ее на руки.
— Рогнеда, держи Настю! — незримый гнёт уже накрыл эллинку, она, как и Наталья, стала заваливаться на каменный пол. Аура подземелий впилась в девушек, сканируя каждую клетку, каждый тайный помысел, прикидывая — достойны ли они ее благословения? Долго, мучительно долго длилась эта проверка.
По телу Натальи волнами прокатывалась дрожь. Лицо было искаженно гримасой муки. Не помню, чтобы нам с Рогнедой было так плохо при нашей первой встрече с этой древней мощью. Бедную Наташу буквально ломало у меня в руках.
Я бросил быстрый взгляд на Анастасию. Она стояла, привалившись спиной к стене, вцепившись скрюченными пальцами в рукав Рогнеды, придерживающей ее от падения за плечи. Сквозь плотно сжатые зубы вырывалось хриплое дыхание. Уродливый шрам на щеке почернел и вздулся. Но, тем не менее, эллинке было явно легче, чем Наталье. Интересно — почему?
Сила отпустила девушек так же внезапно, как и нахлынула. Наталья обмякла в моих руках, тяжело дыша, по лицу градом катился пот. Анастасия сползла по стене, прижимая ладонь к почерневшему шраму. С губ девушки сорвался хриплый, похожий на карканье смешок, а в глазах разгорался лихорадочный блеск — не испуг, а какое-то дикое, первобытное торжество.
— Живы? — спросил я, вглядываясь в бледные лица.
— Кажется… да, — выдохнула Наталья, прижимаясь ко мне. — Что это было, Рагнар? Оно… смотрело сквозь меня. Видело всё.
— Сила этого места. Хранительница или хозяйка — я сам не знаю. Но она приняла вас. Не без труда, но приняла.
— Приняла? — Наталья всё ещё тяжело дышала, прижимая ладонь к груди, словно проверяя, бьётся ли сердце. — Я думала, она меня убьет. А потом… потом меня словно взвесили и нехотя сочли… не знаю, достойной? Это было унизительно и… и величественно одновременно. Никогда такого не испытывала. И не хочу больше. Рагнар, поставь меня, пожалуйста?
Я осторожно отпустил ее на плиты подземелья. Наташа покачнулась, но удержалась на ногах, опершись на мою руку.
— Самое тяжёлое позади, — произнёс я негромко, убедившись, что обе стоят на ногах. — Можете идти, или вам нужно время прийти в себя?
Наталья прислушалась к себе, Анастасия уверенно поднялась, сделав несколько шагов.
— Я в порядке, — первой ответила эллинка.
— На удивление хорошо себя чувствую, — подхватила Наташа, — думала, после пережитого я неделю не смогу ходить.
— Прислушайся к источнику, — посоветовал Настя подруге. Княжна замерла и взмахнув рукой зажгла светляк.
Я зашипел, зажмурив глаза, а вот Настя с Рогнедой не были так сдержаны, осыпав Наталью совсем не аристократическими выражениями. Яркий, холодный свет, буквально, выжигал глаза после тусклого освещения магического светильника.
— Простите, — смутилась княжна, — я не хотела. Думала, просто проверить источник. Он как будто усилился. Словно эта сила добавила мне энергии, сделала крепче. Но не настолько же.
— У меня то же самое, — проморгавшись, кивнула эллинка, — Бодрость, лёгкость… и мысли текут быстрее.
Рогнеда коротко усмехнулась. В ее глазах мелькнула тень воспоминаний о своей собственной проверке.
— Это не просто сила, — заметила она, — Она выбирает. Если приняла — одаривает. Я после первой встречи чувствовала то же: источник стал глубже, тело — выносливее. Как будто часть её мощи теперь в нас.
— Значит, мы теперь… её? — спросила Наталья, ускоряя шаг, чтобы не отставать. В голосе сквозило любопытство, смешанное с лёгким беспокойством.
— Не её, — ответил я, не оборачиваясь. — Но с её одобрением. Это как клятва: она даёт силу, но и ждёт верности. Не стоит её испытывать.
— Странно, — покачала головой бывшая княжна Лобанова. — Отец ничего не говорил мне о здешних подземельях. А должен был…
— Раз вы пришли в себя, пойдемте, — прервал я их беседу, — мы почти пришли, — я шагнул в темноту, тут же услышав за спиной торопливые шаги жен. — А князь Юрий вряд ли знает, об этом месте.
— Должен знать, — упрямо тряхнула головой Наталья.
— Ой-ли? — улыбнулся я.
Наталья замолчала, погрузившись в себя и через несколько секунд выдала:
— Я не смогу ничего рассказать об этом месте! Даже отцу! Это опять ты? — она посмотрела на меня. Без обиды или гнева. Просто с интересом.
— Нет, — я покачал головой. — Когда мы впервые попали сюда, нас было несколько десятков. С нами шли ушкуйники. Ты знаешь этот народ. Рано или поздно кто-нибудь из них проболтался бы, нахлебавшись браги до изумления. Но, нет. Молчат.
— Боятся?
— Вряд ли, — пожал я плечами. — Страх плохой предохранитель. Скорее — магия места. Пришли…
Я остановился перед глухой каменной стеной. Стертые от времени руны едва угадывались на неровной поверхности. Сняв с пальца перстень Ушаты, я вставил его в скрытый паз. Внутри стены глухо лязгнул скрытый механизм. Тяжелая плита с низким каменным скрежетом медленно отъехала в сторону.
Из открывшегося прохода пахнуло сухой пылью и застоявшимся воздухом. Я поднял магический светильник выше и шагнул внутрь. Жены с осторожностью последовали за мной. После полумрака подземелья мерцающий свет сокровищницы неприятно резанул по глазам.
Девушки замерли. В первые секунды в пещере царила абсолютная тишина, нарушаемая лишь их прерывистым дыханием. Все-таки блеск золота и драгоценных камней, грудами лежащих прямо на полу зрелище впечатляющее, даже для не обделенных роскошью аристократок.
Первой пришла в себя Наталья. Она медленно, почти торжественно шагнула вперед. Тишину нарушил металлический шелест монет под ее ногами.
— Боги… — выдохнула она, и этот шепот эхом отразился от высоких сводов. — Это не просто казна. Это… это вызов всему миру.
Наталья подошла к ближайшему открытому ларцу. Она не бросилась перебирать монеты, а медленно протянула руку и коснулась кончиками пальцев тяжелой золотой цепи:
— Посмотрите на клейма, — она обернулась к нам, ее лицо в неверном свете казалось бледным и восторженным одновременно, — это же работа древних мастеров. Еще до катастрофы. Это же безумная редкость. Каждая такая вещь известна и каталогизирована. А здесь… Здесь их десятки, если не сотни… Рагнар, — она с ужасом посмотрела на меня, — ты понимаешь, что за обладание этим, — она повела подрагивающей рукой вокруг себя, — нас просто уничтожат?
— Понимаю, — спокойно усмехнулся я, — именно поэтому нам надо решить, как легализовать все это богатство.
В это время Рогнеда, разглядывающая доспехи и оружие, расставленные вдоль стен тихо воскликнула:
— Герб Вадбольских! «Сила предков»! — она аккуратно взяла в руки прямой меч, единственным украшением которого, был коловрат, выгравированный на навершии. — По легенде он был утерян во время похода Святослава на Константинополь.
— Почему ты решила, что это он? — тут же заинтересовалась Наталья. Судя по всему обе девушки прекрасно разбирались, о чем идет речь. В отличие от меня и Насти.
— Мы же родичи, — пожала плечами Рогнеда, — а ты знаешь князя Всеволода. Он же помешан на
