поставить на место!
— Так вот для чего мы здесь? — поднял брови Бык. Эти слова не были прямым возражением, но, с точки зрения Ашфорда, они равнялись признанию. Впрочем, Бык и не собирался ничего скрывать.
— А военные враждебной стороны? Вы и их притащили на мой корабль?
Па одобрила все, перечисленное капитаном. Однако она держалась у него за спиной и равнодушно молчала. Бык не представлял, что происходит между ней и Ашфордом, но, если между ними трения, он точно знал, какую сторону поддерживает. Поэтому он прикусил язык и не напомнил об участии Па.
— Да, я тащу сюда всех, кого могу заполучить. Гуманитарная помощь и концентрация контроля. Как по учебнику. Это известно каждому курсанту ко второму году.
Па поморщилась.
— Мистер Бака, вы превысили свои полномочия. Вы нарушили цепочку соподчинения. С этого момента все ваши приказы и данные вами разрешения отзываются. Я освобождаю вас от обязанностей и приказываю ввести вас в медикаментозную кому до возможности эвакуации.
— Пошел к черту! — вырвалось у Быка.
Необдуманные слова повисли в воздухе, и Бык понял, что они точно выражают его мысль.
— Приказ не обсуждается, — холодно бросил Ашфорд.
— Черта с два не обсуждается, — отрезал Бык. — Здесь командуете вы, а не я, потому что Фред Джонсон решил, что команде астеров будет неуютно под началом землянина. Вы получили это место, потому что вовремя поняли, кому лизать задницу. И знаете что? Хорошо вам. Надеюсь, ваша карьера рванет ракетой. И Па здесь потому же. У нее тоже голова правильного размера, но у нее она хоть не совсем пустая.
— Вы расист! — попытался перебить Ашфорд. — И я не желаю выслушивать…
— А я здесь потому, что кто-то должен делать дело, а про вас заранее было известно, что вы подонок. И вот что я вам еще скажу. Мы сейчас все в дерьме, но я намерен нас вытащить и не допущу, чтобы Фред стыдился того, что мы тут натворим, а вы не суйтесь мне под ноги, когда я дело делаю…
— Довольно, мистер Бака!
— Вы знаете, что я прав. — Бык обернулся лицом к Па. Она смотрела на него пустым, ничего не выражающим взглядом. — Если он будет командовать, то пустит все к черту. Вы видели, как это происходит. Вы знаете…
— Прекратите обращаться к старшему помощнику, мистер Бака!
— …как он принимает решения. Он отошлет всех обратно по своим кораблям, даже если для них это смерть, лишь бы…
— Вы уволены! Вам…
— …не отвечать за них. Ему плевать…
— …следует молчать! Я не разрешал вам!..
— …что опасность грозит всем, и если кто-то еще сорвется…
— Молчать! — взвизгнул Ашфорд и толкнулся от стены с искаженным яростью лицом. Он ударился в койку, навалился на Быка, схватил за плечи и встряхнул так, что клацнули зубы. — Заткнись, я сказал!
От рывка сорвались крепления, выскочила игла капельницы. Боль хлестнула Быка по спине — словно кто-то вкручивал штопор в позвоночник. Он попытался оттолкнуть капитана, но не находил опоры — костяшки пальцев били по твердому: по столу или по стене, он не знал. Со всех сторон кричали, кружилась голова, а мертвый груз тела и в невесомости натягивал трубки и катетеры.
Когда к миру вернулся рассудок, Бык косо висел над столом головой вниз. Па с Макондо держали Ашфорда за плечи — тот продолжал тянуться к нему скрюченными, как когти, пальцами. Серж остался у стены, готовый к рывку, но еще не определился, в какую сторону толкаться.
Рядом возникла доктор Стерлинг, поймала Быка за ноги и быстро, умело вернула на кровать.
— Нежелательно атаковать пациентов с переломом позвоночника, — говорила она, не прерывая работы, — поскольку им требуется покой.
Новая вспышка жестокой, горячей и острой боли пронзила шею и спину, когда врач пристегнула его к койке. Одна из трубок выскочила, к болтавшемуся в воздухе концу прилипла кровь и кусочки мяса. Бык не знал, в какой части тела торчала до сих пор эта трубка. На него смотрела Па, и он заговорил сдержанно:
— Мы уже дважды напортачили. Когда вошли в Кольцо и когда допустили отправку на станцию десантников. Третьего раза быть не должно. Мы сумеем собрать всех и вытащить отсюда.
— Опасные разговоры, мистер… — сплюнул Ашфорд.
— Обязанности капитана я исполнять не могу, — продолжал Бык. — Даже не будь я прикован к кровати — я землянин. Командовать должен астер, тут я с Фредом полностью согласен.
Ашфорд вырвался, одернул помятые Па и Макондо рукава и выпрямился у стены.
— Доктор, введите мистера Баку в кому. Это прямой приказ.
— Серж, — сказал Бык, — я требую немедленно взять капитана Ашфорда под арест.
Никто не двинулся с места. Серж почесал шею — ногти заскребли по щетине, и это был самый громкий звук в комнате. Па смотрела куда-то перед собой, на ее лице читалось мрачное недовольство. Ашфорд прищурился на нее. Тогда Па заговорила, мертвым, безрадостным голосом:
— Серж, вы слышали приказ шефа.
Ашфорд готов был кинуться на нее, но Серж уже ухватил его за плечо.
— Это мятеж, — сказал Ашфорд. — Это будет расцениваться как мятеж!
— Пойдемте со мной, — сказал Серж. Макондо хваткой конвойного взял Ашфорда за другое плечо, и все трое покинули помещение. Па осталась у стены, придерживаясь за ремень, дождалась, пока врач, бормоча себе под нос, переставит катетеры, проверит все трубки и мониторы. Бык почти не ощущал ее прикосновений.
Закончив, доктор тоже ушла и задвинула за собой дверь. Добрую минуту оба молчали.
— Похоже, вы переменили взгляды на мятеж, — заметил Бык.
— Очевидно, — вздохнула Па. — Он не способен здраво мыслить. И слишком много пьет.
— Это его решение привело сюда всех нас. Все трупы на всех кораблях можно подписать его именем.
— Ему это видится иначе, — заметила Па и, помолчав, добавила: — Думаю, он тратит много сил, чтобы видеть это иначе. И катится по наклонной. Думаю… думаю, он нездоров.
— Несчастный случай был бы проще, — сказал Бык.
Па выдавила улыбку.
— Мои взгляды не настолько переменились, мистер Бака.
— Я и не надеялся. Но сказать должен был.
— Давайте думать о том, как сохранить людей и вернуть всех домой, — предложила она. — Мне нравилась моя работа. Жаль, что она так кончается.
— Может, и кончается, — признал Бык, — но вы о медали мечтаете или о том, чтобы сделать, что надо?
Па бледно улыбнулась.
— Я надеялась совместить.
— Надежда не вредит, если не жертвовать ради нее здравым смыслом, — кивнул Бык. — Я буду и дальше стягивать всех на «Бегемот».
— Но чтобы оружие оставалось только у наших, — приказала она. — Мы примем всех, но чужой армии на борту нам не
