ключ, оставляя его в замке. Затем вернулся ко мне и остановился напротив, пристально уставившись единственным глазом.
— И как давно ты дружишь с императором? — продолжал я. — Судя по фото, уже лет двадцать, не меньше.
— Ты совсем запутал и меня, и себя, Володя, — тихо ответил Гвоздев, улыбнувшись. — Всё гораздо проще, чем ты думаешь.
А затем произошло то, от чего я конкретно охренел.
Никитич провёл рукой по своему лицу, собирая кожу в гармошку и растворяя её в пространстве. Я увидел настоящее лицо главы СОХ.
Аккуратная бородка, короткая стрижка и два здоровых серо-голубых глаза, с интересом наблюдающие за моей реакцией.
Теперь передо мной стоял Романов, император Российской Империи собственной персоной.
Глава 10
На мгновение я остолбенел. Передо мной точно император? Или Никитич решил меня так разыграть? Но за Гвоздевым я не замечал таких выкидонов. Он не Шиша, шутить так не будет. Тем более, я чувствовал силу, исходящую от него. Он и есть император.
Но тогда зачем он скрывается за личиной одноглазого травмированного старика. С какого хрена решил устроить этот маскарад? Это связано с башнями, либо с чем-то ещё?
— Никитич, не шути так, — на всякий случай произнёс я. — Я хоть и повидал многое, но такое преображение наблюдаю впервые.
— Мне совсем не до шуток, Володя, — тяжело вздохнул Никитич. — Я и есть император, Пётр Романов.
— Тогда рассказывайте, Ваше Величество, — иронично произнёс я, устраиваясь в кресле.
Глава СОХ скривился, будто от боли.
— Я уже по горло сыт этой хренью. Прекращай, Владимир, — тихо произнёс он. — Давай общаться, как и прежде. Ведь я уже всё о тебе знаю. Вот и ты обо мне всё узнал.
— Хорошо, — кивнул я, хмыкнув.
— И чтоб никому, — нахмурился император.
— Только друзьям. Шише, например. Он точно будет держать язык за зубами, — сказал я, замечая, как лицо императора окаменело.
— Этому балаболу? Ты издеваешься? — процедил он. — На следующий день он всё растреплет обо мне в «Пьяном гусе», и каждый охотник будет в курсе. Я сказал — никому.
— Да понял я… кхм… Никитич. Будем считать, что я неудачно пошутил, — улыбнулся я. — Расскажи, от кого прячешься.
Император вернулся в кресло, потёр переносицу, явно собираясь с духом.
— И кто же тогда сейчас во дворце? А главное, с чего ты вообще решил отправиться в эту глухомань? — решил я подтолкнуть его.
— Вместо меня управляет государством мой братец, — пристально посмотрел на меня Гвоздев, который совсем не Гвоздев. — Мы же с ним близнецы, так что ни у кого такая рокировка не вызвала подозрений. Павел всегда интересовался всеми этими бумажками, указами и прочей хренью. Так что он на своём месте. А я вмешиваюсь лишь в крайнем случае. Вот как недавно, когда стало понятно, что башни начали появляться чаще.
— И ты отказался от жизни во дворце, — сухо прокомментировал я.
— Да в гробу я видал все эти церемонии и прочее дерьмо, — процедил император. — Пусть Павел отдувается.
— Вот как, значит… Но ты не учёл один момент, — заметил я. — Могут возникнуть вопросы насчёт отсутствия второго Романова.
— Да всё я учёл, — усмехнулся император. — Иллюзия Романова прекрасно отдыхает в резиденции, недалеко от Оренбурга. Там охраны столько, что даже муха не пролетит. Маячит его силуэт изредка перед репортёрами, даёт понять, что Романов жив-здоров да и ладно.
— Ясно всё с вами. Ну а зачем ты здесь? — повторил я вопрос.
— Значит так надо, — улыбнулся Романов. — Не забывай, что призвание любого монарха — это служение Империи. Верно?
— Согласен, — отозвался я.
— Ну вот… — император поднялся, затем дошёл до сейфа и загородил от меня кодовый замок, открывая в итоге дверцу.
Затем Гвоздев-Романов достал что-то и вернулся. На стол он поставил мерцающий шар на миниатюрной треноге. Несколько тёмных точек усыпали его, словно червоточины яблоко. В правом верхнем углу клубилась жирная точка.
— Это же маяк, — присмотрелся я в шар, радостно улыбаясь. Я видел такое устройство в прошлом мире. — Он показывает главную Башню? Тот самый рассадник?
— Эпицентр. Но это неважно… Как ни назови это, суть не меняется. Только не радуйся раньше времени, — тихо пробормотал император. — Нихера там нет, уже проверяли. Это место недалеко от твоего золотого прииска, между прочим.
— Вот как, — я продолжал изучать шар на подставке.
Некоторые точки исчезали, появлялись новые. Это ведь башни. В первом случае, их закрывали, а во-втором — вылезали из-под земли им на смену следующие.
— Теперь ты понял, почему Хабаровск?.. — прищурился император. — И я ж не просто так вас гоняю. Целью было создание нового поколения бойцов, способных противостоять иномирной угрозе… И я с этой задачей справился. Кстати, насчёт создания «Оплота» — это моё решение.
— Раз это твоя инициатива, я согласен. Но трофеи — мои, — я вновь встретился с взглядом императора, замечая опасные искры.
— Ты слишком жаден, Володя. Империи тоже нужны сильные артефакты, — выдавил Никитич.
— Я всего лишь беру своё, — развёл я руками. — И раз уж затронули эту тему, давай поговорим о том, что важней для Империи.
— Я уже сказал, что важно, — проворчал Никитич.
— Не совсем так, — покачал я головой. — Для Империи важно справиться со всей этой дрянью. А трофеи — дело десятое. Я знаю, что ты основную ставку делаешь на меня. Поэтому я и беру свой процент.
— Процент, говоришь? — усмехнулся император. — Ну-ну.
— Сам посуди, раз я буду управлять «Оплотом», значит всё, что в сундуке, забираю себе. И буду самостоятельно распределять добычу среди своих людей, — логично рассудил я. — Мы ведь будем устранять основную угрозу. Поэтому именно нам необходимо усилиться, а не изнеженным дворцовым гвардейцам.
— Насчёт изнеженных ты перегибаешь, — возразил монарх. — Но хорошо, пусть будет так. Ты же всё равно сделаешь по-своему.
Гвоздев-Романов нехотя согласился на мои условия. Затем я сообщил, что уже подобрал команду, по сути.
Шишаков, Буян, Роксана, ну и я со своими зелёными помощниками. Привлеку ещё Илью, который — я уверен на все сто — не откажется от такого приключения. Он неплохой боец, с полезной способностью.
— Обещай лишь одно. Когда обнаружите Эпицентр, дай мне знать, — сухо сказал император. — Я пойду с вами.
— Без проблем, — охотно согласился я. С ним спорить и объяснять, что там будет очень опасно, смысла не было. По взгляду я понял, что Романов не отступится. — Ну а что насчёт жемчужин? Ты их специально собираешь?
— Да, коплю, — кивнул император. — Чтобы высвободить всю энергию, накопленную в них. Уничтожить не только Эпицентр изнутри, но и прогнивший скверной мир, откуда эта опасная херня появилась. И только я могу это сделать.
