— Что это за зелье, блин…
— Чтобы вы не умерли. Или думаете, что я только стрелять умею? Я Сианс-Ильфа-Ньюэсенфей, одна из лучших разведчиков, я знаю, как выжить в любых условиях, а вот вы… — она с насмешкой окинула меня взглядом, — даже холодной водички испугались.
— Да пошла ты, — я огляделся. — Где служанки?
— Отправила их. К сожалению, моя королева приставила меня к вам, и я обязана защищать вас, даже от простуды. Кто мог подумать, что вы такой слабак…
— Это, блять, не простуда…
Если это простуда, то я, блин, божество этого мира.
— Да-да-да, — Ушастая буквально наслаждалась тем, что она на ногах, а я помираю.
Она вернулась к двери, откуда притащила тазик с тряпкой.
— Ты меня помыть решила?
— Растереть. Надо сбить температуру, а то так вы совсем помрёте.
Надо сказать, что Ушастая подходила со знанием дела. Каждый день по три раза за сутки она навещала меня, поила своей отравой и сбивала температуру ледяной водой, от которой я был ни жив, ни мёртв.
И как бы мне ни хотелось признаваться, ей удалось поставить меня на ноги. Хрипящего, слабого, уставшего, как после долгого марша, но живого и способного двигаться. К концу недели я уже сам мог дойти до ванны, хотя обратно возвращался, буквально тащась по стенке.
— Спасибо… — прохрипел я, когда она навестила меня в последний, как она выразилась, раз.
— Я же говорила, что поможет, — фыркнула она и передразнила меня. — Холодно, мне холодно, тьфу… мужчины…
— Было действительно холодно.
— Но помогло.
— Помогло.
— Вот и чудно, — неожиданно улыбнулась она. — Я молодец, я знаю.
— Да, ты молодец, — усмехнулся я. — Даже говорить бессмысленно об этом. И почему ты не можешь быть всегда такой?
— Какой? — нахмурилась она.
— Вот такой. С улыбкой, приветливой и просто нормальной. Не злой и стервозной. А вот как сейчас.
— Я всегда нормальная, — тут же ощетинилась она. Иллюзия хорошей девушки мгновенно пропала. Вернулась стерва.
Я посчитал продолжать этот разговор бесполезным. Она просто была такой. Иногда давала слабину и раскрывалась, но очень быстро уходила в глухую оборону и не показывала оттуда носу, строя из себя суку. Причин я понять не мог, но и лезть к ней в душу не собирался. Если захочет, сама расскажет.
— Вас ещё ждал господин Диор, — вот в его имя она вложила максимум яда. Диора Ушастая люто ненавидела. — Хотел поговорить насчёт будущего.
— Будущего задания?
— Не знаю. И знать не хочу, — вздёрнула она подбородок вверх. — Меня вообще не интересует, что он там хочет, если только это не касается вас.
— Волнуешься обо мне, — подначил я её.
— Естественно. Моя королева иначе меня в лучшем случае изгонит, — ответила на полном серьёзе Ушастая.
Уже на следующий день я отправился в кабинет Зарона, где сейчас заправлял Диор. В отличие от меня, он выглядел бодрее бодрого несмотря на то, что был завален по самую макушку бумагами. Всё что-то писал, читал, отправлял. То ли создавал бурную деятельность, то ли действительно был так занят.
Когда я входил в его кабинет, лицом к лицу столкнулся с Хлиной, которая встретила меня самой радостной улыбкой поместья.
— Здравствуй, — кивнул я.
Та лишь засияла ярче, после чего поклонилась и едва ли не в припрыжку пошла по коридору. Иногда я даже ей завидую. Быть всегда счастливым и никогда ни о чём не думать.
— Завидуешь ей? — прочитал мои мысли Диор.
— Если только немного, — ответил я, закрыв дверь.
— Классно выглядишь. Сразу видно, что твоя ушастая сучка что-то да умеет, раз смогла поставить тебя на ноги так быстро. К тому же, ещё и бледный, прямо последний писк моды.
— Главное, чтобы у этой моды такой писк не стал последним, — фыркнул я. — Я пришёл по поводу дела, о котором ты говорил…
— Только встал и сразу в бой? — усмехнулся Диор.
— Можно и так сказать, — уселся на кресло и откинулся на спинку кресла, оглядываясь. — Все чем-то занимаются, даже другие рода, как ты говоришь, уже подсуетились и умудряются говнить северу.
