был представитель графа — обещал осыпать благодарностями.
— Пусть лучше выигрыш отдадут… — Отвернулся я в сторону. — И лесбух простят…
— Что, ничего просить не станешь? — Даже удивилась Эффа.
— Да уж знаю, что попрошу. Ты хочешь еще одну «Пламенеющую» или что-то покруче?..
— Тан…
— Я слышал, принимают заказы на «Спектр-9». «Восьмерку» не предлагаю, вышла она так себе — все на прошлой серии гоняют. Но девятая — выглядит очень даже перспективно!
— Не-а.
— Что — «не-а»? — Настороженно посмотрел я на нее.
— Во-первых, за «Пламенеющую» мне выплатят по страховке. Во-вторых, орги уже составляют досудебное соглашение — очень взволнованы и готовы платить. — Загибала Эффа пальчики.
— А, точно! Вот я дурак! — Обрадовался я деланно. — Попрошу лечение энерготравмы для майора Сойер, самой замечательной девушки во вселенной! Пусть и слегка забывчивой — но девушкам это даже идет, верно?.. Да и толку помнить чужие кошмары.
Задумалась. Посмотрела в потолок, подперев подбородок пальчиком.
— Нет.
— Шантаж не красит человека.
— Вот уж точно не стану, — вспыхнули ее глаза. — Спи спокойно. И неспокойно, хе-хе.
— Тогда что тебе надо? — Изумился я уже всерьез.
— Хочу все знать. — Хлопнула она ладошкой по коленке. — Про все обложки всех цветов!
— Это вам, девушка, в библиотеку.
— Тан.
— Ты же к особистам не пойдешь, так? Недостойно боевого офицера — стучать на человека, который терпел с тобой крушение.
— Терпеть их не могу. Недостойно.
— А я, так вышло, после гонки должен тебе только мороженое. — Принялся я садиться, чтобы коснуться ногами пола.
Качнуло, повело чуть в сторону, но я успел схватиться за край постели.
— И раз ты получишь обратно «Пламенеющую», — упрямо продолжил я. — И сама добровольно отказалась от лечения через вон Лаби, то больше нас ничего не связывает. — Попытался я встать, но закружилась голова.
Сделал вид, что просто пересел с места на место.
— Кстати, где мои вещи? — Внимательно осмотрелся по сторонам.
— Тан, есть кое-что еще. — Хмурилась Эффа.
— Сказку про заколдованную камбалу читала? Не надо было просить слишком многое.
— Я про другое.
— Ну уж в «один-тысяча» тебя точно примут. Телеметрия пилота везде твоя. Так что и здесь квиты…
— Кэр пропал.
— Кэр? — Не понял я сразу. — Кот? — Чуть качнуло меня в сторону. — Они потеряли моего кота? А как же двери, камеры, охрана?..
— ДНК отправили на экспертизу в центральное отделение вместе с другими вещдоками. Гравилет исчез с радаров. Найден сбитым, экипаж погиб, груз пропал.
— Так… И там, внутри, было что-то очень ценное кроме кота, верно? Но забрали все.
— Так совпало. — Закусила она губу.
— Не много ли совпадений для одного меня?.. — Злился я, глядя на пол перед собой. — Какая-то черная полоса совпадений, не находишь? Сначала похищение, в которое ты не веришь. Ориентировка на меня, которой не было. Потом стартовый стол с баронами, где случайные люди просто исключены! Ловушка — не на графа, а сработавшая именно на нас! Потому что мы должны были идти последними, Эффа! Понимаешь? И кому какое было бы дело, если бы нас там размазало даже насмерть⁈ И скорая — шедшая не за графом, за мной! Ее и не подумали бы проверять! Но происходит накладка, вмешиваются крутые дяди, и глава гарнизона, отправивший скорую, пускает себе пулю в башку, а ДНК похитителей пропадает. Все, нет следов. Скажи, что бред? Ну скажи?
— Тан, так действительно может показаться. День был сложным…
— День — полное дерьмо, — выдохнул я, ссутулившись.
Словно бы стержень вытащили.
— Но, вообще, я готова тебе поверить.
— Да неужели, — поднял на нее хмурый взгляд.
— Если предположить, что кто-то знает о тебе больше, чем я. Больше, чем ты хочешь мне рассказать…
— Вот это уже — точно бред.
— Ты нужен им живым. Почему, Тан?
На душе стало неуютно. Эта теория заговора мне категорически не нравилась — я всегда жил тихо и не отсвечивал. Да, недавно был многословен — но перед Эффой… Она — одна из похитителей?.. Тогда зачем городить сложности — уже раз десять могла бы дать мне по голове.
— Я не знаю. Скорее всего, совпадение, — буркнул я. — Плохой день, не более. Ты права.
— Расскажи о себе больше. — Присела Эффа на край моей кровати. — Расскажи, и мы вместе придумаем, что делать.
— Я уже придумал. Тебе надо обо всем побыстрее забыть. А мне надо искать кота, — поднялся я с места и чуть не улетел вперед головой в дверь.
И улетел бы, если бы не подхватившая под руку девушка, мягко усадившая обратно.
— Я тебе нужна, Тан. Необходима, чтобы найти Кэра. — И мнется, чувствуя, насколько это нелепо — подчеркивать свою необходимость через какое-то замороженное животное.
Для кого-то другого так и было бы.
— Найди мои вещи. — Попросил я. — И едем снимать записи с камер. Если я не прав — повяжешь банду грабителей. Если я прав…
— Да?
— Кота моего вернем, вот что, — буркнул я.
Сам еще не зная, что буду делать, если они действительно охотились за чужаком.
* * *
Главное правило игрока в шахматы — самому не становиться фигурой на доске. Баль Радер, старый друг, это правило нарушил, поэтому лежал где-то с простреленной головой.
Гаус Хайни нахмурился, разглядывая город через стекла такси.
Человеческие шахматы дозволяют не дожидаться атаки противника, и в этом их милосердие. Потому что в человеческих шахматах есть позорное разжалование, пытки и риск подставить под удар сторонников. Тот, кто давно двигает фигурами, всегда держит это в голове — иногда «помогая» сделать правильный поступок «своим». Партия важнее, чем отдельная жизнь — и Радер поступил правильно.
Все тайны старики привыкли хранить в голове, доверяя бумаге и электронике только мелкие части общей картины, из которой никак не воссоздать целое. Поэтому Гаус ехал не на вокзал, и не к портальной площадке в надежде сбежать из страны.
Мистер Хайни вполне буднично двигался домой, как и всегда по завершению рабочего дня — в пригород, где проживал в частном доме на территории закрытого поселка.
Дом, к слову, по бумагам ему не принадлежал — даже с такими богатыми спонсорами, как у
