смеху Лилии, по её запаху, по тому, как она хмурилась… по её нежным губам.
Я стоял там долго, не говоря ни слова. Слова были не нужны. Они и так всё знали.
— Мне вас не хватает, — сказал я, разворачиваясь в обратную сторону.
Ближе к вечеру замок ожил. Вернулись Сэм, Мишель, Селви и Сириус. Выглядели они, откровенно говоря, паршиво, но в глазах горел злой огонь удовлетворения.
Мы собрались за ужином. Но аппетита у меня особо не было, и пришлось заставить себя скушать хоть что-то.
— Тюрьма переполнена, — устало констатировал Сэм, отрезая кусок мяса. — Даже пришлось задействовать подвалы казарм.
— Весь день там проторчали, — добавил Мишель, крутя в руках бокал с вином.
— И как успехи? — спросил я.
— Лучше, чем мы думали. Или хуже. Смотря с какой стороны посмотреть, — усмехнулся дядя Селви. — Обыски идут по всему Виндару, даже прямо сейчас, пока мы тут сидим. Список постоянно увеличивается. Задержишь одного, допросишь, узнаешь подробности и отправляешь гвардию за новыми фигурантами. Цепочки тянутся далеко, Андер. Накрыли притоны, склады с контрабандой, нашли переписку с имперскими шпионами.
— Народ в шоке, конечно, — заметил Сириус. Он был менее многословен, чем обычно. — Но когда мы объявили причины арестов… когда вывалили факты про похищения и предательство офицеров… Город гудит. Страшно, но поддерживают. Никто не хочет жить рядом с предателями.
Потом они рассказали про Макса Смита, шпиона, которого взял на поруки Селви. Насколько я понял, на него легла основная часть допросов. И вроде как справлялся он довольно-таки неплохо.
Но в какой-то момент я почувствовал, что позволил себе лишнего с вином. Алкоголь на ослабленный организм подействовал быстрее обычного, наложившись на общую апатию.
— Я пойду, — сказал я, вставая из-за стола, когда разговор перешел на детали завтрашних судов. — Устал что-то.
— Ты в порядке? — спросила Аяна, чем немного удивила меня. Всё-таки мы, хоть и стали лучше общаться, но до того, чтобы стать друзьями, было ещё далеко.
— Искра спит. Слабость во всём теле и…
— Так давай я помогу тебе целительскими чарами, — тут же предложила она.
— Не стоит. Я лучше просто посплю.
— Отдыхай, — произнёс Сэм и тут же добавил. — Доброй ночи.
— Доброй, — ответил я, помахав всем на прощание. После чего поднялся к себе в спальню, и рухнул на кровать, даже не раздеваясь, чувствуя, как мир слегка плывет перед глазами.
Рука привычно скользнула по простыне вправо. Туда, где должна была быть она. Но там была пустота.
Я зажмурился, пытаясь прогнать это чувство одиночества, которое грызло меня изнутри. Но, слава Богу, вино затуманило мозг, и я провалился в сон быстрее, чем успел подумать о чём-то плохом.
* * *
Я стоял посреди залитой солнцем поляны, и она была там… Лилия.Живая.
Я шагнул к ней, не веря своим глазам. Обхватил её руками, прижал к себе, чувствуя родное тепло и биение её сердца. Сжал так крепко, словно хотел вдавить её в себя, чтобы больше никогда не отпускать.
— Отпусти меня, — тихо сказала она.
Её голос прозвучал мягко, но в нём была какая-то странная нотка, заставившая меня замереть.
— Что ты такое говоришь? — возмутился я, отстраняясь лишь на сантиметр. — Я держу тебя! Я наконец-то тебя держу! Я так мечтал, чтобы ты мне приснилась и…
— Я говорю, что тебе надо идти дальше, Андер, — произнесла она, глядя на меня одновременно с грустью и любовью. — Меня уже не вернуть.
Эти слова ударили, как пощёчина. Тем временем её пальцы легко коснулись моей щеки.
— И я знаю, кто ты такой.
Это отрезвило меня мгновенно и сон перестал быть сладким мороком.
— Знаешь? — переспросил я. Но тут же в голове вспыхнула мысль. — Но разве это что-то меняет?
Лилия опустила глаза.
— Нет, — прошептала она. — Ничего не меняет. — Она снова посмотрела на меня. — Я была счастлива с тобой. По-настоящему счастлива. С тобой я почувствовала, что значит быть любимой. И, наверное, если бы я могла вернуться назад, зная, чем всё закончится… я бы повторила всё вновь. Каждую минуту… каждое мгновение.
У меня перехватило горло.
— Я люблю тебя, — выдохнул я, стараясь вложить в слова не только звуки, но и мои чувства.
— И я люблю тебя, — ответила Лилия.
Я наклонился к ней и хотел поцеловать, почувствовать вкус её губ в последний раз, забрать этот момент с собой в реальность…
И проснулся.
Мои губы коснулись прохладной ткани наволочки, а руки крепко сжимали подушку, прижимая её к груди.
Был обидно. Сон пропал, и через какое-то время я сел на кровати. И до конца своей жизни я так и не узнал, был ли это сон, или Лилия и впрямь смогла дотянуться до меня… оттуда… в общем, где бы она ни была.
— Я иду дальше, Лилия. Обещаю, — сказал я, и по моей щеке покатилась слеза. — Я постараюсь идти дальше. И прошу… если ты меня слышишь, где бы ты ни была. Будь счастлива…
Глава 7
Не получая энергию от искры, у меня было ощущение будто я ношу на себе тяжелые утяжелители. И даже после крепкого сна я чувствовал себя разбитым.
— О, — раздался довольный голос прямо над ухом.
Я вздрогнул. Мишель, чтоб его… выскользнул из тени, пользуясь тем, что я не могу видеть его приближения.
— Наша пташка проснулась наконец-то! — усмехнулся он. — Ты бы знал, как я порывался тебя разбудить. Часа два назад ещё, когда Сая только начала припекать.
Я сел на кровати, протирая лицо ладонями.
— И что же тебя остановило? — спросил я, пытаясь проморгаться. — И, кстати, который час?
Мишель картинно закатил глаза и развёл руками.
— Полвторого… А по поводу разбудить, то на меня подействовали угрозы! Страшные, леденящие кровь угрозы! — он сделал паузу. — Бель пригрозила, что если я не дам тебе выспаться, то подсыплет мне какое-нибудь «очень экспериментальное» и «сугубо натуральное» зелье. И вариантов моей судьбы было немного, либо я с горшка неделю не слезу, либо… — он понизил голос до трагического шёпота, — лишусь мужских сил на неопределённый срок. Кстати, последняя угроза стала слетать с её уст слишком часто…
