под хранение трав. Эта моя задача, а твоя — сделать так, чтобы Нагия не прогнала тебя. Понял теперь?
Я хмыкнул, чувствуя странную смесь благодарности и раздражения по отношению к нему. У этого ворчливого старика повсюду были должники, и он вытряхивал из них эти долги именно сейчас, когда появился шанс восстановить лавку буквально из ничего.
Телега тащилась еле-еле, поэтому шли мы долго. И пока шли, я отыскал ту нить, что соединяла нас с Рау. Он откликнулся почти мгновенно, прислав мне ощущение, что наблюдает за мной с крыши чайной. Я улыбнулся про себя и постарался мысленно передать ему, чтобы он скрылся из лавки. Затаился где-нибудь. Сначала зверек меня не понял, передав странное чувство, мол, что ты говоришь, хозяин. Но с попытки десятой, когда голова уже распухла от напряжения, он, кажется, понял меня и нырнул куда-то в кусты, где затаился. Невесть что, но уж лучше так.
Навряд ли кто-то свяжет забредшего зверька с талантом Связного, если даже увидит Рау. Лес рядом, мало ли кто из него выходит?
Мы подошли к лавке, когда солнце уже начало клониться к закату. На изгибе тракта, прямо у моей калитки, стоял вчерашний ватажник — Ирм. Второго не было. А сам Ирм выглядел более собранным, чем вчера, одежда чистая, залатанная, а за поясом висел уже знакомый мне кинжал. Когда он увидел Марвина, то уважительно кивнул.
Старик посмотрел на него, перевел взгляд на меня и одобрительно хмыкнул, словно я только что сдал какой-то важный экзамен.
— Уже и с ватажниками якшаешься? — буркнул он, но в голосе проступило одобрение. — Ладно. Эй, вы! Заносите доски во двор, только аккуратно, не попортите ничего! Иначе и беседку делать заставлю!
Пока рабочие начали разгружать телегу под лающими командами Марвина, я поставил корзину у калитки и подошел к Ирму. Тот молча указал мне головой в сторону, за угол забора, где нас не так хорошо было слышно.
— Почему не отдал деньги рыжему? — спросил я, глядя на его спокойное лицо.
— Я сказал, что занесу деньги, — Ирм полез в кошелек на поясе. — А раз сказал, значит, должен отдать их тебе в руки. Так у нас принято.
Он протянул мне три средних камня. А я нахмурился, принимая их.
— Мы договаривались на два. За чай и за разбитую пиалу.
— Третий — за то, что заставили ждать, — Ирм серьезно посмотрел мне в глаза.
Я медленно кивнул, убирая камни в карман к другим трем средним, которые так и не пригодились. Это были хорошие деньги, которые сейчас были очень кстати.
— Хорошо. Заходи еще.
Я уже собирался развернуться и пойти помогать Марвину, но Ирм придержал меня за плечо. Невольно я оценил, что хватка у него железная. Тоже восходящий. Впрочем, как и большинство ватажников.
— Это еще не все, — сказал он, понизив голос. — Мы вчера твой чудо-чай не сразу распробовали. Хлебали как воду, — усмехнулся он. — Но когда до города дошли, поняли. Мы бы на этот путь раненые часа три угробили, а вчера за полтора прошли. Всего с парой остановок. Потом еще и до лекаря добрались…
Я почувствовал, как внутри просыпается профессиональный интерес. «Хвойный мотив» на колодезной воде действительно давал мощный бодрящий эффект, однако я не думал, что он так сильно повлияет на раненых ватажников.
— У меня есть сборы и покрепче, — ответил я, стараясь говорить спокойно. — Но и цена таким чаям — это другой разговор.
Ирм взлохматил свои нечесаные волосы и бросил взгляд в сторону Леса.
— Я не торговец, парень, я ватажник. Мне вот это можешь не рассказывать. Но любой дурак видит, что лавка у тебя еще в ремонте, и людей мало.
— К чему ты это? — я внутренне напрягся. — Говори по делу, у меня, как ты сам заметил, работы полно.
— Я видел, как тот рыжий парень и та Трес… — Ирм осекся под моим тяжелым взглядом, прокашлялся и продолжил, но без всякой насмешки: — Как они травы изучают. У тебя нет постоянных поставщиков, это ясно, как день. Но слухи уже ходят.
Да, он точно не торговец — ходит вокруг да около. Поэтому подтверждать его слова я не стал, просто ожидая, что он скажет дальше.
— Мы главе рассказали про твой чай и лавку. И он добро дал.
Я устало потер переносицу. Какое добро, к чему, почему, зачем, какой вообще глава?
— Ирм, — поймал я его взгляд. — Давай по порядку. Что ты хочешь мне сказать?
Ирм усмехнулся.
— Волки предлагают тебе сделку. Мы тебе помощь с травами, а ты нам место.
— Место для чего? — нахмурился я, чувствуя какой-то подвох.
— Перевалочная база, — Ирм обвел рукой двор. — Нам нужно место, где люди смогут отдохнуть перед Лесом и сразу после него. Где можно выпить твоего чая, отдохнуть, спокойно перебрать травы, чтобы не тащить мусор в город. Травы будут лежать здесь, под прикрытием твоих стен и наших людей.
Я посмотрел на него с недоумением.
— Почему вы просто не поставите лагерь на опушке? До Леса отсюда полчаса ходу. Зачем вам дом?
И заслужил от Ирма подозрительный прищуренный взгляд.
— Так это ж… — положил он руку на рукоять кинжала. — Запрещено Советом.
Мы постояли молча с полминуты, смотря друг другу в глаза.
— А подробнее? — не выдержал я.
Ирм, видимо, понял, что я не знаю того, что знает он, поэтому объяснил:
— Если одна ватага поставит лагерь, завтра там будет десять. А много людей и горы свежих магических трав в одном месте — это самое тупое, что можно сделать вблизи Леса, — повел он плечами. — Раньше так и делали. Но одной ночи, когда из Леса поперли духовные звери, хватило, чтобы понять, что они не терпят, когда люди так близко и в таком количестве накапливают Дыхание.
Я потер переносицу, пытаясь осознать масштаб предложения. Это была огромная выгода: постоянные поставки трав, защита, поток клиентов, пусть и сборщиков. Но с другой стороны, «Волки» превратят мою чайную в свой штаб. Это может оттолкнуть городских богатеев вроде Савелии или Эрдана. Кому захочется пить чай в окружении хмурых мужиков с топорами?
И самое главное — Рау. Если в лавке постоянно будут ватажники, скрыть зверька станет почти невозможно. А Минк? Если у меня будут поставщики, Минку придется
