— Осторожно! — услышал я предостережение Шизы, но было поздно, в спину мне ударил разряд станера, и я мешком на подкосившихся ногах завалился лицом в землю.
Гады, достали все-таки!
— Это ваш непобедимый противник? — услышал я вопрос.
Ко мне подошли, небрежно перевернули ногой. Мужчина в бронекостюме-хамелеоне, похожем на костюм Роны, присел передо мной на корточки. Стянул шапочку и присвистнул:
— Вот это встреча! Привет, студент, истинно говорят, что планеты круглые. Вот и свиделись! — передо мной сидел мой похититель, тот, который остался в живых и уехал. — А я думал, что ты мертв, а ты вон какой живучий, — удивленно рассматривая меня, говорил валорец. — А шустрый какой, еле попал в тебя. Не иначе магия.
Он думал, что я беспомощен и в его власти. Нет, господин бандит, мы еще посражаемся, есть у меня последний козырь. Я прокусил губу так, что кровь обильно потекла в рот.
— Если ты даже откусишь себе язык, студент, мы все равно узнаем, кто ты и откуда и что тут делаешь так далеко от академии, — сказал бандит, увидев, как из уголков рта у меня потекла кровь. Я выплюнул ее вверх и пожелал: «Кровавый туман». Движения моего врага замедлились. Не дожидаясь, когда он придет в себя, я снова плюнул, но уже в него. «Дождь смерти», — пожелал я. Понимая, что сила заклинания будет меньше, чем от крови из вены, постарался набрать ее побольше. Я видел, как она кристаллизовалась и дождем осыпала лицо валорца. Его голова вспухла, я вышел в боевой режим и пожелал: «Багровый восход!» Надо мной возникла ослепительная вспышка, я почувствовал знакомое ощущение закипания крови, часть бурлящей энергии отдал Лиану, а часть направил на излечение паралича. От нестерпимой боли меня выгнуло в дугу, на мгновение я потерял сознание, а когда очнулся, то был уже свободен. Сразу вскочил и огляделся: живых не было, валорец лежал под моими ногами наполовину обгорелый, другой валялся шагах в пяти, запекшийся в своей собственной броне. «Деревянные» бойцы лежали с выгоревшими грудными клетками, дымившимися черными провалами. Я был цел, но моя одежда обгорела. Спасла меня не Шиза, а зашита Лиана, окружившего мое тело «каменной кожей».
Все, дальше скрываться нужды не было. Я действовал, как слон в посудной лавке, и со злостью на себя, на проказницу судьбу, что милует меня, но не дает покоя, заорал во всю глотку: «Худжгарх!!!» И громовой крик разнесся по степи, вспугнув стаю пернатых, отразился от облаков и, усиленный незнамо чем, обрушился на землю обратно. Ударил по мозгам, уронил меня на землю и немного контузил.
— Ну все! Худжгарх идет мстить! — сказал я, поднимаясь. — Шиза, черноту клубами до головы! Мессир, Мастер, на выход в плечи! — И, широко шагая, не прячась, пошел по зову нити туда, где, зажатая в страхе, находилась Ленея.
Отряды орков снимались со своих мест, они бросали быков и в ужасе убегали, я, не мелочась, широко разливал страх по степи, вливая в него все новые порции энергии.
— Худжгарх! — периодически орал я, сливая в свой крик охватившую меня ненависть.
Вот и овраг, где держали девушку. Рядом с ней вповалку лежали орки, а эльфары, утратившие свою иллюзию, метались по оврагу. Увидев меня, один мгновенно вскинул и тут же выпустил стрелу, она ударилась о «каменную кожу» и утонула в черноте. В ответ я выстрелил «сосулькой», она сбила его с ног, снеся щит. Лесной эльфар поднялся на колени и тоже с ненавистью поглядел на меня и медленно навел лук. Я не мешал. Вдруг он поменял направление и выстрелил в Ленею. Я опоздал совсем чуть-чуть. Думал, что все его внимание будет приковано ко мне, но эльфар решил иначе, я вышел в боевой режим в тот момент, когда стрела вошла в грудь орчанки. Я был рядом и подхватил ее связанное тело на руки. Поддержал ее со спины и почувствовал укол. Стрела пробила ее насквозь.
— Помоги сыну правой руки, — прохрипела она и закрыла глаза.