Удивительно, но кабинет практически не изменился. Я предполагал, что Диор тут начнёт своё что-то делать, раз получил власть, пусть и временную над родом, но по факту всё осталось как и прежде. Разве что бумаг стало больше вокруг.
— Это ты про Чифенстоу? — спросил он, перечитывая какой-то лист, после чего подписал его.
— Ты же про них говорил, — припомнил я наш разговор.
— Да, но это скорее просто ради своего бизнеса, а не общего дела. Хотя они, судя по всему, в сговоре с Блэскенсами, — продолжил он, не отрываясь от бумаг. — Уж слишком складно у них всё идёт. Прямо друг под друга почву готовят.
— Работают на пару?
— Подозреваю, что да. И при этом не сильно посвящают других в свои дела. С одной стороны, это и не наше дело. С другой — учитывая обстоятельства, лучше всё же работать вместе, а мы продолжаем тянуть одеяло на себя. Хотя не нам это говорить, — хмыкнул Диор.
— Может предложить свою помощь? — предложил я вариант.
— Я не доверяю им.
— Разве они не наши союзники? Временные?
— Сегодня союзники, а завтра нас будут сдавать с потрохами, так как у нас в столице есть участок рядом с промышленным районом, где можно очень удачно всё застроить домами. Они уже давно присматривают то место, а недавно, года полтора назад, у нас обнаружился склад наркотиков в одном из складов.
— Но не ваш же.
— Да, если не учитывать тот факт, что приплести их к нам всё же могли. Даже просто потому, что мы якобы не следим за своими складами и позволяем их так использовать. Отнимут, продадут на аукционе, и прощай земля. Сам знаешь, достаточно смазать где нужно, чтобы механизм пошёл куда следует.
— И что случилось?
— Мы сожгли всё нахрен. Не знаю, как отец, а я до сих пор не верю, что там обошлось без Блэскенсов.
— И как же тогда союз? — напомнил я. — Ньян выходит замуж за сына Чифенстоу, разве нет?
— Ну, как раз-таки с самими Чифенстоу у нас проблем нет. Мы совсем никак не пересекаемся. Проблемы с их друзьями. И после разговора с Амелией я уже не думаю, что это хорошая идея, — вздохнул Диор, потерев глаза. — И чем больше с ней общаюсь, тем больше выясняется, что под нас копают свои же. В этом плане север, что удивительно, имеет общие цели и понимает, что получит больше, если будет работать вместе. Мы же умудряемся подосрать своим же, пока решаем вопрос о том, чтобы дать отпор.
— А мы под них?
— Конечно копаем! — воскликнул он. — Вставляем палки в колёса, подставляем, кидаем при первом удобном случае, делаем всё, чтобы захерить бизнес им и поднять наш. Но ты сам понимаешь, то они, а то мы.
— Тогда чего удивляться, что с нами так обходятся? — спросил я.
— Не удивляться, Тэйлон. Своя броня да к телу ближе. Считай это лицемерием — нам против них можно, а им против нас нельзя. Всё просто. К тому же, будь мы белыми и пушистыми, они бы не пытались нас обмануть?
Я понял его логику. Если тебя в любом случае будут пытаться нагреть, то почему бы не нагреть их первыми? Я не поддерживал такую логику, но что имеем, с тем и работаем, к сожалению.
— Так когда мы выступаем?
— А тебе скучно?
— Я здесь только с тобой и общаюсь, больше ни с кем.
— Ну, это дело поправимое, — усмехнулся он. — У нас скоро будет встреча…
— Опять? — вздохнул я.
— Не опять, а снова, — настоятельно заметил Диор, подняв палец вверх. — Высший свет — он такой. Только на этот раз нас будут ждать во дворце. Сам король.
— Король?
— Ага. Причём угадай, кто пойдёт с ним на аудиенцию?
— Мы, — поморщился я. — А зачем? Из-за дочери?
— Подозреваю, что да. А может и нет, — усмехнулся он, глядя на меня.
— До задания или после аудиенция?
— Не терпится завалить парочку Рандомьеров?
— Не люблю всякие сборы и долгие подготовки, — ответил я. — Как показывает практика — чем больше готовишься, тем больше шансов, что напортачишь.
— Да. Причём туда придём не только мы. Там ещё, скорее всего, будут и остальные роды юга.
