черепа идеально подходил для сегодняшнего сюрприза.
— Не все считается заговором. Блайт — смертная, находящаяся под защитой Архидемона, дракона-полукровки и вампира, оборотней, ведьм и множества других вечно сующих свой нос в чужие дела бессмертных придурков. Кто в здравом уме будет настолько глуп, чтобы продолжать преследовать ее?
Пламя запульсировало зеленым. Прошло около ста лет, а я все еще не понимал, что это значило, если вообще имело какой-то смысл.
— Что, если тот, кто это сделал, сумасшедший, — размышлял он. — Существо, которому нечего терять.
За меня ответил Волк, видя, как растет мое раздражение.
— Это все равно не объясняет, чего они хотят от обычной смертной. Да, она нам нравится. Я имею в виду, Призраку, она принадлежит Призраку, — поправился он, но не сразу. Я закатил глаза, откидывая волосы назад. Мой план дать им попробовать ее на вкус, позволить им понаблюдать, как я трахал ее, провалился. Они были заинтересованы, как никогда. — Но любое существо, скорее, обратилось бы к более простому человеку. Я думаю, мы можем расслабиться, — сказал Вольфганг, подходя к Ониксу и обнимая его одной рукой. — Не парься, чувак. Сегодня Хэллоуин.
Оникс спросил небрежным тоном:
— Значит, Блайт в полной мере наслаждается жизнью в центре города, да? Я заметил, что кладбище в этом году быстро опустело.
— Она с Вороном. Я подумал, что позволю ему погулять с ней среди душ. Они будут ждать нас у бара. — Я поправил воротничок. Мы с мальчиками были одеты в свои наряды восемнадцатого века: пиджаки с фалдами, воротнички и все такое прочее. Я еще не видел Блайт, но был уверен, что она выглядела бы сногсшибательно в старинном платье. Мысль о том, чтобы увидеть ее в платье из моего времени...
Вольфганг усмехнулся, надев цилиндр.
— Она понятия не имеет, что мы собираемся делать, не так ли?
Мои губы изогнулись в улыбке.
— Совершенно верно.
* * *
БЛАЙТ
Моя подруга-ведьма прищелкнула языком, оглядывая меня сверху донизу.
— Выглядишь так, словно сошла со страниц романа Джейн Остин. Ну, знаешь, хеллоуинская версия «Гордости и предубеждения».
— Мне всегда больше нравилось «Убеждение». Только я бы хотела, чтобы она в конце концов переспала со всеми парнями, а не только с одним. — Я пожала плечами. — Я чувствую себя такой модной. — Я раскачивалась из стороны в сторону, наблюдая, как колыхалось просторное черное платье на мне. Это было великолепное платье из ткани черного цвета и кружев, дополненное длинными шелковыми перчатками и моей кружевной черной маской. Есения уложила мне волосы, сделав прическу с несколькими локонами, обрамляющими лицо. — Не слишком пышно?
— Пышность была в моде у дам того времени. Но нет, не слишком.
— У тебя не такая пышная, как у меня. И, ого, фиолетовый тебе к лицу. — Ее платье было такого же цвета, как у меня, но глубокого баклажанного оттенка, отделанное тонким черным кружевом. Темные вьющиеся волосы и смуглая кожа Есении переливались. Она выглядела как настоящая леди. Я выглядела как девочка, играющая в переодевания.
Есения протянула мне красную помаду из моей косметички. Она напомнила мне цвет губ Оникса, который я видела прошлой ночью... оттенок крови.
— Вот этот оттенок, тот самый. И не волнуйся, Эймс сойдет с ума, когда увидит тебя. Я буду шокирована, если он не признается в любви и не сделает предложение прямо там.
Мое сердце подпрыгнуло к горлу.
— Ты, должно быть, шутишь. Это невозможно. Мы только что познакомились.
Она хихикнула, когда я попыталась успокоить руку, чтобы нанести на нее неумолимый алый оттенок.
— Милая, я удивлена, что он этого еще не сделал. То, как он смотрит на тебя... Как будто хочет съесть на десерт. — Я покраснела и стала того же цвета, что и моя губная помада. Моя очень энергичная подруга взяла из моего набора приятный розовато-ягодный оттенок и продолжила: — К тому же, ты знаешь, кто он. Что он из себя представляет. Это не та информация, которой можно легко поделится. Или вообще говорить. Многие из нас за всю свою жизнь так и не рассказали об этом ни единой живой душе. Я думаю, что Эймс, Призрак, видел, как каждый человек, друг или возлюбленная, которые у него были, жили и умирали в свое время.
— Ух ты, это угнетает, — пробормотала я, промокая уголки губ салфеткой. — Здесь есть подводка под названием «Полуночная ежевика», которая идеально подходит к этой помаде. — Она поблагодарила меня и принялась рыться в различных тюбиках. Призрак не мог относиться ко мне настолько серьезно, не так ли? То, что я чувствовала к нему, было глубже всего, что я когда-либо испытывала. Возможно, я спала с демоном, но встречаться с ним было самым райским переживанием, которое я могла себе представить. Мы ничего не говорили об... привилегиях, хотя мысль о том, что он мог быть с кем-то еще, вызвала у меня приступ ревности. Я не хотела, чтобы он был с кем-то еще. И он явно не хотел, чтобы его друзья флиртовали со мной. Но, с другой стороны, он позволял им смотреть, как мы трахались. И я наблюдала за ними. И это было самое эротичное и сексуальное, что когда-либо случалось со мной. Я не могла отрицать, что в моей душе тоже зарождались розовые бутоны эмоций по отношению к Ониксу и Вольфгангу. И я не знала, как к этому относиться.
Также в этом списке вещей, над которыми стоило задуматься, Есения была по-своему права. Я являлась смертной, и мое время на Земле было ограничено. Я состарюсь и умру, а Призрак и Парни Хеллоуина будут жить дальше. Внезапно мое платье стало соответствовать моему настроению: мрачное.
— О, они идут. Это так волнующе. Обожаю, когда души заходят поболтать.
У меня перехватило дыхание.
— Подожди, это правда происходит?
— Да! Вот почему мы все так одеваемся, чтобы не смущать и не расстраивать их. Они думают, что в восемнадцатом веке существует Хэллоуин. Просто будь собой. Они все очень милые. За исключением Патриции, держись от нее подальше.
Моя жизнерадостная подруга влетела в дверь магазина и, широко распахнув ее, подперла створку.
— Кто здесь Пэт…
— Мэйбл! Добро пожаловать, дорогая. Заходи и осмотрись. Тебе нужна сегодня новая ленточка?
Мои кости заледенели, когда в комнату ворвался холод, который не был вызван погодой или какой-либо другой земной стихией. Это холод, от которого покалывало кожу и казалось, что кто-то наблюдал за тобой. Вошли две женщины, одетые точно так же, как и мы. Я ожидала, что они будут похожи на привидения, как Дух Ивы или привидения из фильмов. Но они выглядели...
