– Мы заплатим, – я достал из инвентаря кошелек с золотом. – Сотни хватит?
– Хватит, – просиял бизнесмен. – Если надумаете еще кого-нибудь пристрелить, можете сразу идти ко мне. Мои стены всегда к вашим услугам.
– Будем иметь в виду, – пообещал я. – Добавить за работу уборщика?
– Уборщика? – недоуменно сказал он, а потом догадался посмотреть чуть ниже испорченной стены. Аккурат на мертвого эльфа. – Нет, с этим пусть муниципальные службы разбираются. Зря я им налоги плачу, что ли?
Он ушел, а мы остались ждать стражников.
Стражи правопорядка объявились только минут через пятнадцать, мы бы уже успели добежать до канадской границы , если бы у нас было такое желание.
– Итак, что мы тут имеем?
– Самооборона, – заявил я. – Этот эльф…
– Я сам вижу, что эльф, – сказал стражник. – Но мне стало известно из достоверных источников, что здесь имело место применение магического артефакта общественно опасным способом. Я не собираюсь оспаривать ваше право на самооборону, но ведь могли пострадать и невинные люди.
– Мы глубоко и искренне раскаиваемся, – сказал я. – И готовы оплатить штраф на месте.
– На месте? – уточнил стражник.
– Именно так. Сколько?
Он закатил глаза и принялся шевелить губами, подсчитывая.
– Пятьдесят золотых, – объявил он ценник.
– Здесь сто, – сказал я, вручая ему очередной кошелек. Как же удобно быть платежеспособным. – Добавьте штраф за то, что мы тут намусорили.
– Приятно иметь дело со столь ответственными гражданами, – сказал стражник, убирая деньги в инвентарь. – Для протокола,что здесь произошло?
– Мы с моим другом прогуливались, а этот эльф попытался на нас напасть, – сказал я, не вдаваясь в подробности. Версия не самая правдоподобная, но мы – чужаки, которые только что отвалили ему небольшое состояние, и пристрелили мы другого чужака, который вообще эльф, а от них, как известно, можно ожидать всякого, и ничего хорошего в этом списке всякого нет.
– Он как-то мотивировал свою агрессию? – поинтересовался стражник.
– Нет. Просто неадекват какой-то.
– Известное дело, – согласился стражник. Похоже, сто золотых все же сделали свое дело. – Ладно, мы пришлем мусорщиков, которые тут приберут. На случай, если у нас возникнут дополнительные вопросы… Вы в этой гостинице остановились?
– Да, – сказал я. – Но обстоятельства складываются таким образом, что нам в ближайшее время потребуется покинуть ваш гостеприимный город.
– Так это вообще лучше всего, – заявил стражник. – Не смею вас больше задерживать.
Интермедия. Борден.
Гарри Убивает Все, Что Шевелится, А То, Что Не Шевелится, Шевелит И Все Равно Убивает Борден застрял там надолго.
Половину первой своей ночи в отеле он помогал отбиваться от зомби, а остаток ночи и все утро, часов до двенадцати, он помогал стаскивать мертвые тела в кучу и закидывать их в подогнанные администрацией города грузовики.
Это было нудное и утомительное занятие.
Гарри нравились нудные и утомительные занятия. В такие моменты он позволял телу на автомате отрабатывать необходимые движения, а мозг его занимался анализом текущей ситуации и строил планы на будущее и рисовал перспективы.
Перспективы вырисовывались печальные.
В мире случился очередной бардак, и, судя по его масштабам, разгребать последствия придется очень долго.
Если их вообще можно разгрести в принципе.
Также Гарри открылось два неприятных обстоятельства.
Во-первых, зомби было очень много, и не все они были… свежими. Некоторые выглядели так, словно из закопали в землю пару месяцев, а то и лет назад, а некоторые и вовсе больше напоминали оживленных темной враждебной магией скелетов, и это не вписывалось в рациональную картину мира. Если сообщения от Системы, которые, как он уже убедился, приходили не к нему одному, еще можно было списать на массовое помешательство, а наличие зомбированных людей объяснить каким-то новым заболеванием, вроде старого доброго коронавируса, только с зомби-эффектом, то прямоходящие скелеты рушили эту стройную схему напрочь. Не придумали еще такого вируса, который смог бы поднять из земли уже умерших людей и внушить им неутолимую жажду крови.
Во-вторых, после смерти из каждого второго зомби вываливались шкатулки с лутом, причем из несвежих зомби они падали чаще. Это обстоятельство втаптывало рациональную картину мира в придорожную пыль, но вызывало тревогу другое.
Скорее всего, шкатулки вываливались из зомби с самого начала, но заметил это Гарри только сейчас. Подобное было для него нехарактерно. В сфере его профессиональной деятельности невнимательные люди надолго не задерживались. Везучих с позором переводили на кабинетную работу, невезучих без особых церемоний закапывали в безымянных могилах.
Раньше за Борденом такой невнимательности не водилось.
Он проанализировал свои действия с самого начала, с того самого злополучного всплытия, после которого ему пришлось загарпунить лодочника, и убедился, что не был максимально эффективен. Колебался и разговаривал, вместо того, чтобы сразу стрелять.
Это было некритично, но на него непохоже. Что это? Почему? Размяк на отдыхе? Стал сентиментальнее с возрастом? Просто усталость накопилась?
Пока у него не было ответа на этот вопрос, он не мог быть уверен, что и сейчас делает все правильно.
Он собрал лута, сколько смог унести.
Когда они закончили с телами, был уже полдень, солнце палило нещадно, он устал, вспотел и не толком спал уже больше суток. Пообещав портье, что если вдруг что, то он сразу, несмотря ни на какие обстоятельства, Гарри вернулся к себе в номер, принял душ и завалился в кровать.
На этот раз его никто не беспокоил.
Он проснулся в четыре, оделся, спустился в холл и сделал то, что, по идее, должен был сделать в первую очередь. Но тогда это ему почему-то в голову не пришло.
Гарри добрался до стационарного телефона и позвонил местному резиденту.
Поскольку канал был незащищенный, а старые протоколы еще никто не отменял, они полторы минуты обменивались кодовыми фразами, состоящими из бессмысленных наборов цифр и ряда хаотически подобранных слов.
— Господи, как же я рад хоть кого-то слышать, – выдохнул резидент.
– Погоди-ка, — сказал Гарри. – А слон после три-восемь-шесть-двадцать-двенадцать точно зеленый?
— Пятьдесят семь, — сказал резидент. — Гарри, это ты, что ли?
– Привет, Том, — сказал Гарри. Ему не то, чтобы стало намного легче, но слышать знакомый голос было приятно. Тем более, что с Томом они когда-то приятельствовали на уровне совместных походов в паб. – Как обстановка?
— Тут какой-то ад и Фолклендские острова, – отозвался Том. — А у тебя?
– Та же ерунда, — сказал Гарри.
– А ты, кстати говоря, где?
Гарри сказал.
— Так это же недалеко, – сказал Том. -- На соседнем, буквально, острове. Точнее, через один.
– У тебя есть какой-нибудь транспорт? – поинтересовался Гарри.
– Скутер и водный мотоцикл. А у тебя?
– Я вообще тут в отпуске, – сказал Гарри. – Был.
– Хорошо отдохнул?
– Чудесно, – сказал Гарри. – Ты до меня добраться сможешь или мне за тобой?
– Лучше ты за мной, – сказал Том после некоторого размышления. – Я отпустил катер за день до того, как это все началось.
– Я, конечно, знал, что ты не полевой агент, – вздохнул Гарри. – Но хоть какие-то основы боевой подготовки вам должны же были преподавать.
– Не в этом дело, – сказал Том. – Я тут пока остаюсь на связи.
– Еще кто-нибудь вспыл?
– Нет, – сказал Том. – Заходил один из моих агентов, но с гастрономическими целями исключительно. Он тут по соседству рыбачил.
– Я смотрю, ты все же удачно отбился.
– Порубил его на фарш, – сказал Том. – Я же теперь паладин.
Гарри немного помолчал, осмысливая новую информацию. Добродушный веселый толстяк, которого Гарри помнил по пьянкам в Метрополии, в известный Бордену образ паладина никак не вписывался. Хотя ничего удивительного тут нет.
