немножко смутилась и направилась в ванную, а когда вышла, обнаружила тётю Валю заметно помрачневшей.
— Что-то случилось? — осторожно спросила Тома, усаживаясь за стол.
— Есть малость, — ответила тётя Валя, глядя в экран смартфона. — Давай-ка, налей кофе.
Тома кивнула и молча разлила по чашкам кофе из кофейника. Потом добавила густых сливок. Тётя Валя полистала ещё какие-то ленты в смартфоне, потом возмущённо покряхтела и встала из-за стола.
— Вот терпеть не могу включать телевизор, когда ем. Но придётся. — И тётя Валя достала откуда-то пульт от огромного плазменного телевизора на стене.
На большущем экране появился до сведения челюстей знакомый парк Добромыслова. Раннее утро: розоватое небо и солнце, золотящее верхушки сосен. Местная журналистка, сияющая от осознания того, что именно её отправили на задание, вещала:
— Сегодня утром экскаватор, расчищающий дно в Камышовом озере городского парка, зацепил какой-то большой предмет. Когда рабочие наконец достали его из воды, оказалось, что это карета! По оценкам экспертов, экипаж относится к середине девятнадцатого века.
Тома, уже откусившая тост со сливочным маслом, перестала жевать. Телевизор показывал ту самую чёрную карету, что разъезжала по улицам Добромыслова, запряжённая огромными лошадьми. Теперь, правда, она представляла собой мокрую кривую развалину, увешанную водорослями.
— А теперь, — тарахтела журналистка с энтузиазмом, — нам предстоит самое интересное! Нам позволили открыть дверь этой кареты! Посмотрим же, что внутри!
Девица подошла к экипажу и, широко улыбаясь, потянула за ручку.
— Ой, дурында! — поморщилась тётя Валя.
Девица пару раз дёрнула за ручку дверцы, но ничего не произошло. С другой стороны подошёл рабочий и монтировкой отжал дверь. На землю хлынула чёрная жижа, журналистка с визгом отскочила от образовавшейся лужи. Но уже через пару секунд она заголосила так, что даже Томе захотелось заткнуть уши. Потому что из открывшегося прохода прямо к туфелькам девицы головой вниз вывалилось изломанное тело.
Камера дёргалась, но Тома моментально узнала мумию, свесившуюся по пояс из кареты. Дурацкие белые волосы, розовое платьице с оборочками.
— Ничего здесь не трогайте! — орал за кадром мужской голос.
Журналистка продолжа визжать, в кадре бестолково толпились какие-то растерянные люди. Наконец изображение дёрнулось и пропало, на экране появилась студия новостного канала.
— Э… — ведущий в строгом костюме по-рыбьи смотрел в камеру, потом поморгал и хорошо поставленным голосом произнёс: — Простите, у нас возникли технические сложности. Мы обязательно вернёмся к репортажу из городского парка Добромыслова, где сегодня утром при раскопках была найдена историческая ценность. Теперь к другим новостям.
Экран погас, тётя Валя отложила пульт. Тома вдруг обнаружила у себя за щекой недожёванный кусочек тоста. Выплёвывать в гостях неприлично, пришлось доесть. Наконец Тома запила тост кофе и произнесла:
— Это ведь Ада там. Только выглядит, как мумия.
Перед глазами так и стояла картинка, где Ада сломанной куклой свешивалась вниз головой из открытой дверки кареты, коряво раскидав руки. Волосы у неё так и остались белыми, а вот кожа стала почти чёрной.
— Как она туда попала-то? — шёпотом проговорила Тома.
— Сама-то как думаешь? — произнесла тётя Валя, намазывая тост абрикосовым вареньем.
Тома осознала тупость своего вопроса и вздохнула. Потом внезапно вспомнила, что её родители сегодня уезжают в отпуск, и глянула на часы.
— Беги давай, ещё успеешь, — проговорила тётя Валя, наливая себе ещё кофе.
— Спасибо, — брякнула Тома, вылезая из-за стола.
О мумиях можно и попозже подумать, а вот с мамой надо помириться. Так что Тома выбежала из квартиры тёти Вали и помчалась по Божедомке. Когда, запыхавшись, ввалилась на территорию дома, её родители как раз загружали чемоданы в такси.
— Смотрите, кто пришёл, — ядовито произнесла Ульянка, отвлекаясь от смартфона.
— Да ну тебя, — бросила Тома и сгребла сестру за шею, стиснув в объятиях так, что та пискнула. А Тома прошептала ей прямо в ухо: — Смотри там за Костиком. Родителям тоже отдохнуть надо. И позагорай и накупайся там и за меня тоже. И фотки присылай хоть каждый день.
Когда Тома выпустила сестру, та стала тереть ухо, делая вид, что сильно обиделась, но смотрела уже не так враждебно.
— Ты с нами не поедешь? — спросил Костик, подходя к Томе.
— Нет, малыш, — погладила его по голове Тома. — Мне надо работать. Привезёшь мне что-нибудь?
— Ага, — закивал Костик, протягивая ручки к Томе.
— Что у тебя тут за работа, — проворчала мама, глядя на Томины повязки на руках (пришлось соврать, что это от обработки кустов).
— Не портить же отношения с администрацией, — попыталась увильнуть Тома, поглаживая по головке прижавшегося к ней братишку.
— А с нами можно портить отношения, да? — уже не возмущённо, а скорее, смиряясь с обстоятельствами, произнесла мама.
— Иногда приходится от чего-то отказываться, — абстрактно сказала Тома и, не давая маме пуститься в возмущение, добавила: — Мысленно я с вами. Так что отдохните там хорошенько.
И Тома крепко обняла маму.
— По-моему, она просто хочет остаться дома одна, — пропела Ульянка.
— Садись в машину! — пихнула её в спину мама. Видимо, решила дать дочке возможность попрощаться и с отцом тоже.
— Пап, ты присматривай там за Костиком, — произнесла Тома, передавая ему руку брата. — А то женщины есть женщины, сам понимаешь. Пока Ульянка селфится, а мама мажется кремом, он может убежать.
— Угу, — кивнул папа, прямо глядя на дочку. — Всё? Больше ничего не хочешь сказать?
— Пока ничего, — вздохнула Тома. — Когда вернётесь, нормально поговорим.
— Ладно, давай. — И отец всё же обнял Тому.
Она ткнулась лбом ему в плечо, как недавно Роме в подвале. Вот не стоило о нём вспоминать. Сразу пульс зачастил.
— Ты что? — подозрительно спросил отец.
— На работу опаздываю, — нашлась Тома. — Яра будет орать.
— Ну ладно, иди. Нам тоже ехать надо. — И папа сел в такси.
Тома удостоверилась, что их в аэропорт повезёт нормальный местный мужик на иномарке, а не её погибший отец, и побежала домой. Сейчас бы поотмокать в ванне с пеной, намазаться всеми кремами и лосьонами, сделать укладку, расслабиться в шезлонге на балконе. Но времени в обрез.
Пришлось быстро переодеться, кое-как завязать волосы в пучок и бежать на работу. Хорошо, что хотя бы не в парк, закрытый по случаю очередной жуткой находки.
Весь отряд благоустроителей в зелёных футболках уже собрался
