— И то правда, — кивнула Исси, уплетая ужин. — Грядут интересные времена, да?
— Смотря что ты подразумеваешь под интересными временами.
— То, что многое изменится, — пояснила она. — Пропала принцесса, королевство находится не в лучшем состоянии, возможно, у нас сменится власть.
— Тебя это не сильно волнует, — заметил я. — Как-никак, если сместят, то твоего отца.
— А кто сместит? Брат? Старший или младший? — пожала она плечами. — Разница? Семья останется, сменится глава.
— Отца могут убить.
— Могут, — пожала она плечами.
— Вижу, это тебя не сильно волнует.
— Просто… — Исси вздохнула, отложив тарелку, после чего посмотрела на меня. — Как ты думаешь, что для меня изменится, Тэйлон? Мать ничего сделать не сможет. Отец отдаст меня замуж за того, кого выгодно. Придёт старший — отдаст за своего друга. Придёт младший — скорее всего за какого-нибудь полководца, у которого есть армия. Что бы ни случилось, моя участь уже предрешена. У меня не будет свободы, лишь обязательства. Поэтому… да, мне всё равно. Меня поиспользуют и выбросят. Никакой свободы.
— Многие…
— Но я не многие, — отрезала неожиданно холодным голосом Исси. Но сразу поняла, что сказала лишнего, и улыбнулась. — Просто я хочу наслаждаться жизнью, а не пузом какого-нибудь толстого чиновника, за которого меня выдали.
— Может это будет молодой парень.
— Ой, не понял ты ничего, — отмахнулась она. — Вот совсем. Свобода — это…
— Я понял тебя, Исси, может даже лучше любого другого, — ответил я. — Я знаю, что такое свобода. Но я так же знаю, что свобода в первую очередь то, что у тебя внутри. Раб — это не положение, это состояние души.
— То, что у меня внутри… — повторила она за мной. — А мне нравится, как звучит. Тогда, думаю, ты понимаешь меня. Даже сейчас я свободнее, чем когда-либо. Возможно, вы не захотите меня возвращать, так как я могу стать ненужной проблемой, которая принесёт вам вопросы. Поэтому будет куда правильнее от меня избавиться. Например… отпустить.
— Путешествовать?
— Быть свободной, — подмигнула она.
— А если замуж выдадим?
— Да с чего это вдруг?
— А вот. Допустим, чтобы стать частью королевской семьи.
Исси придирчиво окинула меня взглядом.
— Молодоват для меня, но, думаю, пойдёшь, — наигранно небрежно взмахнула она рукой.
— О как. А как же свобода?
— Уверена, что с тобой буду чувствовать себя куда более свободной.
— Вдруг за моего старшего брата выдадут, — подначил я её, но Исси ответила мне той же монетой.
— А ведь твой брат приятный… — задумчиво ответила она, при этом глядя на меня краем глаза. — Знаешь, быть может я бы и согласилась даже… Он такой бодрый, дерзкий и неугомонный. Прямо как я.
— Да, только свои трусы на флагштоке не оставляет.
— Вот один раз стоило Её Величеству оступиться, и всю жизнь будут припоминать, — вздохнула Исси и вернулась к еде.
Теперь я понимаю, о чём говорил Диор.
Взять, к примеру, Суцьиси, что о ней можно сказать? Она прожила не один десяток самых разнообразных жизней, общалась с такими людьми, что кровь стынет в жилах. Её пытали, она пытала и нередко умудрялась выйти сухой из воды там, где это в принципе очень сложно. Поэтому будь это Суцьиси, я бы ни капельки не удивился такому поведению.
Но это была принцесса. Её Высочество Иссисиента. Да, может уже матёрая в интригах, но всё равно девчонка, которой в действительности дальше своего мирка, где все ей улыбаются и где она может подставлять своих подруг, не уходила. Какой бы стойкой личностью внутри она ни была, сколько бы ни пыталась из себя строить, Исси оставалась избалованной девчонкой из высшего общества. Но ведёт себя сейчас настолько уверенно и по-свойски, что разрушает все шаблоны.
Какими бы дети аристократов ни были, они остаются детьми аристократов, которым далеко до хладнокровных и расчётливых людей, которые могут вести себя спокойно даже в плену. Я бы понял, если бы она в начале проявила беспокойство или может испугалась, но Исси реагировала так, будто ничего не происходило. Будто это действительно ещё одно приключение.
