любопытством, и Истома заметила:
– У них ещё и термоб имеется.
– Откуда? – улыбнулся Милич-старший.
– Нашли на Зем-Горе, – сказал Ясен с заминкой.
Горан перевёл взгляд на дочь.
– Понимаешь, что это такое?
– Понимаю, – кивнула девушка.
– Если земные «Драконы» стали пригодны к употреблению, значит, и наши тоже. А поскольку у нас их нет, то кто-то прячет от нас информацию.
– Скажу мамми, она найдёт концы.
– Пошли ужинать.
Ясена усадили за стол, и ему пришлось прятать свои переживания, так как здесь царили свои обычаи и порядки, и трапеза мало походила на дебрянское застолье. А до этого пришлось выдержать атаку двух десятков разноцветных глаз, поскольку посмотреть на гостей собрались все здешние официальные лица, в основном женщины, в открытую разглядывавшие и обсуждавшие достоинства послов Дебрянской общины.
Сначала пили соки из прозрачных бутылок с этикетками, на которых были нарисованы разные фрукты и ягоды, в том числе неизвестные Ясену. Он попробовал два – из папайи и клюквы, но понял, что это сплошная химия на базе экстрактов, и больше пить не стал.
Первое и второе подавали в закрытых блестящих сосудах под названием «термопластеты». В первом Ясену предложили суп из картофеля с добавлением специй и волокнистых розовых комочков, которые оказались заменителями мяса. Не сказать, что совсем уж не вкусно, однако не идёт ни в какое сравнение с натуральными супами дебрян.
На второе Ясен ел многослойный бутерброд под названием «бигкомби». Откусив пару раз, он уловил ингредиенты, несовместимые с нормальной работой желудка, и отложил угощение.
– Не понравилось? – заметил его колебания Горан.
Ясен смешался, не решаясь говорить правду.
– Я сыт.
– Привык к своей пище, – кивнул геянин. – Это правильно. К сожалению, все мы вынуждены питаться тем, что предоставляет нам пищевая промышленность, а это по большому счёту искусственная синтезированная пища. Придётся привыкать. Если только ты не захочешь вернуться обратно через пару дней.
Ясен отрицательно мотнул головой.
– Отец сказал, что я должен открыть у вас посольство.
– Это мы сделаем. Что сказал Влад тебе лично?
Ясен посмотрел на Истому, проявившую хороший аппетит.
– Я бы не хотел…
– Моя дочь – моё продолжение, – улыбнулся Горан. – Можешь говорить при ней всё.
– Нужно оценить поведение бывших Игроков.
– Это понятно, мы здесь тоже занимаемся данной проблемой. Какое напутствие он дал тебе помимо задач навести
