Девчонка с криком упала на землю. Егорка в ужасе остановился, но в следующий миг рука Влады схватила мальчишку за шиворот и поволокла его в лес. За спиной не умолкали крики преследователей. Они тоже заметили, что одна из девушек еле как ползёт по земле.
«Наслаждайся!» – процедила Навь сквозь сжатые зубы и скрылась в лесу. Егорка как мог упирался, но Волчица силой волокла его через чащобу. Внезапно навстречу к ним выскочил запыхавшийся охотник:
«Где Вера?!»
Влада ничего не сказала, но Егорка заголосил, тыкая рукой обратно к дороге:
«Она упала! Верочка упала, вон там!»
Не теряя времени, подземник бросился к рельсам. Но не успел он выбежать из лесных зарослей, как кто-то тихонько окликнул его. Обернувшись, Серко увидел раненую крестианку. Вера отползла от дороги и спряталась в полуголом кустарнике. Пробираясь к ней, он различил голоса преследователей. Вера испуганно открыла рот, но Серко вовремя зажал ей губы ладонью – и так ясно, что надо сидеть тихо и не шевелиться.
– Где она? – раздался мужской голос и ему сразу ответил второй человек:
– Вон сколько крови налило! В лес уползла – это точно. Я видел, как она ногу за собой волочила. Идём за ней, возьмем ещё тёпленькую!
– Стой, не видел, что ли, кто по нам вжарил? Навьи волколаки это, Богом клянусь!
– По что взял?
– Доводилось их раньше видеть. Эти твари нас в лесу как скот перережут, лучше дальше пойдём, как хотели.
– Так их же двое всего, а нас вона сколько! С двумя нечистыми как-нибудь справимся.
– Ты не с одним не встречался, а я видел, как они бойню на перевале устроили. Не ползи за Навью в лес. Могли их подстрелить, а теперь сила за ними. И так троих потеряли, зайдем в чащобу – так вовсе сгинем.
Люди умолкли – раздумывали, наверно, идти им в лес или нет, а сердце Серко колотилось.
– Леший с тобой, сделаем, как раньше хотели… Поворачивай обратно, ребята!
Послышался лязг оружия и недовольное ворчание десятка голосов, но вскоре всё стихло. Враги убрались, и Серко с облегчением вздохнул.
– Подстрелили? – спросил он у Веры и попытался разжать ей ладонь на бедре, но крестианка не далась и только крепче закрыла рану:
– Не надо, я сама о себе позабочусь! Не трогай меня!
– Я же помочь хочу! – удивился Серко. Сбросив вещмешок, он достал лоскуты для перевязки.
– Нет! Уходи, не надо никакой помощи! – замотала головой надземница. Охотник не стал её слушать. Он силой разжал пальцы Веры и тогда увидел глубокий порез от ножа.
*************
Остальные ждали Серко в глубине чащи. Прислонившись к мокрой сосне, Влада чутко следила за лесным сумраком. Она подмечала каждое колыхание ветки, каждую тень у границ Навьего зрения, и узнала о том, что Серко возвращается, задолго до появления брата. И слух подсказал Владе, что назад он идёт не один... Волчица аккуратно поставила заряженную винтовку возле корней, проверила ножны с клинками и приготовилась. Через минуту к роще, где прятались крестианцы, вышел охотник. Опираясь на его плечо, рядом хромала Вера. Кровавые лоскуты на бедре насквозь промокли, при каждом шаге девчонка болезненно морщилась, но она выжила и её не забрали бандиты.
«Вера!» – встревожился Михаил. Позабыв о своём горе, брат бросился на помощь сестре. Егорка тоже подбежал, вцепился в куртку Веры и заплакал. Серко не стал смотреть на расстроенную семью и немедленно ринулся к Владе:
– Зачем режешь?!
– Ты был с ней.
Кулаки Серко сжались, он злобно прищурился:
– Тебе что за дело?!
– Променяешь меня на чужую? Решил о долге забыть ради податливой суки? Я ведь вижу, как ты млеешь от её поганых речей! Ты роду нашему – не защитник, самого себя защитить уж не умеешь! Если бы просто прижал её в кустах, да насытился – я бы может ещё и стерпела, но не ты её мучаешь, а она тебя! Внутри девки яд – через уста её, лживые, льётся, а ты рад-радёшенек эту отраву глотать, да ещё добавки попросишь! Гниёшь ты, Серко, изнутри гниёшь!
– Заткнись! – прорычал охотник сквозь зубы. Видя, что он с трудом сдерживается, Влада не остановилась:
– Подивись на себя, кем ты стал?! Лживой верой морочеешься, предал каждого Бога, кто за тебя заступался! Предал всех нас – уклад, предков и то, что есть мы!
– И что же ты есть? – с яростью наступил брат.
– Я Навь! – рявкнула Влада, отталкивая его руками. – Я часть рода и сама целый род! Я родилась в вечной Зиме, с душою дикого Зверя, я всегда хочу кровавой свободы! Я буду стрелять, пока не выйдут патроны, я буду резать, пока не затупится нож! А когда ничего не останется, я начну рвать зубами! И не отступлюсь, пока не насыщусь, не брошу охоты, пока зверь внутри меня голоден! – словно змея в ложе спящего, Влада в предвкушении зашипела. – Я убью их, Серко, – твоих крестианцев! Хочу, чтобы их кровь потекла в мою глотку. И Он тоже этого хочет!
Серко ударил первым – как и ждала того Влада. Брат целил по больным рёбрам, но кулак прошёл мимо. Ответив резким ударом по шее, Навь заставила его зарычать. Серко устоял на ногах и по-медвежьи широко размахнулся, но Влада двигалась
