встряхнула рукой.
– Перед тем, как умереть, – сказал Арнольд с печалью в голосе. И было не ясно, о чем он сожалеет больше: о потере одной из своих лучших сотрудниц, о потере коллекционного виски или о потере собственной репутации.
– Что за виски такой ядрёный? – пробормотала Акулина.
– Отличный виски! Односолодовый, островной, – сказала Мириам. – У меня к нему не было никаких претензий.
– У тебя, возможно, и не было, а вот Анжела от него померла. – Акулина снизу вверх посмотрела на Мириам, потом перевела взгляд на Алекса. – Уваров, это то, что я думаю?
– А о чем ты думаешь, детка? – спросила Мириам, подходя поближе и вглядываясь в синюшное, искажённое мукой лицо горничной.
– Я думаю, что виски был отравлен, – сказала Акулина.
– Этого не может быть. – Мириам покачала головой. – Я пила его этим утром. Как видишь, я в полном порядке.
– Может быть, это ничего не значит! Может быть, у тебя вообще иммунитет? – Акулина не собиралась сдаваться, вероятно, уже придумывала сценарий для очередного подкаста.
– Иммунитет к виски? – Мириам приподняла бровь.
– Иммунитет к ядам! Может ты как Борджиа!
– Борджиа был отравителем, он не принимал яд с профилактической целью, – сказала Мириам задумчиво.
– А кто принимал?
– Если мне не изменяет память, Распутин пил мышьяк. Акулина! – Она иронично усмехнулась, – ты хочешь обвинить меня в том, что я отравила нашу горничную? А за что?
– Мало ли за что! Может быть, за то, что она подворовывала твой вискарь! – Сдаваться Акулина не собиралась. Как и вычеркивать Мириам из списка подозреваемых.
– Ну и пусть бы подворовывала. – Мириам пожала плечами. – Конечно, мне не нравится, что она пила прямо из горлышка. Это негигиенично. Но зачем же за такое убивать?
– Я бы её уволил, – отчеканил Арнольд. – Если бы я только знал…
– Кто-то разобрался с ней за тебя, – буркнула Акулина.
– Или не с ней. – Алекс встал, протянул руку Акулине, помогая подняться на ноги, и только потом посмотрел на Мириам.
– И ты, Брут? – сказала Мириам с мягким укором. – Алекс, ты тоже думаешь, что я решила отравить бедняжку за пару глотков виски?
– Я думаю, что кто-то хотел отравить вас, а несчастная стала случайной жертвой.
– Меня?! – Мириам улыбнулась чуть растерянно. – Александр, побойтесь бога! Кому нужно меня травить?!
– А кому было нужно убивать Элену?! – Все-таки в остроте ума Акулине не откажешь.
Ответом ей стала тишина. Каждый из присутствующих прекрасно представлял, кому могла быть выгодна смерь одного из наследников Луки. Всем она была выгодна!
– Надеюсь, у этого убийства был исключительно финансовый мотив, – пробормотала Мириам, оглядываясь по сторонам. Алекс как-то сразу понял, что она прикидывает, чем бы запить своё разочарование в людях. – Не хотелось бы думать, что в Логове кто-то ненавидит меня с такой силой, что готов отправить на тот свет. Или нацелились не на меня? – Она вперила взгляд в Алекса, словно в нём одном признавала право на ведение этого расследования.
– А на кого ещё, Мириам?! – раздраженно фыркнула Акулина. – Кто ещё в доме прикладывается с такой регулярностью к коллекционному вискарю?!
– Не знаю. – Мириам легкомысленно повела плечом. – Я не отслеживаю пороки других обитателей Логова. Мне вполне хватает собственных.
– Но вы пили этот виски сегодня утром? – Алекс решил перевести разговор в более перспективное русло.
– Пила. – Мириам кивнула. – Прямо в этой гостиной пила.
– И кто-то это видел?
