сложнее. Мелкий явно не привык к такой шумной толпе и откровенно пасовал. Когда на него со всех сторон накинулись жизнерадостные братья и сёстры, целый ураган из визга, ушей, хвостов и цепких ручонок, он просто вжался в спинку кресла, испуганно хлопая глазами. Слишком много раздражителей для неподготовленной психики. Ситуацию спасла Глория, моя умничка, старшая дочь от Зары. Она, как настоящая старшая сестра с командирской хваткой, мгновенно просекла ситуацию. Глория громко хлопнула в ладоши, перевела внимание всей детской оравы на себя, увлекла ребятню какой-то новой игрой в другой конец зала, а сама тихонько вернулась к Марку и села рядышком, не навязываясь, просто излучая спокойствие и уют.
И это сработало лучше любой магии: уже через час Марк, словно привязанный невидимой нитью, хвостиком таскался за Глорией по всему дому. Мелкий обрёл своего первого настоящего друга, своего персонального защитника в этом шумном, пугающе огромном мире нашей семьи.
Я стоял, прислонившись плечом к прохладной деревянной стене, потягивал крепкий эль из кружки и молча наблюдал за этой картиной.
Смотреть на это со стороны было чертовски странно. Нахлынуло ощущение, будто критически важные кусочки пазла, которые я уже считал потерянными, вдруг сами собой защёлкнулись на нужных местах, меняя весь расклад моего привычного, выверенного боевого хаоса. В груди разливалось давно забытое чувство спокойствия и наполненности от того, что все родные мне люди наконец-то здесь, рядом со мной.
И всё же, глядя на весь этот шумный табор, на своих жён, на детей, на спасённых из плена, я не мог отделаться от одной зудящей мысли на краю сознания: а не слишком ли много на себя взял, и хватит ли у меня сил защитить их всех, когда Система решит снова проверить нас на прочность?
Марк довольно быстро нашёл общий язык и с Астерией. Дочка от Розы всегда была тихой и милой, словно впитала в себя самую суть эльдари, вокруг её огромного, источающего сладковатый аромат цветка всегда витала аура абсолютного спокойствия. Неудивительно, что это место стало самым популярным в поместье для дневного сна. Если кто-то из детей, да и не только детей, искал уединения, тишины или просто хотел успокоить расшатанные нервы, он неизменно приходил туда. Я и сам пару раз засыпал рядом, вдыхая тонкий цветочный аромат, прогоняющий любые тревоги.
Но настоящее удивление ждало меня впереди. Марк в итоге привязался не только к сёстрам, но и к Эшу. Мой ручной велоцираптор, покрытый жесткими перьями, выглядел устрашающе для любого нормального существа. Поначалу малыш настороженно косился на эту машину для убийства, но я взял инициативу в свои руки. Подхватив Марка, усадил на сгиб локтя и подвёл к Эшу. Осторожно, направляя маленькую пухлую ладошку своей рукой, помог сыну погладить жесткие перья на шее раптора. Эш лишь тихо уркнул, подставляясь под ласку.
Как только Марк понял, что зубастая тварь не собирается откусывать ему пальцы, его страх как рукой сняло, мальчишка почувствовал себя рядом с Эшем на удивление комфортно. Он то и дело тянулся погладить его, зарываясь пальчиками в перья, и топал следом за ним повсюду, словно привязанный невидимой ниточкой.
Окончательно лёд растаял, когда Марк увидел, как другие дети без малейшей опаски обнимают ящера, более того, они катались на нём, как на миниатюрном страусе, с визгом носясь по двору. Увидев это, мой сын загорелся энтузиазмом и быстро освоился с новым другом, а Эш в очередной раз доказал, что его интеллект гораздо выше, чем у обычных зверей Валинора. Оставаясь всё таким же серьёзным и бдительным стражем нашей семьи, готовым в любой момент разорвать врага на куски, с детьми он преображался, проявляя поразительное терпение и ласку, позволяя малышне виснуть на себе и таскать за перья во время их шумных игр.
Признаться честно, я был не просто удивлён, а по-настоящему счастлив тем, как быстро Марк ко мне привязался, не проявляя никакой неловкости или отчуждения. Безусловно огромную роль в этом сыграла моя любовь к бегу или игра, как называли её сами дети, «бегать со скоростью». Я обожал брать малышню на руки или сажать на плечи и носиться по территории поместья на высокой, но абсолютно безопасной для них скорости. Ветер свистел в ушах, картинка смазывалась, а в ответ раздавался заливистый детский смех. Это развлечение обожали все, и оно уже стало семейной традицией с тех самых пор, как я впервые прокатил с ветерком Зару.
К слову, моя первая жена, с которой всё и началось, до сих пор иногда подходила ко мне, игриво сияя глазами, и просила поднять её на руки. А потом я срывался с места и бежал со всех ног, а Зара прижималась к моей груди и визжала от чистого, неподдельного восторга.
Видя, как Марк крепко вцепился своими пухлыми пальчиками в жёсткие перья Эша, я невольно вспомнил старые земные мультики про динозавров. Кто бы мог подумать, что в этом безумном мире мой сын будет играть с хищным ящером, как с обычным плюшевым мишкой из супермаркета? Жизнь — странная штука, но, чёрт возьми, ради таких моментов стоило её любить и дорожить ею.
Однако детская психика — штука гибкая, адаптация шла куда быстрее, чем я смел надеяться. Роза, как и всегда, демонстрировала своё фирменное, почти осязаемое притяжение. От неё исходил едва уловимый аромат свежих трав и теплого молока, и она обладала каким-то тайным даром заставлять детей мгновенно влюбляться в неё. Всякий раз, когда Марк не носился по комнате с радостным визгом и не сидел, уютно устроившись на коленях у мамы, перебирая её пальцы, он неизменно находил дорогу к нашей застенчивой куниде. Малыш просто подходил и доверчиво прижимался к Розе, словно в её ауре спокойствия находил безопасную гавань. Она ласково гладила его по темным волосам, и внутри меня разливалось теплое чувство правильности происходящего.
Но чем ближе подступала ночь, тем тяжелее становилась атмосфера в доме, в воздухе отчетливо запахло грозой, не настоящей, а эмоциональной. Вопрос с ночёвкой висел над нами, как Дамоклов меч, и Ирен, моя мудрая жрица и главный негласный дипломат семьи, вовремя почувствовала искрящее напряжение. Чтобы избежать неловкой сцены, она тихо и деликатно договорилась о выделении отдельной просторной комнаты для Мэриголд и Марка.
Это оказалось чертовски правильным решением. По взглядам, которыми изредка обменивались мои жёны, было ясно, что они совершенно не готовы вот так с порога пригласить Мэриголд в нашу общую кровать в главной спальне.
Я внутренне выдохнул, чувствуя, как постепенно расслабляются каменные мышцы спины. Разборки с «бывшими», особенно когда всплывает столько лжи, это то еще удовольствие. Даже для опытного Охотника, привыкшего
