Глава 2. Глубина Специалиста по оборонным системам Сети звали Тао. Женщина, лет пятидесяти, короткие седые волосы, руки в старых ожогах от химических реагентов. Глаза – светлые, неподвижные, как у человека, привыкшего долго смотреть на одну точку. Она говорила мало и точно.
– Я работала на Спайку двенадцать лет, – сказала она, когда Юна попросила её описать свой опыт. – Отдел изучения технологий Сети. Специализация – системы безопасности и контроля. Я видела четырнадцать типов оборонных автоматов в действии. Деактивировала девять из них.
– А остальные пять?
– Остальные пять деактивировались сами. Или оказались муляжами. Сеть иногда ставила муляжи. Устрашение дешевле настоящего оружия.
– Тип автоматов в Остове-14?
– По описанию Вессо – класс «стражи». Мобильные платформы, размер от полуметра до двух метров, направленное энергетическое оружие, автономное питание. Распространённый тип. Я работала с такими четырежды.
– И?
– Они действуют по простому алгоритму: зона патрулирования, обнаружение вторжения, предупреждение, поражение. Ключевое слово – предупреждение. Стражи Сети всегда предупреждают. Сигнал – обычно ультразвуковой или световой. Если объект отступает после предупреждения, атака отменяется.
– Вессо потерял двух людей. Предупреждение не помогло?
Тао посмотрела на карту.
– Вессо описывает столкновение кратко. Его люди вошли в зону патрулирования, получили предупреждение – световую вспышку. Один из них отступил. Двое других продолжили движение. Стражи атаковали.
– Они проигнорировали предупреждение?
– Или не поняли его. Вессо работал с людьми, а старатели на Ржавом Пределе – народ упрямый. Световая вспышка от непонятной машины – кто-то замрёт, кто-то побежит вперёд.
Юна кивнула. Она видела такое. Старательство привлекало два типа людей: осторожных и отчаянных. Осторожные возвращались с малой добычей. Отчаянные – с большой или никогда.
– Ваш план?
Тао развернула свой планшет поверх карты Вессо.
– У стражей есть командный канал. Частота, на которой они получают инструкции от центральной системы. Во времена Сети через этот канал оператор мог изменить зону патрулирования, деактивировать стража, дать команду «свой». Канал – стандартный для всех стражей этого класса. Я знаю частоту и протокол.
– Вы можете им приказать остановиться?
– Приказать – вряд ли. Командный канал может быть зашифрован, и ключа у меня точно нет. Но я могу транслировать сигнал «своего» – универсальный маркер, который стражи распознают как допуск. Если он сработает, стражи нас проигнорируют.
– «Если».
– Вероятность – семьдесят-восемьдесят процентов. Маркер стандартный, я использовала его раньше. Оставшиеся двадцать процентов – вариант, что стражи Остова-14 перенастроены на индивидуальный маркер. Тогда мой сигнал они проигнорируют, и мы окажемся в зоне патрулирования без защиты.
– И тогда?
– Тогда отступаем. Быстро. Стражи всегда дают предупреждение. Одно.
Юна посмотрела на Норина. Тот молчал, наблюдая за разговором с выражением человека, который уже принял решение и ждёт, когда остальные догонят.
– Третий член вашей команды? – спросила Юна.
– Я сам, – сказал Норин. – Логистика, координация, переговоры. Моя роль – обеспечить извлечение и транспортировку Конструктора после того, как Тао расчистит путь.
– У вас есть старательский опыт?
– Нет. У меня есть деньги, карта и Тао. Старательский опыт – ваша часть контракта.
Честный ответ. Юна оценила.
Перелёт до Каррака – три прыжка через коридоры и четыре дня субсветового хода от последнего выхода до Остова-14. «Игла» вмещала шестерых тесно: четыре каюты на двоих, общий отсек для еды и работы, рубка, грузовой трюм. Юна и Гедо – по привычке – делили каюту. Марк – с Норином. Тао заняла четвёртую одна: Норин уступил без споров, а Тао приняла как должное.
Четыре дня субсветового хода – много времени для шести человек в тесном пространстве. Юна использовала их для подготовки.
Карта Вессо описывала маршрут в деталях. От обшивки – через пролом, который старатели прошлых экспедиций расширили резаками. Дальше – коридоры верфи, масштаб которых подавлял воображение. Остов-14 строился для производства кораблей – больших кораблей, километровых. Внутренние пространства соответствовали: проходы шириной в двадцать метров, залы, в которых терялось эхо, шахты, уходящие в темноту на километры.
Верхние ярусы – до глубины десяти километров – были обобраны. Старатели за сто лет вынесли всё, что можно было снять, отвинтить, отрезать и погрузить на корабль. Пустые каркасы, голые стены, обрезки кабелей. Мёртвый скелет.
Глубже – интереснее. На отметке двадцать километров карта Вессо показывала секции, где оборудование сохранилось. Станки, ёмкости, механизмы – назначение большинства неясно, но сам факт их наличия означал, что сюда добирались немногие. На отметке тридцать – герметичные переборки, часть из которых Вессо пришлось вскрывать.
На отметке тридцать восемь – первое упоминание стражей. Вессо зафиксировал следы патрулирования: царапины на полу от механических конечностей, характерные прожоги на стенах от тестовых выстрелов. Стражи проверяли своё оружие. Регулярно. Шестьсот лет.
На отметке сорок – визуальный контакт. Вессо наблюдал стража с расстояния четыреста метров. Описание: платформа на четырёх ногах, корпус цилиндрический, высота полтора метра, на верхней части – поворотная турель. Движения плавные, точные. Машина в идеальном состоянии.
На отметке сорок два – зона поражения. Два трупа. Отступление.
Юна перечитывала карту каждый вечер, запоминая повороты, расстояния, ориентиры. Гедо делал то же самое – молча, сидя на койке, шевеля губами.
– Чего ты боишься больше всего? – спросила его Юна на третий вечер.
– Что карта неточная, – сказал Гедо. – Что за пять лет что-то изменилось. Переборка, которая была открыта, теперь закрыта. Проход, который был свободен, теперь завален. Маршрут рассчитан, но маршрут – это план, а Остов-14 – это реальность.
– А автоматы?
– Автоматы – понятная проблема. Они стреляют – ты бежишь. Просто. Меня пугает другое.
– Что?
– Вессо написал, что стражи патрулируют зону двух километров вокруг охраняемого объекта. Двух километров. Конструктор – тридцать метров. Зачем охранять тридцатиметровую машину двухкилометровым периметром?
Юна не ответила. Она думала об этом тоже.
Глава 3. Остов-14
Остов-14 появился на экранах за сутки до подлёта – тусклое пятно на орбите газового гиганта, еле различимое на фоне его полос и штормов. По мере приближения пятно обретало форму, и форма эта внушала тихий ужас.
Верфь была колоссальной. Двести километров – цифра, которую легко произнести и невозможно представить. Это расстояние от поверхности Земли до нижнего края космоса. Остов-14 висел в пространстве как мёртвый город, как горный хребет, обточенный и выпотрошенный. Геометрия его была сложной – переплетение балок, плоскостей, цилиндров, куполов, соединённых в структуру, которая когда-то имела логику, а теперь производила впечатление