Мириам посмотрела на него с недоумением, а потом сказала:
– У меня нет привычки скрываться. Утром в музыкальную гостиную заходили многие.
– Перечислите, пожалуйста, – попросил он, думая, что вместо того, чтобы устраивать самодеятельность, нужно как можно быстрее вызывать полицию.
Наверное, Арнольд думал о том же, потому что понимающе кивнул, поманил за собой пребывающую в прострации горничную и вышел из комнаты.
– Мальчики, – начала Мириам. – Сначала мимо прошёл Тихон. Не уверена, что он меня видел, но наверняка слышал. В этом доме никто, кроме меня, не играет на фортепиано. Потом в гостиную заглянули Демьян и Гера, пожелали мне доброго утра и отправились по своим делам. Арнольд, кстати, тоже заглядывал, справлялся, не желаю ли я прикрыть дверь, чтобы не мешать своим музицированием остальным обитателям Логова.
– Арнольд, как жена Цезаря, вне подозрения! – сказала Акулина и тут же добавила: – Кстати, я тебя тоже видела этим утром. На бутылку, правда, не обратила внимания. Ты же у нас все время то с бутылкой, то с бокалом.
– Я тоже тебя люблю, детка, – сказала Мириам, улыбаясь вполне искренне.
– Кто ещё? – продолжил Алекс допрос.
– Я точно знаю, кого не видела. Тебя и Клаву.
– Я был в больнице с дедом.
– Кстати, как там Андрей Сергеевич?
В голосе Мириам не было ни интереса, ни сочувствия. Зачем спросила? Чтобы выбить из седла?
– Спасибо, держится.
– Он крепкий мужчина. – Мириам покивала каким-то своим мыслям.
– А эта девица? Наша новая бедная родственница? – Акулина поморщилась. – Её ты видела?
– Её видела. – Прекрасное лицо Мириам потемнело. Она вытащила из складок своего шёлкового платья портсигар и золотую зажигалку, закурила. – И даже разговаривала. – Мириам помахала рукой, отгоняя от лица табачный дым. – И даже… – В её голосе послышалось что-то новое, уже не легкомысленное и не ироничное.
– Что? – в один голос спросили Алекс и Акулина.
– Я предложила ей виски.
– Этой бедной родственнице?! – Кажется, Акулина не верила своим ушам.
– Ну, коль уж так вышло! – Мириам пожала плечами. – Девочка должна привыкать к хорошим вещам и хорошим напиткам, а не к тому отвратительному пойлу, которым травится нынешняя молодежь.
– И она выпила? – спросил Алекс.
– Сделала пару глотков. – Мириам посмотрела на него сквозь облако дыма. – Хочешь сказать, что бедняжка тоже могла стать жертвой нашего загадочного отравителя?
У Алекса пока не было никаких предположений, но кое-что его всё-таки насторожило. Ю весь день нездоровилось. Причина этого её состояния могла быть какой угодно, но чем чёрт не шутит?
– Уваров! – Акулина подошла к нему вплотную, едва не споткнувшись о тело мёртвой горничной. – Ты думаешь, что кто-то хотел отравить не Мириам, а эту убогую?
Он ничего не ответил. Впрочем, Акулина и не нуждалась в его ответе.
– Бред! – сказала она уверенно. – Вискарь не могли отравить утром.
– Почему ты так думаешь? – спросила Мириам с интересом.
– Потому что и ты, и эта… девица до сих пор живы. Нет! – Акулина тряхнула головой. – Яд подсыпали, пока мы были на кладбище. Скажи, ты бы вернулась за бутылкой?
– Если бы вспомнила о её существовании, обязательно вернулась бы. Сегодня был очень хлопотный день.
– Вот видишь! – сказала Акулина. – Хлопотный день – прекрасный повод, чтобы не дать выдохнуться коллекционному вискарю! Поздравляю тебя, Мириам! Отравить собирались именно тебя. И если бы не Анжела,
