но будто распаковали спавший доселе элемент авантюризма. Впрочем, может проблема не во мне? Может это новое тело повлияло? Ведь всем известно, что душа и тело связаны. Одно влияет на другое и наоборот.
Впрочем, стоп. Я сделала глубокий вдох и искренне порадовалась, услышав:
– Стой здесь!
Приказ незримого Эрона сопровождался внезапным дуновением ветра. А потом дверь ректорского кабинета полыхнула.
Не пожар. Сработало какое-то плетение – по древесине побежали многочисленные алые огоньки.
«Если это была сигнализация, то нам конец,» – мысленно прокомментировала я.
Арти был согласен. Более того, компаньон рванул вперёд и принял материальный вид. Обратился в нахохленного блондина.
– Эрон пролетел в кабинет, – озвучивая то, что и так было понятно, сказал Арти. – Видимо решил проверить содержимое.
– Что делать-то будем? – спросила я в свою очередь.
Парень дёрнул плечами.
– Не знаю. Верить в лучшее. Ты ведь мастер в этом вопросе?
Хорошая подколка.
И тут из-за двери кабинета прогремело:
– Кто деактивировал Смотрителя?!
Я аж присела от испуга. Заодно поняла – вот теперь точно конец. Катастрофы не избежать.
Миг, и через ту самую дверь, этаким взбешённым ураганом пронёсся уже не невидимый, а вполне себе привычный призрак. Лицо лорда было перекошено так, что я успела попрощаться с жизнью. Как хорошо, что в этой приёмной даже не предполагался секретарь и что мы, невзирая на сработавшее плетение, по-прежнему были одни.
– Они. Деактивировали. Смотрителя!
Вот же сволочи.
– А Смотритель – это кто? – рискуя здоровьем, аккуратно спросила я.
– Р-р-р!
Мы с Арти переглянулись, и блондин предусмотрительно испарился. А я собралась с силами и сказала:
– Лорд Эрон, давайте для начала свалим? Потом обговорим и обязательно что-нибудь придумаем. Точно придумаем. Отвечаю.
Дедушка посмотрел с великим подозрением. Но я не лгала.
Более того, я вдруг поняла, что количество авантюр в этой, новой жизни, и так зашкаливает. Одной больше, одной меньше – не важно. Эрон помогал мне неоднократно! Да он фактически спас меня, организовав это поступление. А как тогда гонял охамевших слуг?
Короче.
– Я привыкла отвечать благодарностью на доброе отношение. Мы точно что-нибудь придумаем. В крайнем случае прижмём Дрэйка. В самом крайнем, я потребую плату за лечение Кэйра, и этой платой будет список ваших требований. И Смотритель в том числе.
Кажется я предложила больше, чем следовало. Эрон посмотрел сначала изумлённо, а потом как на дуру.
Но повторил:
– Поможешь? Точно?
– Клянусь! – выпалила я, подняв руку.
Я не ожидала, что снова полыхнёт.
В этот раз не дверь, а моя ладонь. Она овеялась непривычным, но довольно ярким свечением.
Эрон от такого аж осунулся:
– Девочка, ну что ты творишь? Простого обещания было достаточно. Зачем магические клятвы?
У-у-у… Дурацкое незнание всех тонкостей этого мира. Простите, уважаемый призрак, оно само.
Зато на клятве феерия закончилась, а я в очередной раз убедилась, что всё-таки везучая. Просто мы успели. Покинули приёмную раньше, чем кто-то пришёл.
Я выходила в тот момент, когда прогремел звонок, и успела отойти на довольно приличное расстояние. Мне предстояла третья, заключительная, пара, вот только дороги до аудитории я не знала.
– Проводите? – спросила у Эрона, который опять ушёл в невидимость.
– Конечно провожу.
***
Я понятия не имела во что снова ввязалась, но времени обдумать или пострадать всё равно не было. После последней пары меня, под неодобрительные взгляды сокурсников, утащил Нэйлз.
При этом сказал:
– Мне тут позвонили. В особняке тебя ждёт юрист.
– Какой ещё юрист? – не поняла я.
– Наш. Он разбирался с контрактом Гавальдо, внёс правки. Готов проконсультировать тебя, но ты ведь понимаешь, что всё по высшему разряду?
Я припухла, а парень добавил:
– Распоряжение Дрэйка.
Вопроса «а с чего такая милость?» всё-таки не прозвучало. Понятно с чего – я полезна, я занимаюсь его братом. Буду ли полезна дальше – неизвестно, и разумно попользоваться тем, что есть.
Единственное, меня немного покоробило мужское самоуправство. То есть Эпикур отдал документы по предполагаемой сделке Дрэйку, а не мне? Дрэйк мне что, муж?
Впрочем, ладно. Контроль – это хорошо, но проконтролировать всё невозможно. У меня пока не те масштабы. Вот когда соберу полноценную команду, тогда и буду возбухать.
В особняке нас действительно встретили, действительно предложили документы. Из неловкого и неприятного – мебели у нас по-прежнему не было, присесть негде. Но тут на помощь пришёл Майгор, и стол со стульями всё-таки нашлись.
Мебель принесли с жилого этажа, из комнат мадам Офелии, обстановка в которых сильно от общего обнищания отличалась.
Я благодарно кивнула управляющему и погрузилась в процесс.
Тонкостей местной юриспруденции я не знала, но логика везде одинакова. Касательно работы с договорами, этого в моей прошлой жизни хватало – уж чем, а длинными заковыристыми бумажками меня не испугать.
Правки, внесённые юристом правящих, мне понравились. Я задала несколько вопросов и, кажется, удивила этого пожилого мужчину. Кажется, он собирался консультировать полную дуру.
– Нам нужно подготовить чистовой вариант, верно? – спросила я, отодвигая листы предыдущего договора, где, прямо по живому тексту, были вписаны правки. – И передать его на рассмотрение Эпикуру?
– Я всё уже сделал, – сказал юрист, указывая на вторую из двух принесённых с собой папок. – А в том, что касается передачи… вы позволите, если это сделаю я?
Я вздёрнула бровь. С одной стороны предложение нормальное, а с другой, повеяло чем-то странным.
– Для меня встретиться с лордом Эпикуром не проблема. Может сразу и подпишем.
– Сразу он подписывать не будет, ведь ему необходимо отсмотреть чистовой вариант.
Тут я сообразила:
– Давайте я подпишу, и мы отдадим подписанное? Если его устроит, он тоже поставит подпись. Чтобы не проверять друг друга по кругу.
Эту идею юрист воспринял благосклонно, а в части передачи всё-таки упёрся.
Но я не успокоилась и в итоге услышала настоящую причину:
– Лорд Дрэйк не обрадуется, когда узнает, что вы встречались с Гавальдо.
Нормально. С чего бы вдруг?
Я посмотрела вопросительно сначала на юриста, затем на Нэйлза. Не помню, чтобы отдавала себя в собственность правящим. Я свободный человек, и сама решаю с кем мне видеться и как.
Мои мысли легко читались по лицу. Я была готова побороться за свои права, и юрист занервничал. А мой рыжеволосый друг, наблюдая всё это, взмолился:
– Алексия!
Секунда. Резкая вспышка эмоций, и я всё-таки подчинилась.
Выдохнула и буркнула:
– Хорошо.
Решение было неприятным, но