Рядом раздались хлопки, это эльфары, воспользовавшись моим замешательством, скрылись в телепортах. Я снова посмотрел на девушку. Она уже не дышала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
ГЛАВА 9
Демон черт-те где
— Алеш. — Девочка подергала руку мужчины, обращая на себя внимание. — Ну Алеш, мы тут уже были, смотри, вон пирамидка из камней, что бабушка сложила.
Он сбросил оцепенение, охватившее его от понимания того, что они опять пошли по кругу, только значительно большему, чем первый. Прокс растерянно посмотрел на Аврелию, потом перевел взгляд на старуху и со злостью двинул ногой по сложенным горкой камням.
— Отдохнем и пойдем искать новый проход, в прежний уже заходить не будем. — Он крепко сжал губы, чтобы грязно не выругаться, и уселся первым. За ним последовали спутницы. Ели молча, думая каждый о своем, но то и дело бросали тревожные взгляды вглубь, туда, где извивалась тропинка, такая обманчивая в своей внешней простоте.
Они прошли сто шагов и миновали зев бокового ответвления, там уже были. Через следующие сто шагов им открылся еще один коридор с противоположной стороны. Он утопал в полумраке, и в десяти шагах уже ничего не было видно.
— Держитесь за меня, как прежде, — сказал Алеш, — идем сюда.
Он не стал говорить пустые слова «будьте осторожны», все и так шли в сильном напряжении. Путешествие по лабиринту кое-чему их научило, но и принесло тревогу. Что же там дальше? Шли долго. Постепенно спускались вниз без всяких приключений. Это Прокса раздражало сильнее всего. Он как-то принял за правило: если нет опасности, значит, они ходят по кругу. На стенах ножом оставлял стрелки, глубоко вырезанные в скальной породе и хорошо заметные даже в тусклом свете лишайников. Но пока его отметин не попадалось. Это успокаивало и в то же время наполняло тревожным ожиданием чего-то опасного и, главное, неожиданного. Они вышли к неширокому провалу, через который был перекинут неширокий подвесной мост. На мосту их ждали.
Алеш достал бластер и остановился, рассматривая незнакомца. Некстати очередной раз подумал: кому и зачем понадобилось устраивать этот лабиринт? Кто забавлялся мучениями попавших сюда людей и нелюдей?
— О, я вижу, появились смельчаки, — раздался громкий хрипловатый голос, и к ним по мосту направился тот самый незнакомец.
— Лич, надо же! — с невеселой усмешкой произнесла старуха. — И что нам от него ждать?
А тот подошел к краю моста и остановился.
— Живые в моем мертвом царстве. Как вы сюда попали, глупцы?
— Мы выходим из преддверия преисподней на волю, дяденька, — без страха ответила снежная эльфарка. — Это дядя Алеш, а это бабушка, — представила она своих спутников.
— Хуман-инопланетник, снежная эльфарка — дитя вне брака, отвергнутая матерью, и проклятая дриада. Какая интересная компания!
— Чего тебе надо, лич? — хмуро спросил Прокс. Его неприятно удивила осведомленность этого существа.
— Мне — ничего, — ответил тот, — а вот вам надо выйти на волю. Ведь вы вошли в двери для смелых. А я уже тысячу лет не видел здесь живых, да и мертвых тоже. Скучно. После того как братья поссорились, этот путь забыли.
— А что ты тут делаешь, дедушка? — Этот вопрос задала любопытная Аврелия. Прокс заталкивал ее себе за спину, но она все равно умудрялась высунуться и вставить слово.
— Я встречаю смельчаков и провожаю их на выход, дитя. Такова воля сыновей Творца. Не бойтесь, идите за мной. Я знаю, у вас много вопросов, и постараюсь на них ответить. Мне за мост заходить нельзя. — Он развернулся и поплелся на другую сторону.
— Не верю я ему, — сказал Прокс. — Если это путь смелых, то где опасности?
— Пошли, инопланетник, — сказала старуха. — Теперь понятно, откуда у тебя устойчивость к хаосу. Выбора нет. Все равно идти с ним или без него. От личей мало вреда, неупокоившиеся маги, пропитанные магией до костей, не живые и не мертвые. — Она подтолкнула его в спину.
За мостом Прокс, который хотел собраться с мыслями, сказал:
— Пока остановимся. Отдохнем.
— А как вы сюда попали, дедушка? — Неугомонная эльфарка так и не села, а стала кружить вокруг лича, с интересом его рассматривая. Он поворачивался вслед ее перемещениям, наконец не выдержал и попросил:
