черный дракон. Добрый: он перво-наперво победил злого белого дракона, который всячески мешал людям наладить рыбный промысел, да и вообще вел себя отвратительно. Черный дракон пришел, увидел, победил. И остался жить в той реке.
Уж эту-то реку вы точно знаете! Дам подсказку: раньше местные называли эту реку Хэйхэ. Нынче так называется город, расположенный напротив Благовещенска.
На берегу реки…
Всё правильно, Амур. Где в названии Амура «спрятан» черный дракон, предлагаю разузнать без скромной вороньей помощи.
До сих пор, если верить болтливому гиду, добрый черный дракон обитает в реке. Частично на территории китайских провинций (меньшей частью туловища и двумя лапами-притоками), часть хвоста он полощет в Монголии, ну а больше всего дракона «досталось» России. Пьет наш мифологический ящер воду из Татарского залива.
По-моему, гиду доплачивают русские. Не осуждаю, если что.
Про местечко со смешным названием Цицихар особо нечего сказать. Обычный небольшой (по меркам Поднебесной) городок. Мы только забросили вещи в номер, перекусили в отеле, и двинулись к истинному месту назначения.
«Пойду я на болото, наемся жабонят», — мысленно напевала эта ворона в автобусе.
Прям в воду глядела: мы прикатили к болоту. Название места — заповедник Чжалун.
У места долгая и трогательная история. Начало ей положила… одна девушка. Всего одна юная миниатюрная китаянка с большим сердцем и огромной любовью к птицам.
Наверняка, там и другие личности присутствовали. Но гид делала упор на роли этой девушки. При ней выживаемость птенцов журавлей в заповеднике достигла ста процентов. Чтобы закрепить успех, Сюй — фамилия пишется так же, как у клубничного леопарда — вызвали в другую провинцию, на место зимовки маньчжурских журавлей.
Позже Сюй ушла на поиски потерявшейся птицы. Болота коварны. Усталость, темнота, один неверный шаг… Ей было всего двадцать три.
Отправилась на небо верхом на журавле.
Посмертно заслуги Сюй в защите окружающей среды были признаны правительством.
Возможно, ещё и восприятие журавлей в культуре Поднебесной свою роль сыграло. Это же третье по важности существо, уступает только дракону и фениксу. Журавли связывают небо и землю. Да много хорошего можно о них сказать, сводится всё к тому, что журавли, особенно белые, птицы почитаемые.
У заповедника увеличилось финансирование. Постройка дамбы в центральной части провинции и отвод воды помогли болотистой местности Чжалун (хотя людей кое-где пришлось переселить).
У птиц — раздолье. Ещё и рыбкой прикармливают.
Маньчжурские (или японские) журавли, как выяснилось, не совсем белые. А ещё я их спутала с журавлями-красавками. По незнанию (слов в китайском). Просто мамочка сказала: «Едем любоваться на красивых журавлей».
Я и домыслила. Но нет. Красавки светло-серые с черным, а у этих основной цвет тела — белый. Шея и «задняя часть» черные, а на голове — красная шапочка. Там нет перьев, это кожа такого цвета. Белые птицы в красной короне — ещё такой вариант я услышала.
Птенцы так и вовсе коричневатые, как бабулины курочки (хотя вру, куры темнее и рыжее). Наверное, под сухостой прошлогодний маскируются.
Да-да, мне показали малышей! Грациозная журавлиная пара провела мимо нас своих птенчиков. Деловые «цыплята» вышагивали по краю заводи под присмотром родителей.
Завораживающая грация величественных птиц и смешная неповоротливость малышей в одном кадре. Батя молодец, много удачных кадров поймал.
Песнь влюбленных журавлей — эти краснокнижные птицы, создавая пару, удивительно поют в унисон.
Я тоже в тот день немножко влюбилась: в закатный танец белых журавлей.
Мы ходили по дорожкам в отведенной для посетителей области до самого захода солнца. Настолько этой вороне не хотелось уходить. Смотрители, узнав, кого к ним занесло, легко пошли навстречу. Задержали ради нас катер: в царство пернатых мы (от автобуса) добирались пешком, а назад по темноте топать не пришлось.
Кроме журавлей манчжурских (или японских, или уссурийских, как вам больше нравится), в болотистой местности всякие-разные пернатые обитают.
Другие журавлиные. Аисты, уточки, лебеди, цапли, серые гуси и разная мелочь пернатая. Встретился нам и один венценосный журавль. Совершенно бесстрашный: он прямо к туристам за заграждение прилетел.
Буквально минутку так постоял на фоне тетеньки в красном, дал себя сфотографировать, а после — на зов — улетел.
Такой интересный! Глаза голубые — умные и пронзительные.
Был один непонятный для меня момент с «выпуском» красношапочных журавлей. Это когда за смотрителями прилетело (прискакало и даже вальяжно притопало) вдвое больше птиц, чем «тусило» у воды изначально.
Мне пояснили, что это птицы, выращенные здесь — людьми. В основном молодежь, они воспринимают эту местность, как дом. Не все из них улетают на зимовку. И да, эти птицы часть времени проводят в вольере. Как бы по причине того, что плохо умеют добывать еду (мама-папа не передали навык), и люди продолжают их кормить, чтобы не погибли с голодухи.
Тут я не полезу с выяснением подробностей. Вообще, прирученный зверь или птица в дикой природе — это всегда оговорки. Насколько вскормленное людьми существо готово к выпуску «насовсем», вопрос к специалистам.
Так или иначе, эти птицы видят небо. Сытно трескают, щупают траву. Не каждый бескрылый может таким «набором» похвалиться.
Ворона в это всё лезть не станет. Лишь выразит надежду, что пернатых правда держат так (то вольер, то свобода) из-за заботы, а не чисто ради шоу.
Как я уже сказала, туристов в заповеднике было не очень много. Может, это вороне так повезло?
Но, даже если бы одновременно с нами там сто тысяч человек «выгуливалось», одна из посетительниц всё равно запомнилась бы вороне.
Где-то моего возраста. Может, на полгода-год постарше. Обычно одетая — явно не из семьи с высоким достатком. Как же лучились её глаза!
— Я тоже буду ухаживать за журавлями, — убежденно сказала она. — Как и она. Как моя тетя.
— Тетя? — полюбопытствовал мой батя. — И кто же твоя тетя, малышка?
— Смотритель Сюй с фотографий на входе, — ответил мужчина, держащий малявку не за руку (те были заняты, крошили в воду у туристической тропы вареную кукурузу), а за капюшон легкой курточки. — Это моя сестра, а егозе моей — тетя. Каждое лето я привожу дочку посмотреть на журавлей.
Отец и дочь Сюй улыбались, стоя на настиле поверх болотных кочек. Малышка хлопала в ладоши, когда горделивые птицы взмывали в воздух. Отец прятал гордую улыбку в
