class="p1">– Идиотом он стал. Я ему в мозги залез за информацией и не очень церемонился.
– Так ты еще и мозголом, Воевода?!
– Есть немножко, иногда практикую, но не слишком… Так, его отсюда надо вытащить и подумать, как мины снять, – съехал я с темы.
Пасюка выволокли из подвала. Закрыв крышку, восстановили маскировку и стали думать, что делать с бандеровцем-идиотом.
– Воевода, – произнес капитан. – Тут недалеко болотце есть уютненькое. Может, туда гада определим?
– Это будет самым оптимальным. Шел, упал, утонул. Показывай!
Подхватив безвольное тело, пошли. Минут через пятнадцать среди деревьев образовалась изумрудно-зеленая слегка кочковатая полянка. На ней то тут, то там были видны окна чистой воды. Пасюк, что-то почувствовав своим контуженым умишком, забеспокоился и стал слабо вырываться. Видно, детские воспоминания о коварной болотине. Мы, схватив его за руки-ноги, сунули головой в ближайшее окно. Яростно шлепая руками и ногами, негодяй попытался выбраться. Но… поднявшаяся муть скрыла Пасюка, и только несколько мелких пузырьков воздуха смогли вырваться из топи. Пусть в аду горит, выкормыш бандеровский! Я ведь знаю будущее. Не так уж и много пройдет времени, и такие, как он, поднимут голову и встанут в полный рост на земле, народ которой русские до последнего мгновения считали братским. И даже когда братья-украинцы начали убивать братьев-русских, русские не прекращали жить надеждой, что националистическое безумие пройдет, что братья отбросят оружие и вновь наступят мир и дружба. Но… Кровь большая пролилась, и примирения уже не получится. А утопленный в болоте Пасюк одним из первых схватился бы за автомат. Может, в предвидении такого развития истории и был фашистами организован схрон, а его хранителем после ментальной обработки поставлен семилетний ребенок? Как знать…
Уже в сумерках вернулись в поселок. Забазировались в хате Пасюка. Жил он нелюдимо, дружбы ни с кем не водил. Так что на огонек к нему гости не заглянут. Да и нас, вернее капитана, здесь искать никто не будет. Из запасов почившего в болоте хозяина приготовили ужин. Только собрались ложиться спать, как по окнам хаты мазнули лучи автомобильных фар. Дважды хлопнули дверцы. Гости. Я просканировал пространство. Двое шли по двору к дому, один остался в машине. От Реваза гонцы. Передернув затворы пистолетов, мы приготовились к встрече. Бандиты смело ввалились в горницу и замерли на пороге, уткнувшись взглядами в черные зрачки наших стволов. Я ментально подчинил их и приказал сесть и выложить на стол оружие. Рядом с неубранной хлебницей улеглись два ТТ. Один я сунул в свой карман, другой передал капитану. Теперь у него два ствола рабочих и один, табельный, испорченный.
Приехавшие сидели, вытаращив глаза. Думать они могли, а вот шевелиться – нет. И их думы четко отражались на их лицах.
– Ну что, хлопцы, побеседуем?
– Москальску мову не розумию, – едва шевеля губами, проговорил один.
– Хорошо, тогда помолчи, – сказал я и врезал ему кулаком в глаз. «Щирый хохол» кулем шмякнулся на пол. Я глянул на второго.
– Я розумию, да-да, э-э, понимаю, и говорить умею!
– Вот и говори, за каким делом к Пасюку приперлись?
– Спросить, не появлялся ли участковый. Пропал он из города, и пацаны, что босс за ним послал, тоже пропали.
– И все?
– Нет. Еще стволов десяток прихватить с патронами. Вроде разборки намечаются.
– Понятно! Ты пацан правильный, – я взял его голову в ладони, – сейчас приведешь водителя. Поужинаете и поедете обратно. Ревазу скажешь, что мента нет, Пасюк стволы без денег не дал. А твой кореш, – я кивнул на все еще не пришедшего в себя «щирого», – остался его караулить. Нас здесь нет. Понял?
– Понял, пан!
– Вот и гарно. Вставай и иди, зови. А я на стол накрою.
«Правильный пацан» пошлепал к машине. Мы с капитаном, стянув руки брючным ремнем и заткнув пленнику рот, отволокли его в соседнюю комнату. Через пару минут в горницу вошли оба романтика с большой дороги. На столе уже стояла миска с вареной картошкой, лежал шмат сала и полкаравая хлеба. Рядом – запотевшая, прямо из холодильника, бутылка с мутным самогоном.
– А дед-то где? И Петро? – поинтересовался водитель, сграбастав бутылку. – Во, блин, горилку поставил, а стаканы нет. Склероз у деда начинается?
– Не склероз, жадность пробилась. Он за стволы бабло требует.
– Так он же вроде как у босса в центровых корешах! Жизнь друг другу спасли! И такие гнилые базары? Так где он?!
– Не кипишись, братан. Мы его скрутили, теперь в сарае сидит, а Петро его караулит. Щас поедим и к Ревазу. Пусть сам с Пасюком этим трет. Не зря, видно, погоняло ему такое дали – Крыса.
Водила поставил бутылку обратно на стол и заткнул пробкой из кукурузной кочерыжки. Вздохнул, глядя на самогонку, и принялся за картошку с салом. Быстро поев, оба ушли, не выключив свет и оставив дверь нараспашку. Хлопнули дверцы, завелся мотор, и машина отъехала. Счастливого пути, недоумки! Когда звук мотора затих, пошли беседовать с нелюбителем москалей. Тот уже очнулся и пыхтел, елозя по полу в попытке развязать руки. Получив пинок по ребрам, затих, зло сверкая глазенками. Собственно говоря, мне он с целыми мозгами был не нужен. И я влез в его сознание. О! Этот член ОПГ знал больше, чем предыдущий. Не церемонясь, я рылся в его мозгах, выбирая интересное и полезное. Потом вставил свою программу. Пусть напоследок послужит правому делу.
Реваз с компанией на двух джипах появились только утром. Прикинув общее количество врагов, я задумался. Перебить быстро их всех не получится, а устраивать долгие пострелушки чревато. Подчинить ментально такую ораву тоже не выйдет: мне надо видеть объект воздействия, а они сразу разбежались, контролируя территорию. Ладно, портал у меня всегда под рукой. Действуем!
Развязал «щирого», вручил ему ПМ, отобранный у мордвина-киллера. Потом открыл портал и стал ждать. Реваз вошел в горницу даже впереди своих охранников, так, видимо, был уверен в отсутствии подлянок в доме кореша. А зря! Я подтолкнул своего зомби, и тот, выйдя из Пасюковой спальни, открыл огонь. Следом выскочил я, за мной капитан. Он сразу метнулся к входной двери, и когда та распахнулась, всадил в появившийся силуэт две пули. Силуэт исчез, а захлопнувшаяся дверь содрогнулась от автоматной очереди. Серьезно! Я кинулся к Ревазу. Он мне живым нужен. Живым и был, получив пулю только в плечо. Как и было приказано зомбированному самостийнику. Кстати, где он? А-а! Вон где прилег! Там и лежи. Я сделал три контрольных выстрела. Подхватив Реваза, бросился в спальню. Капитан, сделал пару выстрелов через окно. В ответ вновь прогрохотал автомат, вышибая