И она в этом плане или больна на голову, как и та из подвала, или действительно не так проста, как пытается казаться.
Глава 153
— Убедился? — усмехнулся Диор, глядя на меня. — Не простая девчонка, а?
— Ты имеешь ввиду, что она странно отреагировала?
— Именно. Ты заметил это?
— А тебе откуда знать, как она отреагирует? — прищурился я.
— А я много с её подругой общаюсь, — похвастался он. — Знаешь, сколько интересных вещей можно узнать от той, кто является лучшей подругой?
— Может она тогда и расскажет, кто из принцев перебежчик? — предложил я.
— Не уверен, что она что-то знает.
— Почему вдруг?
— Знаешь, Тэйлон, иногда просто стоит поговорить с людьми, чтобы всё стало понятно. Ты можешь понять, что ребёнок тебя обманывает?
— Зависит от ребёнка, — уклончиво ответил я.
— Да, зависит от того, насколько он хитрый, согласен. С Амелией точно так же: она хитрая сука, которую хочется как отправить от себя подальше, так и держать рядом всегда на виду. Не поймёшь, заливает она тебе в уши или нет, но многие вещи при её помощи приобретают смысл.
— Какой, например? — поинтересовался я.
— Например, тот факт, что недавно горел склад в столице. Склад принадлежал роду Реверклоудов. Помнишь таких?
Я порылся в памяти, пытаясь припомнить такой род. Реверклоуды, Реверклоуды, Реверклоуды…
Да, я помню таких. У них был сын, Ангор, с которым у нас состоялась дуэль. Я помню это, отстрелил ему пулей яйца в самый первый раз, чтобы ублюдку было неповадно. Но, кажется, это было единственным, что я мог сказать об их роде.
— Да, я помню, у них сын, Ангор.
— Да, — кивнул Диор, улыбнувшись. — Ты отстрелил ему яйца. Мне рассказывали.
— Было дело, — усмехнулся я.
— Выл как сучка?
— Скорее пел как соловей, — ответил я, и мы рассмеялись.
Никогда бы не подумал, что мы сможем вот так просто рассмеяться, сидя друг напротив друга. Хотя чего мне удивляться. Иногда даже с самым ублюдочным подонком ты умудряешься найти общий язык и поговорить. В такие моменты кажется, что вот оно, ты наконец понял человека… а через мгновение он превращается обратно в того самого ублюдка, которого ты ненавидишь.
— Ладно, — утёр он глаза ладонью. — К складу. Склад был с продуктами питания — от консервов до овощей. И он сгорел. Обвинили в этом, естественно, наших. Если точнее, Блэскенсов, что они специально сожгли склад, чтобы отомстить Реверклоудам, а заодно освободить место под строительство новых жилых домов. В столицу стекаются люди, а мест становится день ото дня всё меньше и меньше. Цены на недвижимость растут, и есть для этого резон.
— А сделали это Реверклоуды, — догадался я.
Вернее, ошибся я.
— Нет, это сделали, как выяснилось, Чифенстоу.
Я знал тот род. Он занимался продуктами. Сельскохозяйственный сектор практически полностью был под ним.
— Чифенстоу?
— Да. Я тоже удивился, но потом мне нашептали, что они слили хорошую партию продуктов Реверклоудам. Слили, но их склады не сильно опустели.
— Продали им подножный корм, иначе говоря?
— Да, но дело не в этом. Они продали дерьма Реверклоудам, после чего сожгли все улики и тем самым создали мнимый дефицит, что пожар, много продуктов, особенно муки, пропало и так далее. Цены начнут подниматься, а у тех этого добра полные склады. Они ничего не потеряли, так ещё и продадут втридорога.
— Это тебе Амелия нашептала?
— Раскрыла некоторую часть, скажем так, — облокотился Диор на спинку стула, — и всё остальное приобрело смысл. Иначе говоря, Амелия сказала правду. И документы, что ты достал, частично подтвердили её версию. И пока у меня нет резона ей не верить.
— И про принцессу она рассказала тебе тоже много интересного.
— Да, достаточно, чтобы понять, что принцесса не самая простая избалованная личность. Ты же участвовал в её выходках, верно?
